Дары Инферно - Сим Симович

с общей схемой. Беллатрикс медитировала, настраиваясь на свою роль в предстоящем ритуале. Её тело, созданное из огня Малика, сияло всё ярче по мере приближения рассвета, словно чувствуя приближение момента истины.

За час до восхода солнца они покинули покои Сахиби. Замок был погружён в глубокий сон — даже портреты дремали в своих рамах. Они беспрепятственно прошли по пустынным коридорам, направляясь к Большому залу.

— Помни, — тихо сказал Сахиби, передавая Беллатрикс ларец с последним камнем души. — Когда первые лучи солнца коснутся вершины Астрономической башни, ты почувствуешь резонанс в своём теле. В этот момент ты должна активировать камень.

Беллатрикс кивнула, принимая ларец с благоговейным выражением лица.

— Я не подведу тебя, — прошептала она. — Ни тебя, ни Владыку Малика.

Сахиби коснулся её щеки кончиками пальцев — лёгкое прикосновение, почти невесомое, но исполненное силы.

— Я знаю, — сказал он. — Поэтому ты и была выбрана первой из адептов нового мира.

С этими словами он повернулся и покинул Большой зал, направляясь расставлять оставшиеся камни души по периметру замка.

Беллатрикс осталась одна в огромном пустом помещении. Зачарованный потолок над её головой показывал звёздное небо, постепенно светлеющее на востоке — первый признак приближающегося рассвета. Она подошла к центру зала, туда, где обычно стоял стол для преподавателей, и осторожно открыла ларец.

Камень души внутри пульсировал интенсивным синим светом с серебристыми вкраплениями — отражение чистоты душ единорогов, заключённых в нём. Беллатрикс аккуратно извлекла его и поместила на пол, точно в центре пересечения всех линий силы.

Затем она отступила на шаг, опустилась на колени и начала тихо произносить слова древнего заклинания, которому научил её Сахиби. Язык иного мира звучал странно из уст ведьмы, но тело Беллатрикс, созданное из огня Малика, придавало словам необходимую резонансную частоту.

Тем временем Сахиби быстро перемещался по замку, размещая оставшиеся двенадцать камней души в заранее определённых точках. Каждый камень он устанавливал с предельной точностью, сопровождая размещение короткой активирующей формулой.

Последний камень он установил на вершине Астрономической башни, где диадема Равенкло уже была размещена в тайнике под древним телескопом. Здесь Сахиби остановился, чтобы наблюдать, как первые лучи солнца появляются из-за горизонта.

Небо на востоке начало окрашиваться розовым и золотым. Сахиби снял очки, позволяя синему пламени своих глаз свободно осветить пространство вокруг. Он поднял руки к небу и начал произносить заключительные слова ритуала — древнее воззвание к Владыке Малику, приглашение вступить в этот мир через открывающиеся врата.

Первый луч солнца коснулся вершины Астрономической башни именно в тот момент, когда Сахиби произнёс последнее слово заклинания. Камень души у его ног вспыхнул ослепительным синим светом, который устремился вниз, проникая сквозь этажи замка, соединяясь с потоками энергии от других камней.

В Большом зале Беллатрикс ощутила резонанс во всём своём теле — словно каждая частица её искусственной плоти завибрировала в унисон с пульсацией исходящей сверху энергии. Она завершила заклинание, и камень души в центре зала активировался, испуская вертикальный столб синего света, устремившийся к зачарованному потолку.

По всему замку начали активироваться камни душ, их энергия сливалась в единый поток, направленный к центру Большого зала. Древние стены Хогвартса задрожали, когда мощь четырёх артефактов основателей соединилась с силой тринадцати камней душ.

Зачарованный потолок Большого зала начал изменяться — вместо светлеющего утреннего неба на нём появилась картина совершенно иного мира. Огненные вихри, парящие острова, сверкающие кристаллические башни — реальность мира Малика проступала сквозь истончавшуюся грань.

Беллатрикс завороженно смотрела вверх, её глаза широко распахнуты от изумления и восторга. Её тело сияло всё ярче, откликаясь на приближение своего создателя.

В этот момент двери Большого зала распахнулись, и на пороге появился Альбус Дамблдор. Его лицо выражало тревогу и решимость.

— Что здесь происходит? — спросил он, входя в зал. Его взгляд переместился с Беллатрикс на сияющий столб света в центре помещения, затем на изменившийся потолок. — Что вы делаете с Хогвартсом?

Беллатрикс медленно поднялась на ноги, её губы изогнулись в улыбке, которая когда-то наводила ужас на противников Тёмного Лорда.

— Преображаем его, Дамблдор, — ответила она. — Открываем двери в новый мир.

Директор поднял палочку, но прежде чем он успел произнести заклинание, от центрального столба света отделился тонкий луч, ударивший в потолок. В образовавшемся разрыве между мирами появилась фигура — высокая, величественная, окружённая пылающим синим ореолом.

— Слишком поздно, Дамблдор, — прошептала Беллатрикс. — Врата открыты. Владыка Малик прибыл.

Фигура начала спускаться из разрыва, и по мере её приближения сам воздух в Большом зале словно сгущался, наполняясь тяжёлым, металлическим запахом иной реальности. Дамблдор поднял палочку выше, готовясь к противостоянию, но в этот момент в зал вошёл Сахиби Алов.

— Не стоит сопротивляться, Альбус, — спокойно сказал он, подходя ближе. — То, что должно произойти, произойдёт независимо от твоего желания или сопротивления.

— Сахиби, — Дамблдор повернулся к нему. — Я подозревал, что ты что-то замышляешь, но это… это выходит за рамки всего, что я мог вообразить. Ты открываешь путь существу из иного мира? Ты хоть понимаешь, чем это грозит всему магическому сообществу?

— Я понимаю лучше, чем кто-либо, — ответил Сахиби, и синее пламя его глаз вспыхнуло ярче. — Это не конец, Альбус. Это начало. Начало новой эры, где магия обретёт свою истинную, неограниченную форму.

Фигура Владыки Малика продолжала спускаться, и по мере его приближения стены замка дрожали всё сильнее. За дверями Большого зала послышались крики проснувшихся и встревоженных обитателей Хогвартса.

— Ещё не поздно остановить это, — Дамблдор сделал шаг к Сахиби. — Вместе мы можем закрыть врата прежде, чем существо полностью войдёт в наш мир.

Сахиби покачал головой.

— Ты не понимаешь, Альбус. Я не хочу останавливать это. Я работал веками, чтобы этот момент наступил. Я — слуга Владыки Малика, посланный в ваш мир с единственной целью — открыть врата для его прихода.

Он сделал быстрый жест рукой, и синее пламя из его глаз сформировало вокруг Дамблдора кольцо огня, не позволяющее директору приблизиться к центральному столбу света.

— Наблюдай, Альбус, — сказал Сахиби. — Наблюдай за рождением нового мира.

Владыка Малик приближался к полу Большого зала. Теперь можно было разглядеть его облик — высокий, гуманоидный, но с чертами, выходящими за рамки человеческой анатомии. Его кожа мерцала, словно покрытая мельчайшими кристаллами. Глаза сияли тем же синим пламенем, что и у Сахиби, но неизмеримо более ярким, почти невыносимым для взгляда.

Когда его ноги коснулись пола Большого зала, произошла вспышка такой интенсивности, что на мгновение все присутствующие были ослеплены. А когда зрение вернулось, мир уже начал меняться.

Стены Хогвартса становились прозрачными, сквозь них проступали очертания иной реальности. Законы физики искажались,