Заботливая женская рука - Надежда Первухина

С десяток смуглых, закутанных в ватные халаты и грязные чалмы типов восседали на запыленных верблюдах и неумолимо целились в охотников за артефактами. Причем целились отнюдь не из луков и даже не из арбалетов…

— Деммит! — простонал приглушенно Молдер. — У них у каждого — молекулярный деструктор третьего поколения! Я всегда говорил, что арабские террористы связаны с инопланетянами! Вот и доказательство!

— Я не уверена, что это арабские террористы! — процедила Скалли сквозь зубы, не переставая мило улыбаться и заложив руки за голову.

— Откуда они взялись? — потерянно спросила Димка. — Может, это мираж? Инкуб, ты же говорил, у тебя сверхчувствительность, а сам…

— Казни меня, казни! — горько простонал инкуб. — Не почуял я их… О стыд, ты в тягость мне!!!

— Попробуем наладить контакт, — решил Молдер, нацепил на лицо самую прекрасную свою улыбку и воскликнул: — Салям! Мы мирные этнографы! Мы чтим традиции! Мы тут ненадолго…

— Недостойный пришелец! — раздалась искаженная английская речь, и к замершей в оцепенении группе подъехал на ослепительно белом верблюде старик в роскошном атласном халате. Голову его украшал кефье из золотого, с синими полосами шелка — точь-в-точь как у древних фараонов.

Типы с молекулярными деструкторами почтительно поклонились старцу, а тот явно был в гневе:

— Нечестивые иноверцы и осквернители песка священной пустыни! Кто вы такие и как посмели явиться сюда, где правит Длань Небесная и я, учитель Указал, покорный слуга этой Длани!

— Мы мирные люди! — начал было Молдер. — И нелюди. Мы преследовали похитителя, который в нашем мире украл у нас ценный волшебный предмет…

— Что за предмет? — нахмурился учитель Указал. Но, присмотревшись внимательнее к останкам руки, лежащим на песке, истошно закричал: — О горе нам! И горе вам, нечестивцы! Вы погубили ее! Вы осквернили ее! Смерть вам!

Молдер отметил, что учитель Указал как-то очень театрально воздевает руки. Но тем не менее старик выглядел впечатляюще. А еще сильнее впечатляли его суровые воины, смотревшие на «осквернителей» сквозь прицелы своих деструкторов.

— Взять этих негодяев! — приказал старик. — Отвести на базу и заключить в Место стенания. А потом я и жреческий совет решим, что с ними делать…

Воины кивнули.

— Руки за голову! — коверкая слова, приказал один нашим героям. — Сопротивления не оказывать. Сразу смерть. Идти по нашему приказу. Женщины и чудовища — вперед.

— Мы могли бы оказать сопротивление, — пробормотал йети волку. — Нас же много, мы сильные.

— А что толку?! — тоскливо взвыл волк. — Неужели ты не понял? Рука погибла! Наши желания никогда не исполнятся! Какой смысл сопротивляться! Пусть уж нас лучше убьют!

И он, опустив хвост, первым побрел туда, куда ему указывал прицелом смуглый воитель.

— Этого не может быть, — потерянно шептал царевич. — Ведь артефакт нельзя уничтожить…

— Может, отдать в починку? — с сомнением сказала Димка. Ей страшно не нравилось это приключение: попали неизвестно куда, захвачены в плен дикими типами в чалмах и на верблюдах. И от верблюдов, кстати, противно пованивало. Нет, это не приключения, это черт знает что!

— Ага, в починку! — проныл каверзный еж, про которого даже слегка подзабыли, подавленные неприятной сменой событий. — Что, у тебя рядом с домом стоит палатка «Ремонт артефактов»? Дура!

— Сам такой, — с ненавистью сказала Димка. Еж ей был крайне несимпатичен; чувствовалось, что это еж с крайне темным и подозрительным прошлым. Возможно, даже преступным. — Это из-за тебя она сломалась, схватил не свое…

Еж в ответ только выругался и предпринял попытку зарыться в песок, чтобы избегнуть плена. Но тут холеный белый верблюд старика Указала сделал то, что традиционно положено делать верблюдам. Еж возмущенно пискнул и более не подавал признаков жизни.

— Захлебнулся, — презрительно констатировала Димка. — Собаке — собачья смерть.

— Кхм, — намекнул волк.

— То есть ежовая, — исправилась Димка, впрочем, лучше не стало.

— Вперед! — рявкнул предводитель. — Слава Небесной Длани! Слава!

Пленники, покачиваясь от усталости и разочарования, зашагали вперед, подгоняемые злодеями на верблюдах.

Возле откинувшего лапки ежа и растерзанного артефакта остался только учитель Указал. Он концом посоха поддел один из обрывков руки, поднес его к глазам, внимательно рассмотрел, а потом отбросил с брезгливостью.

— Артефакт, — насмешливо сказал он и ударил пятками верблюда по бокам.

Верблюд неохотно двинулся в сторону бредущего в песках каравана. Старик Указал ехал и поглядывал на небо.

— Скоро грянет буря, — заявил он неопределенно. — И на этот счет у меня имеются кое-какие планы…

г. Кимовск, Тульская область,

Трифон был счастлив.

Уже потому, что он спал и ему ничего не снилось.

Хотя, с другой стороны, реальность, в которую они с Олегом попали еще вчера, была гораздо неприятнее самых кошмарных сновидений.

А ведь как было дело…

…Увидев чудовищное количество вполне жизнеспособных конечностей, Олег и Трифон только переглянулись и пожали плечами. Причем Трифон видел, что Олега, разумеется, зрелище потрясло, но не до такой степени, как этих паразитов Гену и Юрика. Крепкие перцы вкупе с Гранечкой, увидев шевелящиеся и ползающие руки, принялись нервно икать, лица у них стали цвета мороженых пельменей. И Трифон ощутил себя хозяином положения. Не обращая внимания на дрожащие в руках Гены и Юрика пушки, он шагнул в комнату, причем ползающие по полу руки немедленно освободили ему дорогу, словно вежливые придворные перед монархом. Правда, пара особо назойливых ручек подергала Трифона за штанину: дескать, привет, милый, как дела, мы соскучились без твоего приятного мужского общества. Театр абсурда, одним словом.

Итак, Трифон шагнул в комнату, бросив через плечо Олегу и новоявленным бандитам:

— Проходите, располагайтесь…

Он осмотрелся. Если в квартире и был взрыв, то сейчас она выглядела так, словно после взрыва ее реставрировала не то что школа, а целая академия ремонтно-строительных работ. Чисто, красиво, стильно и аккуратно. Но главное даже не это. На диване мирно сидел скромного и задушевного вида мужичок с мятой газеткой в заскорузлых пальцах. Одет мужичок был по-свойски: в старые потертые джинсы, лохматый свитерок и валенки, подшитые сзади для крепости черными кожаными заплатками. Лицо мужичка имело ту приятную особенность, при которой мужчине можно дать как пятьдесят, так и сто лет возраста. Неизвестный был лысоват, но зато имелась у него высококлассная интеллигентская бородка стильного серебристо-седого цвета.