Грани Чести (СИ) - Щукин Иван

Посидев так, прислушиваясь к ощущениям в излечённом теле, я сам не заметил как заснул.

Разбудило меня ласковое поглаживание по волосам. Открыв глаза я увидел расстроенное лицо Ирины.

– Что случилось, тёть Ирин? – вскинулся я.

– За тобой снова приехали, Маркус, – со вздохом ответила ключница. – Боярский сын Воротин. Говорит, что тебя срочно хочет видеть боярин Михаил.

Бросив взгляд на часы, я понял, что проспал без малого часов семь. И сейчас чувствовал себя полностью здоровым и отдохнувшим. А ещё больше не было никаких плохих предчувствий.

– Васька вернулась? – спросил я у ключницы.

– Да, уже часа четыре как. Поела и заперлась в своей комнате. Никого не хочет видеть, – снова вздохнула Ирина. И с улыбкой добавила: – Вечно у вас всё сложности, да сложности…

Та-ак. Если Василиса вернулась аж четыре часа назад, то почему боярин хочет видеть меня только сейчас? Что за срочность? Нельзя до утра подождать? Странно. Да и зачем я ему вообще понадобился?

– Езжай, Маркушко, – поторопила меня Ирина и направилась к выходу из моей комнаты. – Не заставляй боярина ждать. Не любит он этого.

Я лишь кивнул и поднялся. Хоть мне и плевать на хотелки боярина, но и игнорировать его вызов не получится. Слишком я зависим от рода. И это, на самом деле, начинает сильно напрягать! Но и поделать, пока что, ничего не могу. Теперь даже выйти из рода не получится. Иван Васильевич этого не допустит.

Сменив школьную форму на повседневную одежду, я спустился вниз и направил к выходу. У двери снова встретил Ирину, которая вручила мне сверток с бутербродами и фляжку с компотом.

На улице меня уже ждал экипаж, с зевающим Кондратием у руля. Рядом о чём-то беседовали трое незнакомых воинов. Конных. Своей, примелькавшейся, охраны я не заметил. А вот внутри экипажа меня ожидал сюрприз.

– Егор?!

– Я с тобой, боярич! – улыбаясь, произнёс Зареченский. – А то из этих вояк охрана так себе.

– Хорошо, – кивнул я. И поинтересовался: – Не знаешь, куда едем?

– В городскую резиденцию, – с охоткой ответил воин. – Насколько я понял из их разговоров, Михаил Василевич был у княгини. А как только от неё вернулся, то сразу за тобой послал. Кстати, боярин Иван тоже там.

– Ничего не понимаю, – осмыслив услышанное, пробормотал я. Егор же в ответ лишь развел руками.

Решив не забивать себе голову, я принялся за бутерброды с компотом. Предложил и Зареченскому, но тот отказался, сказав, что уже поужинал.

Городская резиденция рода Дёминых с момента моего последнего посещения не изменилась. Впрочем, я и был тут совсем недавно. Но кажется, словно прошло как минимум пара месяцев.

В этот раз улыбчивая девушка с ресепшн привела меня не в комнату для допросов, что не могло не радовать, а в богато обставленный кабинет. И кабинет не пустовал – меня тут уже ждали.

За рабочим столом, откинувшись на спинку кресла, сидел глава рода – Михаил Васильевич Дёмин. А чуть в стороне, утопая в огромном кожаном кресле, расположился его брат – Иван Васильевич.

Боярин Михаил был хмур и серьёзен. А вот боярин Иван – напротив, выглядел абсолютно довольным жизнью человеком.

– Проходи, внучок, садись, – заметив меня, кивнул на кресло напротив Михаил Васильевич. Дождался, когда я выполню его указания и спросил: – Догадываешься, почему я тебя вызвал?

– Понятия не имею, – пожал я плечами, устраиваясь поудобнее. Бросил быстрый взгляд на Ивана Васильевича, но он словно умышленно не смотрел в мою сторону.

– Ну так я расскажу, – хищно улыбнулся старший боярин. – Я сегодня был у княгини. После рассказа Василисы. Кстати, почему о таких вещах докладывала она, а не ты?

– Так не о чем докладывать, – спокойно ответил я, не понимая к чему он клонит.

– Не о чем, говоришь… А вот мне так не кажется! Боярича из нашего рода вызывают на неравный поединок. И он этот вызов принимает, и даже умудряется не проиграть. Чем не повод для гордости? А?

– Думаю, тут гордиться нечем.

– Хм… Верно говоришь. А я уж думал, что ты зазнался… Ладно, тогда продолжим. Как я уже сказал, сегодня, после рассказа твоей сестры, я добился аудиенции у княгини. И представь моё удивление, когда застал там же боярина Каганова. И пришёл он по тому же вопросу!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Михаил Васильевич вперил в меня строгий взгляд, явно ожидая какой-то реакции. Но я лишь вопросительно поднял бровь, ожидая продолжения. И боярину это определённо не понравилось.

– Молчишь? Наворотил дел и в кусты?!

– Чего?! – на этот раз не сдержался я. – Каких ещё дел?

– Ты посмотри, Вань, – обратил к брату боярин, – он ещё и не понимает!

– Молод ещё, – меланхолично ответил ему Иван Васильевич, всё так же не глядя на меня.

– Молод, – недовольно повторил Михаил Васильевич. И вновь обратился ко мне: – Молодость не оправдание для того, чтобы позорить род! Всё ещё не понимаешь? Я пришел к княгине за правдой. Хотел добиться справедливости. Чтобы она приструнила сынка своего боярина. А в итоге на меня вылили ведро помоев! Ты! Вместо того, чтобы достойно проиграть, ты начал на боярича Каганов напраслину прилюдно возводить! О чём ты думал?!

– Напраслину? – не сразу сообразил я, о чём он говорит.

– Про белок и сусликов, – не поворачиваясь, хмыкнул боярин Иван. – Додумался же. Хотя, знаешь, Миш, я бы и не удивился. От этих сыновей степных кобыл всего можно ожидать.

– Уж ты бы хоть помолчал, – скривился Михаил Васильевич. И снова заговорил со мной: – Ты прилюдно хулил боярича из весьма уважаемого рода. А когда он бросил тебе Вызов, то позорно сбежал, его не приняв. И мне. Мне! Пришлось за тебя краснеть перед княгиней и выслушивать упрёки от Каганова. Ты хоть понимаешь, щенок, что своим поступком бросил тень на весь род?!

– Да этот боярич психопат конченый! – не выдержал я. – Он меня убить решил на этом поединке.

– И что?! – удивлённо приподнял брови боярин Михаил. – Или по-твоему можно распускать свой поганый язык, а как запахнет кровью, то прятаться в норку? Не бывать этому! Мы – Дёмины! Мы – люди чести! А ты уже в который раз наш род позоришь! И я принял решение…

Охренеть! Вот это он перевернул всё с ног на голову. Нет, с одной стороны он прав. Этот придурок Каганов здорово меня выбесил и я, что уж там, наговорил лишнего. Но с другой стороны… Чёрт! Выглядит всё и в самом деле не очень. Со стороны.

– И я принял решение… – повторил боярин и бросил на стол передо мной знакомую карточку Вызова. – Ты, Маркус, не будешь бегать от этого поединка. Ты примешь Вызов и смоешь позор с нашего рода. Само собой, поединок будет не до смерти. Бери вот ручку и пиши – до третьей крови. А иначе я выгоню тебя из рода! Как давно и хотел. Одни неприятности от тебя. Один позор. Пиши, тебе говорят!

Ручку я брать не стал. Отвечать что либо – тоже. Вместо этого я пристально посмотрел на Ивана Васильевича и наконец-то поймал его взгляд. И ничего хорошего в этом взгляде не увидел. Лишь равнодушие. Не собирался он за меня заступаться. Плевать ему.

– Ты оцепенел чтоль от страха, отрок? – снова заговорил Михаил Васильевич.

– Ты понимаешь, боярин, что в этом поединке он меня убьет? – прямо спросил я, перестав сверлить взглядом Ивана Васильевича.

– Не придумывай! – отмахнулся боярин Михаил. Но весь его вид говорил о том, что всё он понимает. И его это вполне устраивает. – Мы с боярином Кагановым это обговорили. Поединок до третьей крови, который поможет всем сохранить лицо.

Ага, до третей крови! Да этот психованный зверёныш меня зарежет при первой возможности. Уж в этом можно не сомневаться. И плевать ему на всех.

– Ну так что ты решил, Маркус? – после непродолжительного молчания, вновь заговорил боярин. – Дёмин ты или нет? Впрочем… Можешь подумать. Забирай карточку и ступай. Но помни! Либо ты завтра выйдешь на поединок и докажешь всем, что боярич из знатного рода, либо же завтра ты станешь простолюдином и можешь идти на все четыре стороны. Вот только в последнем случае никто уже не спросит с рода Кагановых за твою смерть. Ты будешь сам по себе. А теперь ступай отрок. Ступай. Утомил ты меня…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})