И грянет весна! - Серослав Амадайн

— Где ваш хозяин!?

— Прямо езжайте, господин, — поспешил ответить один из них. — Там правее будет чёрно-серый шатёр господина Жанара!

Пока я мчался к месту, вокруг и следом начал собираться народ, провожая меня встревоженными взглядами.

— Жанааар! Выходи!!! — крикнул я едва спрыгнув с лошади и с клинком наголо.

Среди собравшейся вокруг небольшой площадки толпы замелькали воины, которые стали проталкиваться вперёд сжимая оружие и перебрасывая щиты из-за спины.

Вскоре полог шатра откинулся, и оттуда вышел сам виновник суеты.

— Что случилось? Почему ты врываешься в мой лагерь, да ещё и с мечом наголо?

— Где Тамари? Верни её немедленно! — наставил я на него клинок, давая понять что шутить я не намерен.

— Вернуть? — с сарказмом спросил он. — Она что по твоему, какая-нибудь вещь?

— Не е#и мне мозги, Жанар! Ты прекрасно понимаешь в чём дело! Ты взял её для Доказательства Крови, несмотря на уговор!

— Не было никакого уговора, дядя! — зло выкрикнул он. — Я по праву попросил, а ты пошёл советоваться с бабами!

— Отдай мне мою родо́винку, и забирай свой туримас по ту сторону Янвы! — надвинулся угрожающе я на него.

— И только? — ехидно усмехнулся Жанар оглядываясь вокруг. — Моя мать отдала МОИ родовые земли Торихолду и его прихвостню, этой крысе Тарко! Если бы она осталась править в Беледаре, то всё бы сейчас было иначе!

— Ты многого не знаешь Жанар, и торопишься судить!

— Не знаю, ты прав…

Он полез за пазуху и через секунду в его руке протянутой ко мне, закачался красный клятвенный кулон. — Так может объяснишь мне вот это?

«Твою-то мать!…»

— Верни Тамари! Дай ей уйти, а я останусь, и мы поговорим.

На окраине лагеря послышался топот копыт, шум голосов, крики. Спустя минуту брычи бросились врассыпную кто куда и я услышал басистый, хриплый голос Варгона.

— Прочь с дороги я сказал! — раздался мимолётный звон стали, а затем сдавленный стон. — Кто ещё хочет заступить мне дорогу? Ты?… А может быть ты!?… Пошли прочь я сказал!

Не церемонясь, Варгон лошадью растолкал солдат Жанара и выехал к нам на площадку:

— Жанар! Мы с тобой условились всё решить миром, а ты что устроил?

— Я спас вас там, и помог твоему анаю отстоять город, урум! — дерзко высказался отпрыск Гайриса. — Кабы не я, вы и до Междуречья не добрались бы!

— Может и так, а может и нет! — пожал плечами рукавой сидя в седле. — Но ты обещал всё решить миром, а теперь захватил ни в чём не повинную девушку. Свою сестру!

Жанар дёрнулся и его лицо приобрело хищническое выражение:

— Сестру?! Разве может она считаться моей сестрой, если мать решила меня убить? Род Фортхай причастен и к убийству моего отца, не так ли рукавой? — Жанар сжал кулак с кулоном, и вытащил блеснувший меч из ножен. — Фортхай убили моего отца в Ардановом холме! — громко объявил он в окружающую нас толпу. — Моя так называемая мать, свела в могилу и Вериса Булхайна! — его голос едва не срывался на визг. — И Фортхай хотели убить меня, едва я родился!!!

Вдруг в шатре позади него раздался звук удара, потом хрип… И в следующий миг полог откинулся, а из шатра выскочила Тамари с большим ножом в одной руке, и с кровоточащей ладонью другой, которую она прижимала к груди.

Жанар не раздумывая размахнулся мечом и нанёс удар по горизонтали, метя девушке на уровне груди.

— Нет!!!! — устремился я вперёд, но понятное дело, что не успевал.

Варгон с мечом наголо вонзил пятки в бока лошади и та жалобно заржав, рванула с места так, что комья земли разлетелись у неё из-под копыт.

Но никто из нас не успевал хоть как-то помочь девушке…

Тамари вдруг резко присела, меч свистнул у неё над головой сопровождаемый воплем Жанара, и в тот же миг она вогнала свой нож ему в бок. Жанар охнул, переводя удар в круговую и метя рубящим сверху ей прямо в голову, но меч Беспалого одним ударом сносит ему часть лица и со звоном врезается в опускающийся клинок, отбивая его в сторону. В это же мгновение лошадь Варгона врезается в падающее тело Жанара и на всём скаку они влетают в шатёр, заваливая его и падая вместе с копыт. Всё случилось настолько быстро, буквально за несколько мгновений, что никто даже не успел толком понять случившееся. Осознание пришло уже секундой позже. Я развернулся лицом к толпе, готовясь сражаться до последнего, но его люди застыли в изумлении, словно не веря в произошедшее.

Поняв что пока до драки дело не идёт, я подбежал к Тамари. Убедившись мельком что она в порядке, я сперва помог высвободиться из ткани шатра перепуганному животному.

— Садись на лошадь, быстро! — скомандовал я девушке, и та кивнув без лишних слов, вскочила в седло еле сдерживая ошарашенное животное. Однако покинуть место развернувшихся событий она не могла, ввиду плотного окружения площади толпой.

Бросив взволнованный взгляд там где упал Варгон, я увидел как рукавой, ворочаясь под покровом частично рухнувшего шатра и матерясь на все лады, встал на ноги. Одним махом разрубая ткать, готовый к бою он выбрался наружу.

Однако нас так никто и не попытался атаковать.

— Предначертанное исполнено. — как-то буднично промолвил он убирая оружие в ножны.

Жанар был мёртв. Материя шатра быстро пропитывалась кровью, а его ужасный вид заставил меня отвернуться.

Где-то под развалившимся шатром раздался стон, и не теряя ни секунды распоров ткань, я увидел бледное лицо старика Бранана. Приподняв окровавленную голову умирающего и захлёбывавшегося собственной кровью старика, я встряхнул его:

— Доказательство Крови!… Ну! — тормошил я его приподымая голову повыше, и кровь потоком хлынула из его рта. — Во имя богов — говори же, ну!

Я до последнего момента тешил толику надежды, что всё это окажется ошибкой. Неудавшейся попыткой Жанара выдать себя за другого.

Блуждающий уже в Чертогах Душ взор старика на секунду вернулся в этот мир:

— Сын… Он, сын! — еле вымолвил Бранан роняя ослабевшую руку, из которой выпала маленькая чаша с густой розовой жидкостью, после чего его глаза заволокла пелена смерти.

Я взглянул молящим взглядом на рукавого, но тот переведя взор на чашу, только молча кивнул. Где-то в глубине моей души окончательно лопнула струна надежды, что это всё развод! Что этот юноша лежавший с отрубленным лицом, на самом деле никакой не сын Сараны не смотря на многие факты свидетельствующие об обратном.

Но видимо у богов было своё видение судьбы этого парня.

«Господи! Как же так?!… Почему?… Подумать только — я убил родное дитя своей сестры! За что мне всё это, Род Всемогущий!»

Прибывшие с Жанаром и Брананом люди, молча взирали на нас. Ошеломлённые событиями, уставшие, сильно напуганные и полностью лишённые понятного будущего. Их можно было понять, ведь до сего момента у них был вожак. Лидер, объединяющий их и определявший каждый их день существования в это смутное время. Они двигались к цели, превозмогая трудности сложившихся обстоятельств, но теперь всего этого не было! В их лицах воцарилась пустота и апатия, которую я наблюдал в глазах своих людей когда-то, проезжая первый раз по центральной улице Хайтенфорта. И вот теперь, они в одночасье остались сами по себе! Они растерянно смотрели на нас троих, застывших над трупами их ещё совсем недавно живых господ. Иными словами, они просто не знали и не понимали — что им делать дальше?

И тут я понял, что настал момент, когда я должен подтвердить свою судьбу! Показать себя не просто главой рода и властным хозяином аристократической крови. Показать себя анаем — лидером, несущим ответственность за каждое своё действие, которое отражается эхом не только на статусе моей семьи для таких же дворян, но и на сотнях простых людей, что решатся пойти за мной следом куда бы то ни было!

— Северяки́! — зычно крикнув, вышел я в центр площадки поворачиваясь кругом, чтобы каждый из окружающих мог видеть моё лицо. — Да, я убил Гайриса Адамона Булхайна в Ардановом холме,