Солнечный ветер - Нани Кроноцкая

не так. И не считаю, а знаю. К сожалению, без деталей. Не спрашивай, у меня собственные источники информации. И теперь королеве понадобился новый донор.

– Нерис? – Рик вцепился руками в скафандр. Тот угрожающе пискнул.

Гесс молча кивнул, одевая кошмарную маску. Жуткое зрелище. Как только Нэс от него не сбежала?

– И ты. Вот тут у нас самое интересное… – голосом замогильным сказал черный монстр. – Руководил экспериментами по переносу мозга и сознания в новое тело вечный фаворит королевы, ее первый мужчина, любовник, главный муж, принц и фактический правитель Зидейны. Он же был главным обвиняемым.

– Гвэл? – сразу же понял Макар. И тут же добавил: – Петровна, активировать мне боевой. Личный. И кликни мне Игоря, что-то его очень долго не слышно.

– Боевой скафандр капитана будет доставлен к вашему катеру, – отозвалась тут же Петровна. – Связист просил его не отвлекать, ликвидирует физические повреждения модулятора в хвостовом отсеке.

Вот почему с «Совой» не было связи. Хотя… с кем тут связываться? Все крепко спали.

– В результате эксперимента он как-то там физически пострадал. Побочным эффектом, полученным совершенно случайно стала полная блокировка процессов старения организма. Ему удалось сделать то, о чем люди грезят уже не одну сотню лет. Если не тысячелетия. Чистая случайность, повторить которую они не сумели. Как не старались. Хотя… по моей информации запрещенные эксперименты до сих пор продолжаются.

Гесс выпрямился, покачиваясь на носочках, потянулся, проверяя свои ощущения. Пальцами пошевелил. И произнес очень задумчиво:

– А еще, он не имеет возможности оставить собственного наследника.

– Импотент? – ухмыльнулся Макар, оглянувшись на выходе из лазарета и направившись в сторону хвостового отсека. За ним совершенно бесшумно двинулась аспидно-черная махина облаченного в скафандр ЭТО биолога.

– Он бесплоден, – осторожно заметил Гесс. – Остальные детали его… состояния лично мне неизвестны.

– Ну, а я тут при чем? – возмутился Макар, идя на звуки голоса Игоря.

– Пока затрудняюсь ответить. Несколько вариантов: в качестве донора для фаворита, в качестве племенного… производителя, они там все носятся с нужным набором генома, вдруг твой подошел, или…

– Просто я ей приглянулся. Такое случается с королевами. Особенно, если у них уже восемь мужей… Кстати, если вдруг ты не понял: мы прямо сейчас отправляемся в госпиталь. Стэм не выходит на связь.

И тут Гесс покачнулся.

_________________________________________

¹Административная столица Шедара – г. Шипсильяфдунд. На планете осталось одно государство, объединяющее остатки некогда существовавших.² Астери (αστέρι) – в пер. с др. греческого: – звезда.

__________________________________________________

Следующая глава будет… остросюжетной. Но мы с вами ведь смелые и всегда помним: ХЭ обязателен, правда?

41.(Не) убийство

Обитаемая планетарная система Шедар, планета Шедар, сектор посольства Империи, Госпиталь посольства Империи.

Он меня не пропустит. Придется убить. Эта мысль вдруг показалась такой правильной и органичной, что я улыбнулась, правой рукой понимая опять слегка дрогнувший плазер.

Мужчина, стоящий передо мной, даже не дрогнул. Я попыталась почувствовать его, и обнаружила вдруг, что «ослепла». Нити чувств и эмоций, которые я так явно видела, оборвались, истлели. Мир вокруг стал пустым. Как звали этого человека? Не помню. Забыла. Как звали меня? Во сне это не важно. Мне нужно отсюда уйти.

«Давай уже, двигайся! » – снова боль и я делаю шаг.

– Нэрис, послушай… – начал было мужчина, но посмотрел мне в лицо и осекся. Подал знак невидимке, стоящему у меня за спиной Почему я его не почувствовала?

Он назвал меня «Нэрис».

– Пропусти меня, или я выстрелю, – хрипло сказала, понимая отчетливо в ту же секунду, что не смогу. Я скорее себя пристрелю. Даже не помня его, я почувствовала: человек этот – друг. То немногое, что еще была в состоянии чувствовать.

Он назвал меня «Нэрис».

– Зачем? – совершенно спокойный вопрос. – Тебе будет больно.

Правда. И жалость во взгляде. На плазер он не взглянул, будто его между нами и не было.

Я хотела ответить. Пожаловаться, рассказать ему, как потерялась во сне, что мне делают больно, а боли я не умею противиться. Но что-то вдруг изменилось. Раздался тихий хлопок и я совершенно оглохла. Лицо мужчины исказилось, как будто от боли, и он рухнул мне под ноги. Я отшатнулась.

Кровь.

Ее запах заставил меня содрогнуться. Из правой руки выпал плазер. На полу стремительно расползалась кровавая лужа. Мужчина, лежавший у ног, не подавал признаков жизни.

А ведь он даже назвал меня. Нэрис.

«Ты убила его! » – радостно прозвучало.

«Теперь ты преступница. Тебя осудят по законам Империи и твой муж от тебя отвернется.» – наотмашь ударило. – «Кому нужна полоумная убийца?»

Муж. Империя. Я не смогла это вспомнить, но поняла очень остро: этой смерти он мне никогда не простит. Я стал убийцей. Мне нужно бежать!

Быстрее!

Метнулась поднять с пола плазер, но он упал в лужу крови. Прикоснуться к нему я заставить себя не смогла.

Рванулась к двери, она оказалась открыта, и я сломя голову понеслась вперед по коридору, словно зная, куда он ведет и зачем мне туда нужно. Холодные серые камни обжигали голые ступни. Из одежды на мне оставались лишь короткие белые шорты и маечка. Участки тощего белого тела, сплошь покрытого синяками, болезненно торчали из-под одежды.

Как холодно.

Поворот, спуск по едва освещенной запыленной лестнице, песок под ногами.

Опять.

Очень скоро передо мной оказалась узкая дверь, отозвавшаяся на удар кулаком гулким звуком металла. Толкнула ее и она вдруг открылась, а я оказалась на улице. Огромное серое здание, узкие бойницы окон. А еще, очень – холодно.

Рядом стоял крохотный катер, двухместный. В кабине его сидел тот, от одного только вида которого мне захотелось кричать. Я его помнила.

«Подойди ко мне, сладкая девочка, ты стала еще аппетитней». резануло жгучей болью голове в моей голове.

Нет. Лучше я тут умру. Точно лучше. Жить преступницей не хотелось. Снова удар, я падаю на колени, удирившись больно о мелкие камушки на земле. Серый перед глазами, упираюсь в него ладонями, отталкиваюсь. Некрасивые руки. Мои? Омерзительное ощущение собственного уродства. Медленно поднимаюсь, оглядываясь.

«Я жду терпеливо». Он мне не привиделся. Сидит, как ни в чем ни бывало, и улыбается. Очень красивый, практически безупречный. Но красота эта мертвая. Холодная, словно блеск драгоценного камня. От него никуда я не денусь и нечего даже мечтать.

Двинулась в сторону катера. Чтобы иметь право выбора, нужно быть сильной. Я слабая, болезненно-некрасивая, я могу вызывать лишь отвращение. У меня нет больше прав.

Дверь кабины широко отодвинулась и меня резко вдернули внутрь, схватив больно за руку и сильно ударив о стальную ступеньку. Я ничтожество. Боль сломила