Грани Чести (СИ) - Щукин Иван

– Так что, Маркус, не объяснишь глупой женщине, с чего Жива так добра к этому парню? – вкрадчивым голосом поинтересовалась Добромила.

– Нет, – твердо ответил я, наконец-то придя в себя.

– Почему?! – искренне удивилась женщина.

– Ну а сама-то как думаешь, Добромила? – серьёзно произнес я, надавив на неё взглядом. – И вообще – мы сегодня выписываемся.

– Ну это ты хватил, боярич, – криво улыбнулась целительница, всё ещё играя со мной в гляделки. – Это Егору две недели на восстановление надо было. Так он третьеранговый. С повышенной регенерацией. А тебе тут минимум месяц лежать придется.

– Думаю, не придется, – уверенно заявил я, продолжая давить её взглядом.

И она поняла. Вздохнула, посмотрела на Егора и как бы между делом поинтересовалась:

– Я так понимаю, что присутствовать при этом нельзя?

– Правильно понимаешь, женщина, – подтвердил я.

– Вечно вы, мужики, из всего тайну делаете, – подпустив в голос обиженных ноток, произнесла Добромила и пошла к выходу. Но уже в дверях на секунду обернулась и произнесла: – В любом случае не уходи без осмотра! Хорошо?

– Хорошо, – согласился я.

Дождавшись, когда за целительницей закроется дверь, я перевел взгляд на Егора, который принялся осторожно ощупывать своё лицо.

– Боярич, это получается, что ты меня вылечил? – удивлённо спросил он.

– Насколько я понял – вылечила тебя Жива. А я лишь послужил проводником её воли.

– Значит боярин Иван был прав? Богиня тебе покровительствует?

– Выходит что так, – пожал я плечами и поморщился от боли в обожженном теле. – И мы сейчас это проверим. Надо только найти ремень.

– Зачем? – не понял боец.

– Зубами зажму…

Спустя полтора часа мы с Егором, абсолютно здоровые, выходили из клиники. После того, как исцеление от Живы сработало второй раз, я всё же позволил Добромиле себя осмотреть. Но ничего нового целительница не увидела. Такая же розовая и абсолютно здоровая кожа, как и у Зареченского. И никаких негативных последствий. Она хотела провести ещё какие-то анализы и тесты, но я не позволил, заявив, что мы спешим. Тогда женщина показательно надулась и вышла из палаты. А спустя пару минут одна из её помощниц принесла нам два одинаковых комплекта одежды полувоенного образца. Включая ботинки.

А на выходе из клиники ждал очередной сюрприз. Эльза. Да не одна, а в компании трех коняшек, что паслись на аккуратно подстриженном газоне и ловили на себе недовольные взгляды местного садовника.

– Эльза? – удивился я. – Ты тут откуда?

– Пришла навестить, боярин, – ответила девушка, стараясь не смотреть мне в глаза. Было видно, что немке сильно не по себе.

– Вместе с лошадками?

– Я пришла час назад. Добромила сказала, что вас скоро выпишут. Поэтому, подумав, я сходила за лошадьми.

В ответ я лишь кивнул.

Из посёлка Дёмино мы выехали не спеша, пустив лошадок шагом, и молча. Эльза несколько раз вскидывалась, словно хотела что-то сказать, но не решалась. В конце концов мне это надоело и я коротко бросил:

– Говори!

– А? Что? – не поняла девушка.

– Говори, что ты там хочешь сказать.

– Да я… – начала девушка, и растерянно замолчала. Но затем всё же взяла себя в руки и продолжила: – Мне очень стыдно, боярич. Но я не могла ослушаться приказа.

– Угу, – отстранённо произнёс я. – Ты ещё скажи, что больше такого не повториться…

– Не повториться! – с жаром воскликнула она. – Теперь я служу только тебе, боярич!

– Да что ты говоришь… – хмыкнул я. – А если Иван Васильевич что-то прикажет, то ты не будешь выполнять?

– Субординацию ещё никто не отменял, – угрюмо произнесла немка. – Но выполню лишь в том случае, если этот приказ не будет противоречить твоему.

– А если он просто захочет что-то узнать о том, что я делал?

– Только с твоего разрешения, боярич! – с абсолютной уверенностью в своих словах сказала Эльза.

– А ты Егор? – обратился я к молчаливому Зареченскому.

– Можешь не сомневаться в моей верности, боярич, – спокойно ответил парень. – Теперь я весь твой.

– Хм… – я задумчиво похлопал по спине своей лошади, чем заслужил недовольный фырк. – А если я скажу, что мне не особо нравятся планы Ивана Васильевич?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Меня это не касается, – пожал плечами Егор. – В любом случае я служу только тебе, пока ты не прикажешь обратного.

– А я… – начала Эльза, но я её перебил.

– Что тебе рассказал боярин?

– Многое, – без колебаний ответила немка.

– И про кровь Владык?

– Да.

– А про то, что хочет сделать меня князем?

– Князем?! – искренне удивилась и даже чуток перепугалась девушка.

– Правильная реакция, – с кривой усмешкой на губах, кивнул я. – Таких желаний боярина надо бояться. Потому что это явный путь не на княжеский престол, а в могилу. Причем не только для нас с ним, а для всего рода. И я, по возможности, буду саботировать все его начинания в эту сторону. Что скажете на это?

– Я уже сказал, боярич – я с тобой! – первым заговорил Егор, спустя несколько секунд молчания. – Но хотел бы попросить, что бы ты меня больше не лечил.

– Ой, да ладно тебе! – хмыкнул я. – Я же и себя вылечил. И так же корчился.

– И это всё равно пугает…

– Вылечил? – удивлённо спросила Эльза.

– Угу, – подтвердил я. И продолжил: – Но ты так и не ответила на мой вопрос, Эльза.

– Я думаю, что ты знаешь что делаешь, боярич, – не сомневаясь, произнесла немка.

– Ладно, почти верю, – после продолжительного молчания, обдумав её слова, сказал я. – Дальше будет видно.

– Это значит, что ты не будешь учиться у меня и у боярышни Василисы? – поинтересовалась девушка.

– Почему же? Буду. И не только у вас. Пора становиться сильнее.

– Вот это точно правильно, боярич! – довольно улыбнулся Егор. – Настоящий воин всегда должен стремиться к совершенству.

– А это ещё что?! – удивленно воскликнул я, пропустив последние слова Зареченского мимо ушей.

И было чему удивляться. Прямо посредине дороги стоял самый настоящий блокпост. Даже шлагбаум успели поставить. А вокруг него, разбившись на две почти равные группы, находилось пара десятков бойцов. И лишь половина из них была с гербами Дёминых на одежде.

– Пост, – пояснила очевидное немка. – Они сейчас на всех въездах в город.

– То есть сбежавшего упыря ещё не поймали? – уточнил я.

– Кого не поймали? – не поняла девушка.

– Вражину, из-за которого Иван Васильевич чуть не начал войну с княжеством.

– До войны дело не дошло, – начала рассказывать Эльза. – Боярин Михаил договорился с княгиней о том, что люди наших родов будут работать сообща. А вообще, ходит слух, что Михаил Васильевич очень не доволен действиями боярина Ивана.

– Оно и понятно, – вставил свои пять копеек Егор, – боярин Михаил старший.

– Говорят, – продолжила немка, – что бояре сильно разругались. А Иван Васильевич ещё и упрекал боярина Михаила в бездействии.

– И кто же это всё говорит? – заинтересовался я.

– Люди, – пожала плечами девушка, явно не желая отвечать на этот вопрос. Но затем всё же добавила: – Я умею слушать, боярич. И стараюсь не говорить лишнего.

– Хорошо, – кивнул я, решив, что пока ещё рано выпытывать из немки все её тайны. Пусть вначале привыкнет к тому, что она теперь подо мной. Хм… Какие-то двусмысленные у меня мысли. Вслух же я произнес: – И называйте меня Маркус. А то от вашего боярича уже скулы сводит.

Ответить они мне ничего не успели, так как именно в этот момент мы достигли блокпоста.

Люди рода Дёминых узнали и меня и сопровождающих, и хотели уж было сразу пропустить. Но княжеские бойцы заупрямились. И, похоже, не из-за того, что в чём-то меня подозревали, а чисто из принципа. Или же приказ у них такой – вставлять палки в колёса роду Дёминых.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Возникла небольшая перепалка среди двух командиров. Но, к счастью, до хватания за оружие дело не дошло и спустя пару минут мы поехали дальше.

Ещё дюжину бойцов мы встретили уже на Китайской улице. И среди них княжеских людей не было.