Оборотный случай - Иван Кононенко

Лесник уверенно кивнул и кинул что-то непонятное, но от этого не менее премерзкое, вытащенное из пальца, куда-то вглубь комнаты.

— Он меня незаметно подвел к другим охранникам и принялся орать, что в одном доме оборотни да вампиры, которых они искали последнюю неделю. Ты еще думаешь, что он не мог выдать тебя?

— Он мой старый друг, он не мог…

— Старые друзья имеют привычку за время разлуки сильно меняться. Очень может быть, что он духовно и морально обнищал, — изрек Велуд.

— Зачем ему это делать?!

Велуд исподлобья глянул мне в глаза:

— Ты кому больше веришь, мне или ему?

Ха! Выбор очевиден: старый друг лучше новых двух.

— Ему, — ответил я.

Велуд на это не ответил, а только продолжил обсуждение ситуации.

— Полюбуйся на результат. Мы заперты тут, а у порога торчат враги, которые нас сожгут, когда поймают. Они еще там?

— Нет, отошли, — прислушался я.

— Настоящее приключение вместе с оборотнем! Как я этого ждал! — Сжал кулаки и почти по-кториному засверкал глазами лесник. — Как думаешь, что можно сделать, чтобы сделать наше приключение еще более интересным?

— Тебе еще не хватает интереса? По-моему, куда уж дальше: нас зажали в угол и собираются сже… Нет! Кто-то сказал ведь, что убивать нас нельзя.

— Скука, — понял Велуд и начал стучать по полу ногами, воспроизводя «Кадриль хрога», известную песню в наших краях.

«Советую подумать. Иногда то, что считаешь добром, может обернуться настоящим злом», — объявил злой голос.

Что он имеет в виду? То, что нас решили пощадить — плохо? Почему же нас еще не отпустили? Мы для чего-то нужны. Нужны живыми. Обычная казнь оборотня — сожжение, они могут нас сжечь. Почему же нет?

Ах да! Скорее всего, они ждут уполномоченных представителей власти. То есть…

Как же плохо!

— Скоро сюда придут маги, — поделился я с Велудом догадкой.

— Уже лучше! — Хоть кто-то обрадовался этой новости. Я посмотрел на Ктори.

Бедная девушка, она поплатилась за то, что стала опять доброй. Нужно привести ее в чувство и бежать отсюда, пока мы еще успеваем это сделать.

Я поднялся на ноги, ощущая почти каждым членом своего тела, что боль не собирается уходить и еще понахлебничает во мне хотя бы денек-другой. Больно, но нельзя даже сравнить с тем состоянием, в котором я терпел выходки ельстеда в ночь сожжения Ктори.

Девушка оказалась легче, чем я ожидал. Велуд нехотя подвинулся, чтобы она поместилась хотя бы наполовину, но я его с силой оттолкнул:

— Ей больше нужно полежать на чем-нибудь мягком.

Лесник нечасто так делал, поэтому сам факт того, что он наконец-то смог разозлиться, был сродни празднику Парада Лун или изобретению часов. Злой Велуд — это Велуд со сморщенной переносицей, поджатыми губами, сдвинутыми бровями и сбивчиво выражающийся.

— Эй, знаешь, Редви! Она первая на меня напала! Ворвалась сюда и начала угрожать! Говорит, где моя вещь, отдай ее! А я перчатку спрятал. Она разбила дверь и умудрилась пройти оба магических барьера! Я ей говорю, я знаю Редви — ноль внимания! Ломала пальцы и душила, била! А ты еще говоришь… Да у тебя тоже, как и у нее, уже не все дома? Зло лаской кажется? Ну? Говори!

— А зачем ты перчатку спрятал? Отдал бы, и все.

— Это было бы слишком просто, — покачал головой этот странный человек.

Вроде бы каждый сказал все, что хотел. Мы оба замолчали и стали размышлять о чем-то своем. Велуд начал прослушивать дверь, а я стал спорить с ликующей Совестью, которая праздновала день своей победы. Она оказалась права и Франьен сдал меня! Хотя у него должна была быть веская причина, и я старался доказать это злому недоверчивому второму Я.

Минут через двадцать споров и прослушивания очнулась Ктори. Сначала (после того, как с громадной благодарностью получила свою перчатку) она стала всматриваться в Велуда и смотрела, щурясь от напряжения памяти, довольно долго, но в конце концов рассыпалась в извинениях, все-таки что-то вспомнив. Потом призналась, что плохо помнит произошедшее из-за полного захвата тела своей злой сущностью. Оказывается, и такое бывает! Потом она рассказала очевидные вещи вроде того, что после беготни в лесу увела магов сюда и мастерски запутала след, после чего принялась жить, прячась от крестьян. После этого нечаянное разоблачение и заставило девушку поменяться местами со своей Совестью, как я ее мысленно называл. Далее шли туманные воспоминания об убийствах и «нанесении увечий этому господину». Лесник и оборотень познакомились, но дружбы с первого взгляда не случилось. Велуд все так же сторонился Ктори, а последняя, вероятно, опасалась его гнева или еще чего-то и не решалась первой заговорить. Да тот тоже не старался завести разговор ни первым, ни вторым.

На все это ушло около часа. По словам лесника, оставалось еще примерно столько же, прежде чем сюда прибегут со всех ног запыхавшиеся маги и испепелят ко всем менырам своим гербовым огнем домик вместе с нами.

— Как будем выбираться? — Спросил я у Велуда.

Все-таки ожидание опасности страшнее ее самой. Маги — кто их знает? Могут сжечь, а могут взять и отвести в Веору, где посадят, но не убьют. Вполне могут и пытать ради забавы, оборотни более живучие, чем обычные пленники, и продержатся дольше. Уже представляю полчища непредсказуемых магов-пыточников, которые, ускоренные благодаря своим способностям влиять на мир, бегут сюда по лесу, получив с почтовой крысой письмо про наше местонахождение. И до того сильно тянет узнать свою судьбу, что даже (чувствую!) хочется, чтобы они поскорей сюда добрались.

Велуд, как назло, зачем-то долго молчал, а ведь выдал лишь два слова, одно из которых значило то, что он что-то знает, а второе — отрицание.

Некоторые вещи были ясны даже без Велуда: например тот факт, что нам нужно отсюда все-таки побыстрее выбраться. Около дома, если повезет, будет только Хорв. Если повезет… Так что, скорей всего, здесь нас ждет пара взводов броланских воинов и штук двадцать магов. Ну, пусть будет двадцать один, по семь на каждого. Ведь нашими жизнями заправляет Случай! А он — известный шутник.

— Рядом немного людей, — сказала Ктори. — Иногда я начинаю дюже хорошо чуять. Один точно стоит около двери, насчет других точно не уверена.

— Одного провести легче легкого. Велуд, ты можешь навести на него какую-нибудь свою мороку? — Спросил лесника я. Он непонимающе поморщился:

— Зачем попусту тратить магию в такой неинтересный момент? Давай придумаем что-то еще.

Для него это «небольшое» приключение (если вам угодно — заключение) было не опасней невинной настольной игры. Приятная обстановка полуразрушенного мелкого домика, интеллектуальная компания в морде пары оборотней, а противники в лице одинокого охранничка — похоже, леснику было достаточно этих факторов, чтобы считать себя удовлетворенным и не желать больше ничего другого.