Оборотный случай - Иван Кононенко

Для него это «небольшое» приключение (если вам угодно — заключение) было не опасней невинной настольной игры. Приятная обстановка полуразрушенного мелкого домика, интеллектуальная компания в морде пары оборотней, а противники в лице одинокого охранничка — похоже, леснику было достаточно этих факторов, чтобы считать себя удовлетворенным и не желать больше ничего другого.

Но нет, я ошибся. Жизнь — штука непредсказуемая, разнообразная и до того сложная, что уверенно говорить о чем-то невозможно. Шутке можно придумать новое, свежее применение или изменить пару слов и сделать ее еще смешнее. Игре можно придумать пару лишних правил. Почти безвыходному положению можно придумать уйму других выходов. Велуд так и сделал:

— Они ведь не знают, оборотень я или нет? Это отлично! Около двери стоит молодой человек, как выразилась она. Позвольте сделать этот ход мне, хоть я и не могу превращаться.

— Легко устроить, — прорычала Ктори под вдохновенную манипуляцию своего второго Я.

— Я тебе дам «устроить», — довольно зло буркнул пострадавший от ее рук.

— Прости, я не хотела. Это злая часть меня! — Запричитала девушка. Велуд величественным и благодушным жестом своей уцелевшей руки остановил потоп ее словесных извинений, показывая, что все понимает, затем подкрался к двери, прислонил ухо к ней и немного постоял так, силясь что-нибудь услышать. Результат его удовлетворил, и он опять-таки жестом сказал нам ничего не говорить и что все хорошо.

Я сел на приветственно скрипнувшую кровать к Ктори, и на этот звук лесник так свирепо замахал руками, что я испугался, не припадок ли у него. Но мой необычный друг быстро перестал шевелить больной рукой, а гримасу «Ты, козел, не скрипи мне тут, пока я исполняю Свой Гениальный План» сменила гримаса боли.

Мы с Ктори переглянулись. Что он собирается сделать с охранником и зачем мудрить лишний раз? Практичнее его было бы просто загипнотизировать или убить. Тело можно затащить сюда.

Сколько возни с этим сосудом для души! Оно имеет свойство болеть, ему нужно спать, его нужно постоянно отмывать от оседающего и липнущего к коже окружающего мира, накачивать едой и водой. Оно в минуты моральной нестабильности превращается в огромного плотоядного волка и бегает по миру, выискивая чужие тела и избавляя души от них. Если бы душа могла отделяться от тела, оставляя в нем свои плотские потребности, у нее освободилась бы невероятно огромная куча времени! Более чем на половину! С другой стороны, постоянно думать и думать утомляет. Наверно, затем и нужно тело, чтобы жизнь не казалась слишком однообразной. Можно и думать, и кушать, что приятно, а можно думать и болтать с кем-нибудь. Некоторые, к несчастью, думают, что они всесторонне развиты и одновременно болтают и кушают, а делать еще что-нибудь третье не смогут.

Но факт является фактом: с телом иногда неудобно. Оно не пролезет в узенькую трещину в скале, спасаясь от погони, да и летать не может, постоянно требует еды, после убийства его нужно куда-нибудь прятать. Хорошо если есть какая-нибудь яма, или шкаф, или большая коробка для мусора. Вот бы было удобно, если бы при убийстве оно превращалось во что-нибудь незаметное вроде пепла!

«Ага, а еще было бы удобно, если бы ты мог перелетать с места на место, преодолевать крысиные норы и видеть сквозь стены», — саркастически закончила Совесть.

«Замолчи. Но, знаешь, было бы неплохо», — добавил я. Так бы не нужно было прислушиваться и увидеть сквозь стену охранника, от которого хочет избавиться Велуд.

Опять думаю про убийства как про светскую беседу.

Велуд бесшумно раскрыл все замки на двери и резко выпрыгнул из нее, налетев на охранника. Бедолага от страха выронил арбалет, споткнулся об него и растянулся на полу. Выглядел он неброско: те же доспехи с самодельными шипами, кривой короткий нос (да охранник был весь какой-то кривой, начиная от пяток и заканчивая носом), пепельные волосы.

Хорв извивался на дощатой земле, было похоже на то, что он пытался не встать и принять бой или заорать «тревога!», а поудобнее для храброго боя лечь.

— С-с-сдавайся! — Пролепетал он. — Мы вооружены и с нами сила Ги-ильдии!

Велуд изо всех сил старался показать, что он оборотень, даже реалистично зарычал и вызвал этим у охранника приступ крупной дрожи.

— Никогда! — Рычал он. — Только через наши тр-рупы!

Право слово, он переигрывает. А поймет он это, разве что если заразить.

Вид большого свирепого мужика со сразу заметным шрамом на щеке и шкурообразной бородой кого хочешь вобьет в заблуждение, особенно если шкуробородый рычит и подвывает.

Велуд медленно ходил вокруг продолжающего валяться в оборонительной позе охранника и угрожающе смотрел на него. Дрожащий бедный Хорв был смертельно напуган, видно было, что он не имел понятия, как себя можно вести в таких ситуациях. Лежа даже рукой с оружием не достать до подвижного врага, который стоит на ногах.

— Велуд, скажи, что мы никому не желаем зла и это просто недоразумение, — мудро рассудив, что нам ни к чему лишние гонения, попросил его я.

— Как бы не так, собрат по крови!.. А-р-р! Тьфу! Теперь ты один из нас! Ха-ха-ха! Пойди расскажи магам или своим друзьям в Ракотлуше, — лесник плюнул на бедолагу, который и правда подумал, что заразился оборотнизмом. Более его никто не задерживал: Велуд подошел к нам, выглядывающим из-за косяка, и принялся любоваться короткой, но эффектной сценкой. Хорв вскочил, и не подумав больше нападать на нас. Вращая сверкающими, распахнутыми до предела глазищами, он осматривал поселок.

— Я знаю этот взгляд. Так всегда получается, когда понимаешь, что ты оборотень и смотришь на мир уже с его точки зрения, — сказала Ктори грустно.

Мне даже жалко стало доверчивого стража порядка. Он лишь выполнял свою работу! Хотя не умер и даже не был ранен. Когда-нибудь он поймет, что над ним зло пошутили, главное чтоб до этого не наделал глупостей.

Перепуганный бросился куда-то вглубь Ракотлуша, оставив свои арбалет с мечом на полу в домике.

— Нам пригодятся, — Велуд поднял их и подкинул в руке меч. — Хех. Моя шутка не дала ему ни одного шанса.

— Побежали быстрее, — взмолился я.

— А куда мы тебе побежим? — Хмыкнул тут Велуд.

У меня в памяти сразу нарисовалась Веора. Но что нам там делать? Только недавно оттуда сбежали, по пятам преследуемые страшными врагами, могущими убивать на расстоянии. Нужно сразу идти в лагерь нелюдей.

— Ктори, ты помнишь, где лагерь Нигиза? — Повернулся к ней я.

— Не ориентируюсь на местности вообще. Может быть, смогу определить направление, увидев стену Веоры во время ночи.