Четвёртый Рим (СИ) - Клеймёнов Василий

— Я не боюсь. — твёрдо сказал Сергей.

— Почему? Почему жизнь тебя ничему не учит? Ты постоянно влезаешь в неприятности, а когда выходишь из них целым, то снова ищешь себе приключений. Ты что, всё ещё любишь Свету?

— Нет.

— Тогда почему?

— Потому что я не могу пройти мимо! — наконец-то признался Сергей. Больше себе, чем старику — Повсюду грязь и дерьмо, а всем плевать. У одних — хата с краю, а тем кому не всё равно, на поверку оказываются не спасителями, а фанатиками или ложными идолами! Я живу в стране где единственный честный священник говорит мне не вмешиваться, не сопротивляться злу.

— Я лишь хочу уберечь тот немногий свет, что есть в этой стране — тебя.

— Избегая борьбы со злом, я сам становлюсь им. Что бы сделать мир чуточку лучше, достаточно хотя бы спасти ребёнка, виновного только в том, что он родился сыном одного из тех, кто ущемляет простых людей.

Произнесённая тирада подействовала на отца Алексия и тот молчал, не зная, чем парировать. Ему было нечего противопоставить такой решимости.

— Зашейте костюм. — потребовал Сергей — Затем позаботьтесь о Свете пока я не вернусь.

Отец Алексий поджал губы и спустя несколько секунд сдался.

— Если, бессердечное чудовище, подобное Ситри, похитило ребёнка живым, значит ему не нужна его смерть. Значит у тебя есть шанс его спасти, хоть я и не представляю, как ты будешь искать иголку в стоге сена.

— Найду. — уверенно заверил старика Сергей.

Глава 17: Красный мальчик

Стоило Сергею надеть маску костюма, как глазной дисплей отобразил колонну текста о взломе.

«Незарегистрированный пользователь» — услышал Сергей.

— Успокойся, — сказал отец Алексий, набирая пальцами кнопки на клавиатуре своего ноутбука — Мне ранее пришлось взломать систему, чтобы не возникало проблем при изучении костюма. Сейчас внесу твои данные в базу.

Прошло несколько секунд и перед глазами возникла фраза: «Доступ разрешён». Далее более мелким шрифтом всплыл текст инструкции по активации функции костюма. Повинуясь ей, Сергей на поясе предохранитель. На сей раз вместо текста, Сергей снова услышал голос:

«Важное оповещение: активация функции перемещения возможна, как в автоматическом, так и в ручном режиме. В первом случае, происходит считывание ментальной команды носителя. Для максимальной эффективности боевых действий требуется использовать исключительно автоматический режим. Ручная активация рекомендуема, только в аварийной ситуации.»

— Я начинаю. — предупредил священника Сергей — Приготовьтесь.

— Учти, ты окажешься вне нашей реальности. На этот период связь между нами невозможна.

Сергей кивнул и приступил к испытаниям костюма. Окружение мгновенно изменилось. Не было никаких постепенных метаморфоз реальности, просто мгновенное переключение, как пультом канал от телевизора.

Он оказался в чуждом любому живому существу месте, лишённом всех цветов. Это была пустынная поляна, ровная, как асфальт. Сергей посмотрел наверх, чтобы увидеть серую густую субстанцию затянувшую местное небо. Он готов был поклясться, что это не облака и даже не дым. Иной мир — иная материя. Сергей даже нутром чувствовал себя тут чужим. Не просто не званным гостем на участке, какого-нибудь аристократа, а именно чуждым существом. Фантомом, не вписывающимся в местное мироздание. Как если бы в его мире, по среди улицы на мгновение появилось бы нечто, что невозможно придумать даже самым воспалённым мозгом.

Но оставалось понять, как перемещаясь сюда, вольники ориентировались в пространстве в нашем мире. Копаясь в настройках костюма, Сергей довольно быстро наткнулся на так называемую «шкалу погружения», заполненную зелёным цветом на полную. Убавив её до половины, Сергей заметил, как вид поляны становится более прозрачным сливаясь с таким же призрачным образом знакомого подвала церкви. «Призрак» отца Алексия заметил его и что-то выкрикнув помахал руками. Сергей окончательно вернулся в земной мир и наконец-то услышал всё то, что говорил ему старик:

— Слава Богу, сын мой! Я думал, что потерял тебя навсегда! Ну как впечатление?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сергей не знал, как описать ощущение.

— Поле. — сказал он — Сплошное поле до горизонта. Под ногами серая почва, а небеса затянуты серыми облаками. И всё. Пустой, серый мир.

— Понятно. — кивнул отец Алексий задумчиво постучав по подбородку пальцем — Надо будет записать то что ты видел. Во имя науки, разумеется.

— Если я переживу встречу с Ситри. — уточнил Сергей — Учитывая, как вы меня им пугали.

Старый священник нахмурился.

— Как ты собираешься его искать?

— Пробегусь по рабочим баррикадам в улье и потрясу всех леваков до которых смогу дотянуться.

— Думаешь это эффективный способ? Это как искать иголку в мусорном контейнере

— А у вас есть идея получше?

Отец Алексий замялся.

— Ну вообще-то… Есть один, не то чтобы вариант. Скорее теория.

— Таак. — протянул Сергей. Он скрестил руки на груди и выразительно склонил голову в бок.

Отец Алексий поспешил объяснить:

— На западной границе трущоб есть заброшенный медицинский комплекс. Он был закрыт ещё до Гражданской войны.

— И почему вы уверены, что Ситри может прятаться там?

— Я не уверен…

— Допустим. Предполагаете. Почему?

— Ситри, по существу, ходячий труп реанимированный с помощью нанохирургии и аугментаций. Ему наверняка нужны медикаменты или аппаратура, чтобы предотвращать постепенное разложение плоти своего тела. Говорю, как сведущий в подобных вещах учёный муж: Не считая частных клиник для элиты, и то и другое можно достать только в том комплексе.

Сергей слушал и кивал, но не слишком верил.

— Если эта больница действительно заброшена настолько давно, то за столько лет там бы уже всё растащили.

— В том районе боятся появляться даже самые бесстрашные мародёры. — сказал священник — Там недалеко владения Долгоруких. Как только у власти в роду пришла Валерия, то местные начали пропадать. В итоге, те люди, которые не пропали без вести, переселились в остальную часть города.

— Тогда смысл в вашем предположении есть. — наконец согласился Сергей — Эта больница может быть для Ситри не только источником симптоматического лечения, но и базой для террористической ячейки.

— Опять же, сын мой — поспешил заверить отец Алексий — Это не стопроцентная вероятность.

— Но уже кое-что.

Отец Алексий кивнул и добавил:

— Я подключу систему связи своего компьютера к твоему костюму, а также датчик слежения. Они не будут работать пока ты в другом мире. Поэтому, хотя бы раз в пять минут не забывай выходить на связь и «отмечаться».

Сергей кивнул и перед уходом посмотрел на Свету. Та всё-таки успокоилась и, устроившись на старом диване, погрузилась в безмятежный сон. Рядом на стуле дымилась чашка с успокоительным отваром, которым отец Алексий щедро угостил девушку. На секунду Сергей представил, чтобы было если бы у них всё получилось. Если бы он не повёлся на ловушку её отца и не отправился в Багдадскую кампанию. Сначала, влюблённые сбежали бы к родителям Сергея в тесную квартирку. Отец бы для приличия по возмущался, но смирился. Сергей бы вышел на работу, а Света… нет. Она бы не выдержала жизни в нищете. Даже если бы её папаша не стал бы мешать их счастью, то Света сама вернулась бы в отчий дом, проклиная нищеброда «вскружившего ей голову». Сергей вспомнил сказку, которую рассказывала ему мама: Жила-была бабочка, которая влюбилась. Она ухаживала за второй бабочкой, кружила в танце и приносила пыльцу. Но та, другая не двинулась с места, потому что на самом деле была лепестком розы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сергей в шестнадцать лет, как раз и был такой бабочкой, которая влюбилась в цветок.

— Мой дорогие родственники! — торжественно объявила голограмма Долгорукой — Мои дети и внуки! Тёти, дяди, племянники, а также верные слуги нашего рода! Я рада начать очередные игры. Князь Анненков-Барисеев был настолько любезен, что предоставил своих обезьян для их проведения. К сожалению, он лично не может присутствовать сегодня.