Латинист - Марк Принс

— Крис… — произнесла она с досадой.

— Тесса, этого больше не повторится. В этом году можешь сама отправить все письма. Я готов играть в открытую. Покажу тебе все, что ты захочешь видеть. Только останься в Вестфалинге, поработай со мной над Марием. Это будет твой личный проект…

— Марий? — повторила Тесса. — А кто-то здесь говорит о Марии?

Крису было больно сознавать, что она скрывает правду, которую придется выманивать хитростью. Какой же настороженной она стала.

— Тесса, — сказал он. — Что, правда? — И подтолкнул к ней поближе упакованный подарок.

Она посмотрела на книгу будто на раздавленную рептилию, потом — озадаченно, настороженно — подняла глаза на Криса.

— Кто-то здесь говорит о Марии?

Марий, подумал он. Матримониарий. Мои матримониальные намерения.

— О нем говорил Эд Трелони, который руководит раскопками на Изола-Сакра.

Глаза у Тессы расширились, она поставила на пол обе стопы, хотя до того сидела нога на ногу. Не выйдет из нее хорошего игрока в покер.

— Не стоит ходить вокруг да около, — продолжал Крис. — Это важнейшее открытие. Ты просто молодец. Но тебе, Тесса, нужна помощь. Зачем самой пробиваться? Ты и так себя не щадишь. — Он потянулся через стол, накрыл ее ладонь своей, усмирив нервный постук пальца. — Это же ты, Тесса. Скрываться незачем. Ты сделала это открытие. И все думаешь, что с чем-то не справилась?

* * *

— Я схожу в туалет, — произнесла Тесса.

Из-за стола она встала как в тумане, совершенно ошарашенная. Эд все сказал Крису, из чего следует, что Лукреция сказала Эду. Или сказал кто-то еще — может, Грэм? Она вышла из кафе в примыкающий к нему книжный магазин, поднялась по лестнице в туалет, по пути вытащив из кармана джинсов мобильник. Тут же набрала Лукрецию — та наверняка на раскопках. Посмотрела вниз, не идет ли Крис следом. Увидела только медленно поднимающегося незнакомца в синем свитере.

— Тесса? — откликнулась Лукреция.

— Крис все знает, — отчеканила Тесса. — Ты сказала Эду? Лукреция издала звук, который Тессе совсем не понравился.

Что-то вроде хмыканья. Типа, ну да, конечно.

— Нет, Тесса, я ничего не говорила Эду.

— Крис спросил меня про Мария, сказал, что говорил с Эдом.

— Dio mio, Тесса, ты охренела? Что именно он сказал?

— Вот что: «О Марии мне сказал Эд Трелони, который руководит раскопками на Изола-Сакра».

— И ты ему поверила?

— Ну, лично я, блин, ничего ему не говорила. Так ты тоже ничего не сказала Эду?

— Нет, — ответила Лукреция.

— И он тебе тоже ничего не говорил.

— Нет.

Синий свитер продолжал подниматься. Тесса оперлась на подоконник. Внизу, где-то далеко, все гудела эспрессо-машина.

— Мать-перемать, а я пыталась тебе помочь, — продолжала Лукреция. — «Еще денечек, Лукреция, ну пожалуйста, еще денечек». А ты не подумала, что рискую как раз я? А не ты.

— Лукреция, я никому ни слова, Богом клянусь.

— И как я позволила себя в это втянуть?

— Может, Грэм? — предположил! Тесса. — Или кто-то еще в раскопе взял и догадался?

— Как мог Грэм сказать Крису?

— Он мог сказать Эдварду.

— С чего ты взяла, что Эдвард узнал не от Криса? — спросила Лукреция.

— Да Крис-то откуда мог узнать? — Лукреция не отвечала. — Ты хочешь сказать, что это я все выложила Крису?

— А ты хочешь сказать, что веришь в его слова?

— Нет! — Тесса едва ли не кричала. Синий свитер заворачивал за угол. Ей было наплевать. — Просто ничего не сходится. Откуда Крис мог узнать?

— Без понятия.

— Более того. — Тут подозрение вдруг сжало ей сердце холодной хваткой. — Если Крису сказал Эд, откуда Крис знает, что я во всем этом участвовала — если только не ты все сказала Эду?

— Тесса, прекрати. Не знаю, свойственно ли тебе лгать…

— Мне лгать? Лукреция, откуда Крис мог узнать, что я в Италии? Ты что, хочешь присвоить это открытие?

— Тесса, я не знаю, свойственно ли тебе лгать, но с меня в любом случае хватит. Осталось решить, как именно мне теперь оправдываться перед боссом.

— Лукреция!

— Хватит. Ну, желаю тебе всего хорошего. Удачи. — И она отключилась.

Наверняка Грэм.

Собственно, сообразить, что к чему, не так уж трудно. Откуда ни возьмись является специалист по литературе, они вместе вскрывают конкретное захоронение — не в положенный черед. Тут хватит полдня в библиотеке, и даже особые детективные способности не требуются. Имена, интернет-соединение — больше ничего не нужно. А потом Грэм все сообщил Эду, а тот — Крису.

Лукреция-то не потеряет работу. Вернее, Тесса надеялась, что не потеряет.

Тесса оторвалась от подоконника. Она отсутствует уже пять с лишним минут. Что касается Криса — это она сообразила только сейчас, — на самом-то деле ей, пожалуй, и вовсе незачем было скрывать от него все эти новости про Мария. Крис искренне желает ей успеха, главное, чтобы она оставалась рядом, оставалась, пока существует гипотетическая вероятность, что они соединят свои судьбы. Теперь ей все стало ясно. Дурацкая история, но так, похоже, оно и есть. Кстати, ей с ним рядом будет гораздо легче. Раньше же было.

Тесса медленно спустилась по лестнице. Крис сидел за столиком, только достал компьютер. Крис такой работящий. Увидев ее, захлопнул крышку. Ему не пора назад к матери? Может, мать тоже выдумка. Какая разница? Тесса села напротив него, взяла подарок, завернутый в хрустящую зеленую бумагу. Может, это четвертый том Бейнеке?

— Ты стал использовать зеленую бумагу, — заметила она.

— Мне сказали, это «нильский» оттенок.

— С толикой голубого.

— Я-то не знаю.

Тесса аккуратно начала разворачивать бумагу, отогнула уголки, отлепила скотч, разгладила складки. По весу и форме было ясно — книга; ей же казалось, что она имеет дело с невзорвавшимся боеприпасом. Оторвала кусочек бумаги — показался знакомый темный тисненый переплет. Разумеется, Бейнеке. Ну прямо идеальный ментор. Она пришла в ярость. Дар идеальный, не поспоришь.

— Что скажешь? — спросил Крис, улыбаясь.

Она посмотрела на обложку, положила книгу обратно на стол.

— Шутишь?

Он явно смутился.

— Если да, я впервые шучу за такие деньги.

— Заплатишь еще дороже.

— Я из лучших побуждений…

— Лучшим побуждением будет никогда больше не упоминать Мария. Ты раньше хотел, чтобы я за него не бралась, вот теперь и сам не берись.

Крис, притворно защищаясь, вскинул руки.

— Ты хоть понимаешь, что этого ничтожно мало? Правда думаешь, что вот сбегал в издательство и — что? Все загладил?

— А знаешь ли ты, что, когда сердишься, у тебя под подбородком пульсирует жилка? — сказал он. — И лицо полыхает. Просто очаровательно.

— Провоцируешь, да?

— И гладкой тканью тебя обвивает гнев.

Тесса подалась к краю стола и начала вставать.