Последний рассвет - Виктор Власов

— Ты говоришь как Мотохайдус! — рассмеялся Коридвен.

Суа загадочно улыбнулась.

Говорят, будто мастеру следует опасаться вовсе не равного себе мастера, а новичка, не знающего азов — творческий дилетант отчебучит такое, чего не может быть, и невероятным образом поразит мастера. Мудрые подметили эту ахиллесову пяту искусства и постановили: пешка становится ферзём, шестёрка бьёт туза. Нашлась «хитрая бухта» и на везучего капитана Коридвена.

Погрузив припасы для осаждённого войском Оды Бадафусы храма Исияма, Коридвен привёл галеон в порт Сакаи. Сюда доставлялись пожертвования «прямодушным» от доброжелателей, среди каковых числились и Такэда с Уэсугой-младшим. Под покровом ночи были сброшены сходни, и началась разгрузка припасов в портовые склады. Когда же трюм «принцессы Скоты» опустел, взошедшие на борт дружественные монахи секты дзёдо-синсю обнаружили истинное лицо. Под рясами у них были надеты самурайские доспехи хатамото самого Бадафусы. Застигнутые врасплох корсары заперты в трюм, лорд Коридвен и его супруга пленены. Случилось непредвиденное: неудачной вылазкой защитники Исиямы раскрыли перед хитрым и жестоким врагом ворота в сердце сопротивления — Сакаи. Пала и сожжена цитадель, построенная на руинах древнего императорского дворца, двадцать тысяч мятежников сдались коварному врагу. Ода добивал разрозненные группки, пытающиеся просочиться к северу, в провинцию Этидзен.

Связанную Суа в паланкине принесли в Киото. Сестра самого Ёсисады Хадзиме предстала в тронной зале перед ясные маслянистые очи императора Гонары, одесную которого восседал Бадафуса. Гонара смотрел исподлобья. Странная девица в иноземном одеянии стояла перед ним на коленях. Локти Суа были связаны за спиной хитроумным узлом, обводившим шею так, что неловкое шевеление руками приводило к сдавливанию сонной артерии. Искусство Ходзё оценили тут по достоинству, эстеты-извращенцы!

— Значит, это вы невеста Хадзиме, вероломного предателя? — удовлетворённо произнёс император.

— Не имею такого бесчестия, — буркнула Суа, пытаясь размять пальцами затёкшие запястья.

— Что же так неласково вспоминаете суженого? — удивился Гонара.

— Какая честь сестре идти за брата! — вскинула подбородок связанная девушка.

— Вот так новость! — Гонара вытаращился на Бадафусу. Тот кивнул:

— Да, сходство есть: пара глаз, два уха, нос и рот… Определённо, родственнички! Тот бандит и эта разбойница…

— Знаешь ли, безобразница, что полагается по законам благого правления таким, как ты?

Суа опрометчиво кивнула, и петля на шее стала строже. Краска, но не от стыда, залила её лицо.

— А ведь ты ненавидишь Ёсисаду! — подметил Ода. — За кого же ты воюешь? Скажи!

Суа и сама не знала, на чьей стороне её интересы. Да и какие такие у Суа политические интересы? Ей нравится сражаться, побеждать, упиваясь личной храбростью и чувством боевого товарищества. Она хотела быть самодостаточной, независимой, она мечтала оказаться в новом мире, грешном и храбром, как этот мир определил её собеседник Ли Колдуэлл.

В растерянности стояла Суа на коленях перед победителями.

— Мы пощадим тебя, Ёсисада Суа, и отпустим твоих комодзинов восвояси, если ты лично принесёшь присягу на верность императору Гонара. — сказал Ода.

А императору пояснил:

— Сестра Хадзиме сможет нам помочь: она хорошо известна на северо-востоке и многие пойдут за ней. Пусть решит, стоит ли мстить Белому Тигру и его негодяям.

Суа неохотно расставалась со своими мечтами, и даже сейчас, когда путы резали ей кожу и давили горло, не верилось в реальность происходящего. Но что она потеряет? Корабля у неё уже нет, лорд Коридвен на суше не имеет никакого влияния. Старый морской разбойник на суше в чужой стране помрёт от тоски. И Суа приняла решение.

— Я поклянусь в верности императору, но корабль мой!

— А в команду примешь моих офицеров, — удовлетворённо подытожил Бадафуса.

— Нарекаю тебя именем новым, — объявил Гонара, — Ёсида Суа! Пусть благословенный ками Тайгэнсонсин примет власть над твоей душой, достойная Онна-бугэйся.

Глава 8

Пролив Ираго невелик, не шире трёх ри. Сюда и направили «Принцессу Суа» новые покровители — обеспечивать переправу. Пока по берегу залива Исэ войска Бадафусы спешили к Нагоя на помощь упирающимся Тоётоми и Токугаве, через узкий пролив, разделивший при сотворении мира богами земли Миэ и Айти, на джонках переправлялась небольшая, но злобная армия синоби провинции Ига. Скапливаясь в эстуарии реки Исудзу-гава близ священной горы Камидзи, отряды синоби, принятых на службу императором Гонарой, получали благословение от Юкио-мико, дочери императора, жрицы святилища Исэ, в котором хранится Лик самой Аматерасу-омиками — драгоценное зеркало.

На другом берегу пролива, на оконечности полуострова Ацуми, имеется удобная бухта, в которой под покровом ночи высаживались синоби Ига. Дальнейший путь их пролегал по побережью мимо замка Тахара, являвшегося цитаделью южного крыла линии обороны, выстроенной Риозо против Белого Тигра. Войско Ёсисады увязло в атаках на Тоёхаси — самый центр района укреплений, преградивших путь в провинцию Айти, а в этих местах пока ещё имелась брешь, через неё и устремились синоби Ига в тыл осаждающих…

Издавна самурайские роды ставили на своих землях, в труднодоступных местах — на горе, в болоте — укреплённые замки. Когда враги оказывались удачливее, и приходилось туго, за стенами можно было отсидеться. Много таких замков понастроено было к XVI веку, и только некоторые приобретали политическое и военное значение впоследствии, перестраивались: каменные стены сменяли бревенчатые ограды, территория расширялась, усложнялась структура фортификационных построек. Но в основном старые укреплённые убежища так и стояли заброшенные.

Одна из таких построек прошедшей эпохи приютила разбойную шайку Кагасиро, руководимую Оннигороши. Месяц назад Саюке вдвоём с Асахарой верховые умчались в Эдо сразу после того, как тётка императора убедилась в переходе Мицухидэ в стан союзников Оды, стало быть, её роль оказалась исполненной. Пробравшись во дворец через тайные тропинки интриганов Ходзё, Саюке встретилась с Мотохайдусом и затребовала возвращения из плена Кагасиро Тэнгу.

Вернулся Асахара один. Что произошло во дворце между нею и советником Тоды, Асахара не знал. Просто Саюке испарилась — и всё. В сообразительности, впрочем, агенту Кендзо отказывать нелепо — от приятелей якудза наёмник узнал, что Идзу Мотоёри, Мотохайдус, содержит особо важных акуто на одном из островов архипелага Идзу, цепочкой вытянувшегося вглубь моря Токай.