Бог войны - Дэвид Вебер

Брандарк поморщился.

- Знаешь, - сказал он через мгновение, - на самом деле ты не очень похожа на Кериту, но в чем-то ты очень напоминаешь мне ее.

- Что ж, благодарю тебя, лорд Брандарк! - На щеках Лианы появились ямочки. - Я всегда очень восхищалась дамой Керитой. Я думаю, это та черта, которую она называет "крестьянской практичностью".

- Именно то, о чем я думал, - признал Брандарк. - На самом деле...

Он замолчал, когда в комнату ворвалась Тала со свежим чайником чая для Лианы в одной руке и корзинкой свежих горячих булочек в другой.

- Я вижу, вчера вечером ты снова задержался, лорд Брандарк, - строго сказала экономка. - Без сомнения, пил!

- Когда не рубил людей кубиками, не распутничал и не резал кошельки, - весело согласился он, поднимая кружку в знак приветствия, и она поставила корзину с булочками, чтобы прихлопнуть его свободной рукой.

- Именно этого я и ожидала! - резко сказала она ему, и он тяжело вздохнул.

- Так печально, когда все видят меня насквозь за фасадом респектабельности, - сокрушался он.

- Респектабельность, не так ли? - фыркнул Базел. - Думаю, я бы выбрал не то слово!

- Но это потому, что ты знаешь меня так долго. Я должен, по крайней мере, быть в состоянии одурачить какого-нибудь совершенно ничего не подозревающего, невинного незнакомца, ты так не думаешь?

Базел бросил на него красноречивый взгляд, и Брандарк отправил в рот остаток своей первой булочки, чтобы взять одну из только что принесенных в качестве замены, и начал щедро намазывать свежее масло.

- У вас случайно осталось варенье из инжира, не так ли, госпожа Тала? - вкрадчиво спросил он.

- У меня осталось всего две банки, - сказала она, помахав указательным пальцем перед его выдающимся носом, - и в последний раз, когда ты спрашивал об этом, это стоило мне полторы банки!

- Разве я виноват, что вы готовите такие превосходные варенья? - Он невинно посмотрел на нее. - Вы должны воспринять это как самый искренний из возможных комплиментов!

- О, я на самом деле должна? - экономка уперла руки в бока, чтобы одарить его самым сердитым взглядом, но он только посмотрел на нее в ответ с тем же невинным выражением.

- О, хорошо! - сказала она ему наконец. - Но только одну банку, имейте в виду! Я спасу другую.

- Как скажете, - кротко согласился он, и она рассмеялась.

- Обещать легко, милорд, но не думайте, что вы сможете сделать меня настолько милой, чтобы я не отрывала глаз от своей кладовой, когда вы рядом!

***

После завтрака Лиана и Базел покинули башню и пошли вдоль навесной стены к замку. Ранняя утренняя тень замка лежала глубокой и прохладной на зубчатых стенах, и Базел задумчиво смотрел вниз, во внутренний двор.

- Передумал? - спросил мягко поддразнивающий голос, и он быстро повернулся, чтобы улыбнуться Лиане.

- Чего нет, того нет, - сказал он ей. - Имей в виду, не сомневаюсь, что должен, но ты редкая, решительная девушка, Лиана Хэйнатафресса! И, - его голос смягчился, - я никогда не был так счастлив.

- Хорошо. Проследи, чтобы ты таким и оставался. - Она просунула руку под его локоть и положила голову ему на плечо. Было странно не возвышаться над мужчиной, но это тоже было... хорошо. Конечно, это может иметь какое-то отношение к мужчине, о котором идет речь, тепло размышляла она, храня воспоминания о только что прошедшей ночи, как сокровище, которым она была. Нежный и внимательный мужчина, ее Базел, во многих отношениях.

Часовые постоянно дежурили на стенах Хиллгарда, и она увидела, как оруженосец, стоявший под углом между навесной стеной и крепостью, резко выпрямился, взглянув в их сторону. Глаза часового расширились, а затем он вытянулся по стойке смирно. Даже для сотойи потребовался бы очень высокий человек, чтобы поднять глаза выше головы Базела Бахнаксона, не напрягая шею, и поэтому оруженосец сосредоточил свой взгляд на центре массивной груди Конокрада.

- Доброе... утро, милорд защитник, - сказал он.

- И тебе доброго утра, - пророкотал в ответ Базел. Это не могло быть более приятным ответом, и все же в его тембре было что-то особенное. Что-то, что привлекло внимание часового и к Лиане. Он покраснел, затем откашлялся и покачал головой.

- Желаю вам доброго утра, госпожа Лиана.

Это прозвучало похвально нормальным голосом, только немного более грубым, чем могло бы быть, и она улыбнулась ему.

- Спасибо, - сказала она, затем посмотрела в прохладное утреннее небо, ее волосы развевались, как красный шелк, на ветру, который смеялся над замком и танцевал со знаменами. - И тебе того же. Сегодня прекрасное утро, не правда ли?

- Да... госпожа. - Оруженосец улыбнулся ей в ответ. - Это так. И, - он позволил своим глазам встретиться с ее глазами, затем посмотрел на Базела, - я думаю, для одних красивее, чем для других.

- Да, это так, - сказала она ему с мимолетной ямочкой на щеках.

Он почтительно склонил голову и отступил с их пути, и Лиана тихо рассмеялась, когда они прошли в саму крепость.

- Вот! - сказала она своему возвышающемуся любовнику. - Это было не так уж плохо, не так ли?

- Теперь, когда это не так, - ответил он, глядя на нее сверху вниз, - и я полагаю, что мы неплохо начали, если можно так выразиться. У твоего отца здесь, в Хиллгарде и Балтаре не более чем еще пятнадцать или двадцать десятков оруженосцев. Не сомневаюсь, что к обеду мы со всеми разберемся!

***

- Мне жаль, Лиана. - Шарласса переводила взгляд с нее на Базела и обратно, явно сгорая от любопытства. - Баронессы Хэйнаты здесь нет. Она рано позавтракала и сказала, что собирается покататься верхом. - Молодая женщина поморщилась. - Она пригласила меня присоединиться к ней, но этим утром меня ожидает мастер Тобис.

- Понимаю. - Лиана улыбнулась ее покорному тону, вспомнив свои собственные уроки с учителем танцев. - Как думаешь, мы могли бы поймать ее в конюшне, или она уже где-то бродит?

- Я думаю, вы, вероятно, могли бы поймать ее, - ответила Шарласса. - Ее не было долго, и она сказала, что ей нужно кое-что обсудить с мастером Гринслоупом,