Как стать злодеем в Габене - Владимир Торин

Мистер Томмс закашлялся-захрипел, грудь и горло резало при каждом вдохе. Он попытался проглотить заполнившую рот слюну, и будто проглотил корабельный якорь.

Дрожащими посиневшими пальцами мистер Томмс полез в жилетный карман за платком. Вытер слюни, свернул платок и промокнул лоб. Воздух едва пробирался в горло, словно толстяк – в слишком узкий для него коридор.

В дверь застучали настойчивее.

– Да что же это такое?! – в сердцах выдохнул мистер Томмс. – Проклятый город! Даже повеситься спокойно не дадут!

Поднявшись на ноги и оторвав руку от спинки стула, он едва не упал. Голова кружилась, а комната все еще подпрыгивала и проворачивалась.

Шатаясь из стороны в сторону, как перебравший в пабе матрос, мистер Томмс пошагал в прихожую.

Прежде, чем открыть дверь, он прокашлялся, поправил жилетку и пригладил волосы.

Снова постучали.

– Кто там? – спросил Томмс.

Ответа не последовало.

Повернув ключ, он открыл дверь. За порогом никого не было. Темный этаж пустовал, как и лестница.

– Что это еще за шутки? – пробормотал мистер Томмс, потирая саднящее горло.

И тут в гостиной распахнулось окно. Створки с грохотом ударились о стены, задребезжали стекла.

Мистер Томмс захлопнул дверь и бросился в комнату. Через подоконник залетал снег.

Поспешно затворив окно, мистер Томмс, опустил крючок, и снова закашлялся. Горло будто напоминало ему о незавершенном деле.

Мистер Томмс обернулся. В центре гостиной его ждали стул и покачивающаяся петля, закрепленная на потолочном крюке.

Ноги отчего-то вдруг стали чугунными – не сделать и шага. Мистер Томмс поймал себя на том, что боится сделать этот шаг и…

– Мне, конечно, очень неловко вас прерывать в такой момент, – раздался голос из темного угла, – но, уж простите, вам придется прерваться.

Томмс вздрогнул и отшатнулся.

В темном углу чернела стройная невысокая фигура. Женщина не шевелилась. Прищурившись, он смог разобрать очертания кожаного лётного шлема и большие очки.

– Это… это вы… – прошептал он пораженно.

– Это я, – не спорила женщина.

– Зубная Фея… Вы тут! Я не знал… клянусь, не знал, что происходит!

– О чем вы? – В голосе Зубной Феи прозвучало удивление.

– Вы пришли! Вы просто так не приходите…

– Вы верите в счастливое стечение обстоятельств, мистер Томмс? – спросила Зубная Фея. – Я вот верю: наш с вами разговор мог не состояться, упади стул.

Мистер Томмс испуганно поглядел на упомянутый стул.

– Вы заберете мои зубы! – Он зажал рот ладонью, и Зубная Фея рассмеялась. Холодным жестоким смехом, от которого волосы у неудавшегося самоубийцы встали дыбом.

– Мне не нужны ваши скучные конторские зубы, стертые зубным порошком «Дерлитц».

– Я предпочитаю «Чистозуб доктора Палмерса», – машинально уточнил мистер Томмс. – На жестянке написано, что он лучший.

– Вам не стоит слепо доверять написанному на жестянках. Но в любом случае меня пока не интересуют ваши зубы, Томмс. Дело в том, что мне в руки попал один из ваших банковских билетов.

– Я так и знал! Вы пришли меня наказать!

– Не сегодня, – ответила Зубная Фея. – Может быть, завтра. Или через пару дней, а пока мне от вас нужны сведения. Вы же не откажете Зубной Фее, Томмс?

Банковский клерк задрожал.

– Я бы не посмел…

– Как вы уже, должно быть, поняли, я ищу одного из ваших безнадег. Мне нужны имя и адрес. Но, вот беда, на билете не было имени безнадеги.

– На каждом билете указано имя безнадеги.

– Нет, там были одни лишь глупые цифры. Я своими глазами видела.

– Все верно. Это то, что вам нужно, – пояснил банковский клерк. – Каждая цифра соответствует букве фамилии. Очень простая система.

Зубная Фея молчала, обдумывая услышанное.

– Что ж, имя у меня есть, – наконец сказала она. – Надеюсь, вы мне поможете и с адресом.

– На что вы рассчитывали, явившись ко мне домой? Что я наизусть помню адреса всех безнадег?

– Именно на это я и рассчитывала, – усмехнулась Зубная Фея. – Вы бы не дослужились до своей должности, не обладай вы бюрократической памятью. Не советую испытывать мое терпение, Томмс.

Клерк испуганно закивал, и она продиктовала ему номер.

Услышав его, мистер Томмс изменился в лице. Зубная Фея заметила это:

– Я так понимаю, вы знаете, кто мне нужен.

– Д-да. Но этот джентльмен… он из числа тех, кто записан в особой книжечке самого господина Выдри, начальника Грабьего отдела. Я не могу так просто…

– Адрес, Томмс.

– Бромвью, 34, квартира № 18/ан.

Зубная Фея удовлетворенно кивнула.

– Что вы можете о нем рассказать?

– Я ничего не знаю об этом безгадеге, кроме того, что им занимался господин Выдри лично. У меня нет доступа к книжечке безнадег главы Грабьего отдела. Простите…

– Ничего страшного, Томмс. Вы и так мне помогли. Что ж, я больше не намерена вас отвлекать от вашего… гм… дела.

– Это все? – Томмс, казалось, не верил, что его не ждет расправа от рук жуткой Зубной Феи.

– Вы очень занятой человек, Томмс. Кто я такая, чтобы мешать вашему повешению?

– И вам совсем не любопытно, почему я решил… решил… – он не смог договорить.

– Вероятно, у вас есть свои причины. Габен – это грязная мерзкая дыра, и, должно быть, покинуть его даже таким способом – не худшая мысль.

Томмса поразил цинизм, который звучал в голосе Зубной Феи. Она продолжила:

– Я могу лишь заметить, что если вам вдруг на какой-то момент показалось, что Тремпл-Толл окончательно раздавил и пережевал вас, то это не так.

– Откуда вы знаете?

– Вы не похожи на пережеванного, Томмс. К тому же я не раз встречала тех, кого этот город пытался прожевать и проглотить, но знаете что? Есть те, кому удалось вырваться даже из его желудка до того, как их переварили.

Клерк опустил голову и с безысходностью прошептал:

– Мне уже не выбраться…

– Кто знает… Могу сказать лишь одно: если вы все же решите не сводить счеты с жизнью, вам следует помнить, что при следующей нашей встрече я отберу ваши зубы, и тогда вы пожалеете, что не выбрали веревку. Если, конечно, вы продолжите заниматься тем, чем вы занимаетесь в банке.

– Я не хочу этим больше заниматься! Я не плохой человек…

Зубная Фея кивнула – она поверила его