'Фантастика 2025-140'. Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

было куда больше, стульчак — удобнее, запах запирался крышкой, рядом стоял умывальник и висело полотенце, а главное — стены были толстые, и примыкали к жилым помещениям. С одной стороны, это должно было обеспечить хоть какое-то тепло в зимний период, а с другой стороны, давало долгожданную звукоизоляцию.

И только одну проблему все никак не могли решить. Коробку внутреннего дверного проема смертельно перекосило от долгого неиспользования, и открыть ее при желании было еще можно (врезавшись с разбега всем телом), а вот закрыть — никак. Только посредством грубой мужской силы.

Так что заходить в туалет приходилось снаружи, через черный ход, который обнаружился под горой хлама. По задумке Амадеуса туалет у Марины должен был быть прямо за стенкой лаборантской. Но по факту ей приходилось обегать все здание. Это было даже дальше, чем бегать в прежнюю будочку.

Естественно, прочие магики, пока не видевшие особых отличий между двумя санузлами, бегали в тот, что поближе. А дальний, которым пользовались только Марина, Ксавьер да Амадеус, в шутку прозвали «королевским». Марине каждый день обещали, что внутреннюю дверь «вот-вот» починят, однако она прекрасно понимала: случится это, только когда наступит зима, и стимул в виде кусачего мороза замотивирует всех куда больше копченой курицы. А пока ребят все и так устраивало. Лето, солнце, благодать…

— … Лето, солнце, благодать.

Ни к чему тебе страдать.

Лихо сбацаем омлет —

Будем жить с тобой сто лет.

Лучше блюд на свете нету.

Пойте, други, гимн Омлету! — донеслось до Марины развеселое пение из-за стенки, когда она уже заканчивала свои дела.

Девушка непроизвольно хмыкнула. Музыкальным слухом обладали абсолютно все магики. А вот талантом стихосложения — только единицы. Да и голос у Ежика был тоже весьма специфичный — разве только Шнурова перепевать.

— Если маслице шкворчит,

И пузырик брызжет,

Значит — скоро будешь сыт.

Нет сытнее пищи!

Обыщи весь белый свет.

Что вкусней всего? Омлет!

Я тебе скажу, дружочек:

Сальца положи кусочек.

Можно даже шмат мясца,

Можно травушки с мальца.

Но, конечно, не простой —

Ароматненькой такой.

Спросишь ты меня: откуда

Знаю я такое чудо?

Я скажу тебе ответ,

Про чудесный, про омлет.

С травкой запекать омлеты —

Королевские секреты.

Королевская чета

Травку ростит неспроста.

По-любому знают тайну.

И в своей опочивальне

По ночам растят секрет,

Как народу жить без бед.

Марина густо покраснела, расслышав намек. С момента их свадьбы с Ксавьером прошло уже больше двух месяцев, а шуточки все не утихали. Магикам было безумно интересно, есть на самом деле между ними что-то или нет, но никто напрямую не спрашивал. Зато шутили над этим, кто во что горазд, пользуясь тем, что Марина и Ксавьер теперь женаты, и фантазии на эту тему больше не являются сплетней — всего лишь сованием носа не в свое дело.

— Так что кушайте омлет.

Тыща бед — один ответ.

От рассвета до обеду

Буду петь я гимн Омлету.

А как съем я тот омлет,

Лягу спать — и весь секрет!

И, быть может, мне приснится,

Что в той спаленке творится,

Где драконовый наследник,

Хмуро нацепив передник,

Учит женушку свою,

Как готовить коноплю!

Я, конечно, пошутил.

Что мне — свет уже не мил?

Так что сильно мне не верьте,

А не то забьют до смерти,

Не доверив палачу.

Ой, простите! Всё, молчу…

.

Нет, определенно, тут автор был не один, и над текстом явно поработали Шессер или Амадеус. Скорее, Модька — Шессер бы так явно нарываться не стал.

Марина покачала головой, помыла руки и пошла глянуть на этих остряков. Однако когда она вышла, все обитатели двора делали вид, что очень увлечены работой и вообще ничего не заметили. Предполагаемый автор в зоне видимости отсутствовал, а исполнитель старательно стругал лучину для печей. И только лютня, торчащая из-за колоды, доказывала, что у Марины нет слуховых галлюцинаций.

— Все помнят, что у вас сегодня урок по юриспруденции? — мстительно напомнила она.

Обитатели двора издали синхронный стон — Марина была не единственной, кому преподавательская манера Ксавьера доставляла моральные страдания. Не нагрубишь ему, не психанешь, не пожалуешься, не разведешь на несанкционированный перерыв и не собьешь с темы.

— Марина Игоревна, ну зачем нам это? — простонал Крис, высказывая общую мысль. — Ладно еще Вам — Вы все ж таки его жена. Но над нами-то зачем так издеваться?

— Вот когда тебя в следующий раз, как говорит Модька, «повяжут легавые», а ты вдруг вежливо и спокойно обоснуешь неправомерность этих действий, процитировав наизусть Уголовный кодекс Галаарда, тогда и поговорим, полезные это знания или нет, — ухмыльнулась Марина. — А пока берите, раз уж дают. Никогда не знаешь, что в жизни пригодится. Ксавьер и господин Гарден ради вас стараются — с наисвежайшими поправками знакомят, а вы еще жалуетесь.

— Не, ну, положим, законы — это еще куда ни шло, — подала голос пустота, точнее, Денеба, опять разгуливающий, в чем мать родила. — Но каллиграфия-то нам зачем? Мы, поди, не совсем уж дикие — писать все умеют. А Имперские руны — это для благородных. Для нас же — пустая потеря времени.

Магики согласно закивали.

Марина слегка покраснела — тут коса нашла на камень. Большей части магиков действительно не была нужна каллиграфия. Но если до свадьбы индивидуальные уроки Ксавьера были для Марины просто слегка неловкими, то после — невероятно, безмерно смущающими! И ей пришлось долго ломать голову над тем, как бы так не оставаться с ним наедине. В итоге она нашла выход, сделав каллиграфию обязательным предметом в Школе магиков и назначив Ксавьера преподавателем.

Увы, но с некоторых пор девушка просто не могла оставаться с этим мужчиной наедине. Она краснела, сбивалась с мысли и совершенно не могла сосредоточиться. Свадьба как будто что-то поломала в их прежде уверенных и спокойных отношениях. Точнее, поведение Ксавьера никак не изменилось. Но в том-то и было все дело!

Марина ждала… Да, сама не знала, чего ждала. Но чего-то ждала. И многие вещи действительно изменились после того дня, но не те, и не так. И можно было бы, наверное, сесть и поговорить обо всем этом, как она привыкла. Но увы, они с Ксавьером за все время пребывания Марины в этом мире так и не удосужились толком подружиться.

Марина постеснялась поговорить с ним после свадьбы раз, другой… А потом ей уже стало просто страшно подходить к нему без сопровождающих. И единственным