Не сдавайся - Кристен Эшли

меня дошли его слова, я уже не была в состоянии говорить.

Его рука скользнула по моей груди, вниз по животу, а пальцы вцепились в верхнюю часть моих джинсов, когда он заявил:

— Никто не будет донимать тебя, Шер. Никогда. И уж точно никто не будет приходить на твой порог и там доставать тебя.

Мои глаза опустились к его губам, и я прошептала в знак согласия:

— Никто не будет донимать меня.

Он расстегнул пуговицу на моих джинсах.

Я тяжело и громко втянула в себя воздух.

— Детка, — позвал он.

Мои глаза поднялись в тот самый момент, когда его рука нырнула в мои джинсы, затем в трусики, а средний палец коснулся клитора.

О да, Мерри заявлял свои права.

С раскрытых губ сорвался вздох, и мои глаза закрылись.

Он усилил давление средним пальцем, скользя им по скользким складкам, и пробормотал:

— Такая чертовски мокрая, едва до тебя дотронулся.

Я попыталась открыть глаза, но лишь наполовину приподняла веки, прежде чем его палец снова переместился к моему клитору и начал по нему кружить.

Хорошо.

Так чертовски хорошо.

— О Боже, — вздохнула я.

— Я дал тебе время, Шери. Тебе это было необходимо, — прошептал он, его палец творил волшебство. — Ты написала, что сожалеешь о том, что разрушила нас. Говоришь о том, что хочешь все наладить и рискнуть со мной. Как я понимаю, твое время на размышление подошло к концу?

Я не собиралась писать.

Я даже не знала, отправляла ли то сообщение.

Но я не могла думать, когда он творил со мной такие вещи.

Все, что я могла сделать, это подтвердить:

— Я больше не буду тратить время на размышления.

Он двинул пальцем вперед и заполнил меня.

Я прикусила губу, пытаясь вырваться из его хватки на моих запястьях, чтобы касаться его, пока он трогает меня.

— Будь хорошей девочкой, детка, — призвал он, и мои веки приподнялись на сантиметр, когда я застонала.

Он сделал медленный круг внутри меня.

— Ты будешь хорошей девочкой, Шери?

— Да, — задыхалась я.

Он сделал круг в другую сторону и проговорил:

— Хорошие девочки получают хорошие вещи.

Я хотела для себя хорошего в принципе, но конкретно в этот момент я хотела их именно от Мерри.

— Мерри, мне нужно больше, малыш, — прошептала я.

— И как ты можешь получить то, что тебе так нужно?

Он научил меня этому в постели, когда мы пьяно, но восхитительно трахались.

Я постаралась сосредоточиться на нем и дала ему то, чему он меня учил.

— Пожалуйста, Мерри.

— Хорошая девочка, — пробормотал он, вынимая палец и возвращаясь к моему клитору, давая мне то, в чем я нуждалась.

Мои бедра двигались, работая вместе с ним, когда я застонала:

— Да.

— Чтобы было понятно, хорошие девочки получают хорошие вещи, Шер. Плохие девочки получают наказание.

О, я обязательно буду плохой с Мерри.

Но сейчас я зашла так далеко, что пришлось остановиться на хорошем.

— Сильнее, Мерри, — вздохнула я.

— И как ты можешь этого добиться?

— Пожалуйста, — умоляла я.

Его губы коснулись моих. Затем его язык скользнул по моей нижней губе. Я хотела еще, однако он отстранился, но стал сильнее водить пальцем, и я прижалась головой к стене.

— Да, милый, — поощряла я, задыхаясь.

— Поработай над этим, — прорычал он.

Я старалась, помогала ему довести меня до точки, неровно дыша. Мои соски затвердели и болели, непрерывно ударяясь о его грудь. Я почувствовала, как он приник к моему уху, засосал мочку между губами, а его язык коснулся кончика.

Так мало.

И так много.

— Мерри, — задыхалась я, мои бедра отчаянно двигались, соски больше не терлись, потому что он придвинулся ко мне вплотную, прижавшись грудью. Я почувствовала, как он зубами провел по моей шее, и это стало концом.

— Мерри!

Я уже не контролировала себя, моя голова ударилась о стену, а затем упала вперед и уперлась ему в плечо, и все мое тело, от макушки до кончиков пальцев на ногах, напряглось. Его палец продолжал нажимать на мой клитор, и я сделала несколько тихих вдохов подряд, испытывая сладостную разрядку.

Дрожь охватила меня, поскольку оргазм не торопился покидать мое тело. Я повернула голову и уткнулась лбом в шею Мерри, едва заметив, что его рука освободила мои запястья. Мои руки опустились, чтобы обхватить его плечи и удержать, пока он ослаблял давление на мой клитор, но продолжал двигаться, проводя меня через последние импульсы блестящего оргазма, который он мне подарил. И, словно почувствовав, что оргазм уходит, он обхватил меня руками.

Я едва держалась, не в силах зацепиться, мое тело напоминало тряпичную куклу. К счастью, Мерри обхватил меня за спину, чтобы удержать, пока я пыталась выровнять дыхание.

И Мерри не помогал, когда осторожно вытащил руку из моих джинсов и слегка сдвинулся, чтобы просунуть руку между нами. Моя голова по-прежнему покоилась на его плече, а сам он чуть склонился, скользя средним пальцем, мокрым от меня, между губами Мне оставалось лишь бессильно наблюдать.

Я содрогнулась в его объятиях.

Он почувствовал мою реакцию, и я поняла это, когда он вытащил палец и его губы изогнулись в сексуальной, дерзкой ухмылке. Он провел рукой между нами, а затем сократил ту небольшую дистанцию, обхватив меня, притянув к себе обеими руками и повернув голову.

Я слегка приподняла голову, поймав его взгляд, в котором не было и намека на лед, и только потом закрыла глаза, почувствовав, как его рот приник к моим губам в поцелуе.

Я отдаленно ощутила свой собственный вкус, но все остальное было от Мерри. И тут же поняла, что он не отдаст мне даже малую толику контроля над этим поцелуем.

Он был влажным, долгим, тщательным, мягким и сладким.

Он отдавался мне, но контроль был за Мерри.

И все это было началом, которое не смогла пропустить даже я, умудрившаяся в своей жизни перепутать множество важных вещей.

Освободив мои губы, Мерри остался рядом, проводя носом по моим щекам. Наши взгляды едва ли могли встретиться, но нам это удалось.

— Как себя чувствуешь? — тихо спросил он.

От этого вопроса мне захотелось рассмеяться, настолько он был безумным.

Я обмякла в его объятиях.

Черт, я была в его объятиях.

Как, по его мнению, я могла себя чувствовать?

— Я держусь.

Он уловил юмор в моем ответе, я видела это во взгляде, который он на меня бросил.

И следующие его слова отрезвили нас:

— Моя кареглазка.

Я пришла в себя, и мои глаза заслезились, когда я прошептала:

— Мерри.

Если я и хотела сказать что-то еще (а