Бухта надежды. Задача — выжить - Громова Галина

Виктор вспомнил, что у полковника как раз в том универе сын учился, Смирнов еще позавчера говорил, что парень там застрял.

— А мореманы? Помогать то хоть будут? – спросил зампотыл Федюнин.

— Ага. Держи карман шире.

— А спасенных куда?

— Вот. Это второй важный вопрос. На базе ПВОшной части, что на Юхарина балке планируется размещать лагерь беженцев. Пока всех туда свозить будут, ну а там уже плясать по ходу пьесы.

— А размещать их где?

— Вот сами и увидите. Но по правде говоря, я слышал, что россияне предлагали свой полигон, но наши гордые вояки отказались и теперь всех свозят к ПВО–шникам. Говорю же – долбодятлы.

— Ну а нам что делать сегодня?

— Что‑что? Вещи паковать да людей по дороге спасать. Те, у кого есть возможность на колесах уехать из города – пусть линяют, остальных же свозить на базу.

Сергей Сергеевич еще дал пару–тройку указаний и всех выгнал вон из кабинета.

Виктор первым делом заскочил к жене, сказав ей собирать вещи. Та непонимающе уставилась на мужа, но вопросов лишних задавать не стала.

— А куда мы теперь? – встревожено распахнула карие глаза Алёна.

— В лагерь беженцев. Здесь опасно оставаться – зомби слишком много в районе. И с каждым часом все больше.

— Хорошо. – Покорно кивнула головой Алёна.

И куда только девалась бойкая и упрямая жена? После роддома ее как подменили – вопросов лишних не задавала, скандалы не закатывала, не упрямилась и не спорила.

— Собирай абсолютно все. Вплоть до плошек–поварешек. Там, скорее всего, придется жить в палаточном лагере. Удобств минимум. Так что сама понимаешь.

— В палаточном лагере? – переспросила одна из присутствующих здесь женщин.

Виктор говорил не громко, но и не шепотом. Так что тот факт, что его слова услышали посторонние, капитана абсолютно не смутил.

— Ну да. А вы что думали? Вас в отель Хилтон поселят? В лучшем случае – в казарме. Хотя там такие казармы – хуже бараков…

— Дык на улице снег лежит! – возмутилась вторая тетка, которая как раз натягивала на шестилетнего лопоухого пацана свитер. – Как же в палатке на снегу жить?

— Буржуйки установим. Милые дамы, вы, наверное, еще не уяснили, что городу настал кирдык. Человечество в буквальном смысле на грани вымирания. Нас спасло только то, что до нас эта зараза добралась на сутки позже. Ну и малочисленность населения не стоит отбрасывать. Так что меньше разговоров – больше дела. Чем больше скарба мы отсюда вывезем, тем удобнее будет там.

Тетки стояли пораженные словами Виктора. В их глазах читалось недоверие и надежда, что вот–вот все прекратится, и они смогут вернуться к своей былой, привычной жизни. Только Никитин понял, что возврата не будет. Слишком много времени упущено и жизней потеряно. И самое страшное, что былые ошибки нынешнее руководство ничему не учат – судя по последним новостям.

С улицы опять послышалась стрельба – уже третий раз за сегодняшнее утро. Опять мертвяки у ворот собрались. И каждый раз их становилось все больше и больше. Среди мертвяков были и молодые, и пожилые, и даже дети… Эти вообще были хуже всего – мелкие, могли спрятаться под машиной и в самый ненужный момент цапнуть за ногу. Было дело – спас только берц, который хрен прокусишь. А вот взял бы тот малец на пару сантиметров выше – и еще неизвестно, как бы все обернулось. Привычные статУи разбавляли более подвижные мертвяки – те передвигались с присущей живому человеку плавностью, хотя окончательно избавиться от дерганности удалось немногим. Почему так происходило, Виктор не знал, но заметил одну особенность, на которую обратил внимание и ВэВэ. Те, которые были более быстрыми были больше перемазаны кровью – будто сожрали уже кого‑то. Ну, или тщательно понадкусывали.

После каждого патрулирования мужики делились наблюдениями, пытаясь общими усилиями найти слабые места нового противника.

Разбушевавшийся вчера вечером ливень за ночь превратился в настоящий снежный буран. Улицы замело снегом, укрыв голые деревья снежным покрывалом, облепившим ветки. Цветущая алыча, покрытая снегом, и вовсе вызывала чувство жалости – половина всего цвета была нещадно сбита. Так что на обильный урожай летом можно не рассчитывать.

А вот мертвячки заметно замедлились. Потом, конечно, когда природа вспомнила, что вроде как конец марта на дворе, а географическое местоположение – Крым с субтропическим климатом, и солнышко начало пригревать, растопляя снег, мертвячки вновь оживились.

— Они мне ящериц напоминают, – методично двигая челюстями, проговорил Толя Иванов, жуя сухарик. Все ОГСО–шники так и остались при гагаринском РОВД. – Те тоже, когда холода – впадают в спячку, а на солнышке отогреваются.

— Ну так холоднокровные, рептилии!

— Слушайте, мужики! А ведь эти тоже холоднокровные! Они ж мертвые? Мертвые. А значит температура их тела равно температуре окружающей среды. Вот сегодня ночью похолодало и снег пошел – вот они и попримерзали, а сейчас солнышко пригрело – они и поплыли…

— То есть на жаре они вообще шнырять будут как электровеники?

— А фиг их знает… Смотря на какой жаре. При сильно высокой температуре вода должна испариться из тела – получится мумия.

— Но у нас не пески Египта, чтобы мумии тут ходили. У нас летом, конечно, жарко, но не настолько же.

— Слушайте, ну че вы завелись? Это всего лишь догадки.

— Хорошо хоть сваливаем отсюда сегодня… – Вздохнул Серега Пакрков. – Как на бочке с порохом сидим здесь. Лишний раз в окно выглядывать страшно – эти под забором дежурят. К тому же спасенных нужно куда‑то девать. Они уже все запасы наши подчистили. Хоть бы один, убегая из дома, мешок картошки прихватил… Так нет же. Считают, что мы их должны обеспечивать, защищать и всячески оберегать.

— Это их половые трудности, что они там считают. Я за формулу «Кто не работает, тот не ест».

— Ладно, харэ языками лясы точить, там вон грузовички подъехали – грузиться будем.

Следующие пару часов большая часть взрослого населения грузили вещи в подъехавшие грузовики. Оставшиеся мужчины отстреливали продолжающих подходить зомби и собак. А те как с ума посходили – перли со всех сторон, с окружающих дворов и со стороны проспекта.

— Если так и дальше пойдет, они просто заблокируют все выезды! – крикнул Антон Николаев, делая очередной выстрел.

— Откуда взялись эти грузовики с автобусами?

— Наверное, АТП какое‑нибудь экспроприировали. Да и надо ли оно тебе?!

— Парни! Федюнин зовет! – крикнул кто‑то из‑за спины. Голоса Виктор не узнал, но пообещал пред светлы очи подполковника явиться.

«Бобик» проскочил мимо врезавшейся в столб серебристой Ауди, в зад которой в свою очередь впечаталась бежевая «девятка». Задержав взгляд на аварии, Виктор не сразу обратил внимание на лежащее на газоне тело, над которым склонилось несколько мертвецов, активно вырывающих из лежащего тела куски плоти.