Спасательный круг (СИ) - Гейман

— Всё в порядке, спасибо, что помог, — она отвечала с волнением, а голос хрипел.

— Не делай больше таких глупостей, Делия. Ты могла сильно пострадать.

— Хорошо, — послушно кивнула ведьма, и он улыбнулся краешком губ.

— Спокойной ночи, — он собирался встать, но почувствовал, как женская ладошка едва ощутимо накрыла его костяшки.

— Не уходи.

Она смотрела открыто, сбрасывая все маски, беспомощно и грустно. Майкл тяжело вздохнул и снял чёрную рубашку с ботинками, забираясь к ней в кровать, притягивая к себе. Она, не думая, устроилась поудобнее в крепких объятиях, пряча лицо в его груди. Ей вдруг захотелось миндаля. Лэнгдон, наконец, расслабился, чувствуя знакомое тепло. Он дома. Мужчина накручивал на ладонь пышные локоны и, сдаваясь, зашептал.

— Я люблю тебя, Делия, — он думал, говорить будет сложно, но слова сами вылились из его уст, так долго желая быть услышанными. — И совершенно не знаю, что мне с этим делать.

Он прижался носом к её волосам, ожидая ответа. Он был готов услышать, что несёт бред, что она не верит и вообще пусть он убирается отсюда с такими дешёвыми подкатами. Не зря же девушка крупно вздрогнула, услышав такое. Она подняла свои глубокие глаза, заглядывая в самую душу. Такая милая. Это помешательство. Его личный Рай, путь покалеченный и искажённый.

— Поцелуй меня.

Она сдалась. Вверила себя ему и была готова быть наказана, если всё это окажется искусной ложью. Но сейчас она будет счастлива, позволит себе быть таковой. Он нужен ей, очень нужен, как и она ему. Бэтти упустила Алекс, и Корделия не хотела рыдать также, если упустит его.

Видя, что Антихрист медлит, девушка сама потянулась к нему, осторожно накрывая его губы своими. Она старалась вложить в поцелуй все свои чувства: страх, растерянность, желание, волнение. Майкл прикрыл глаза, зарываясь рукой в её волосы, сокращая расстояние и отчаянно ответил, стараясь сохранять ту нежность, что дарила Корделия. Он не увеличивал темп, не углублял поцелуй, просто ласкал её чудесные губки, давая ей самой решать, что будет дальше, перейдёт ли это во что-то большее или же они просто уснут. Но он точно не позволит ей сбежать снова. Ведьма огладила его торс, чуть увеличивая темп, давая понять, что она готова продолжать. Майкл прикусил её нижнюю губу, заставив томно выдохнуть, а потом сел на кровати. «Иди ко мне», — мужчина бережно усадил смущённую девушку на себя, чтобы её ключицы оказались на уровне его глаз, а ладони тихонько забрались под ночную рубашку, устраиваясь на горячих бёдрах. Антихрист коснулся губами остреньких ключиц, пробираясь руками к спине, чтобы заключить в самые тесные объятия. Ведьма запрокинула голову назад, подставляя сахарную шею под нетерпеливые ласки. Она старалась заглушить свои совершенно обворожительные возбуждённые стоны, стесняясь. Делия уже, кажется, забыла, что такое ласки и секс. Всё было будто впервые, и она чертовски волновалась. Антихрист с упоением прикасался к слишком чувствительной коже, комкая шёлковую ночнушку в руках, желая разорвать прямо сейчас. Он был весь напряжён, чувствуя, как она упирается в его стояк. Корделия впилась в его губы, подключая язычок, лаская нёбо, постепенно расслабляясь. Антихрист глухо рыкнул, когда она начала задорно покусывать шею, как бы подразнивая, слыша, как он выдыхает и сжимает её в руках. Девушку вело от теплоты его тела, от исходящей от него силы.

Блондинка отстранилась, когда Майкл обводил кончиком языка контур впадинки между ключицами, когда зацеловывал короткими поцелуйчиками хрупкие плечики. Майкл заглянул в её ореховые глазки, которые смотрели в ответ скромно, но с сексуальной поволокой похоти и страсти. Когда мужчина зацепился за края изумрудной ткани на ней, блондинка вздрогнула.

— Всё хорошо, Делия? Я могу остановиться, — пока ещё может.

— Нет, не нужно, — она погладила его по щеке, стараясь успокоиться. Низ живота сладко болел, а ещё ниже становилось влажно.

— Не волнуйся, ангелочек, я буду осторожным, — он потянул ночнушку вверх. Ведьма подняла руки.

— А я и не волнуюсь, — поспешила оправдаться она, тем не менее, пытаясь прикрыть локтями грудь.

Майкл усмехнулся, а потом начал восторженно осматривать женское худенькое тело. Она была великолепна, с россыпью родинок, чуть заметными рёбрами, по которым он поспешил провести подушечками пальцев, вызывая нетерпеливый вздох, аккуратной упругой грудью и плоским животиком. Кожа так и манила своим будто сиянием в полумраке свеч.

— Ты такая красивая, — Лэнгдон опустил её на кровать, оставаясь сверху. Теперь он мог любоваться стройными длинными ножками, сдвинутыми от стыда и стеснения, и сочными бёдрами. Полную картину закрывали лишь чёрные кружевные трусики, но он не спешил оставлять её без них. Антихрист вновь наклонился к её губам, раздвигая их языком, а рукой повёл вверх от бёдер. Он сжал её левую грудь, наслаждаясь тем, как хорошо она лежала в его ладони. Корделия простонала и чуть выгнула спинку, намекая на продолжение. Мужчина медленно опускался от впадинки за ушком к вставшим соскам девушки пока не обхватил губами один из них, круговыми движениями лаская языком.

— Майкл! — из неё вырвался непроизвольный судорожный вздох, в то время как по телу пробежался ток. Он продолжал сминать её округлую грудь в руках, прикусив один сосок и ухмыльнувшись, когда она слегка сжала в руке его волосы, а другой заключил между большим и указательным пальцем. Его девочка плавилась, наконец, сбросив напускную уверенность, гордость и неприступность. Надо ли говорить, что он едва ли не забыл своё имя от возбуждения и восхищения столь нежной особой?

Корделия чувствовала себя нещадно намокшей и напряжённой. Да как она могла жить без этого? Он разбудил в ней её женскую сущность, пошатнул стальной стержень внутри, а сейчас изводил ласками, подстёгивая, но никак не переходя к делу. Делию вело от его внимательности. Антихрист старался максимально расслабить Верховную, видя её переживания, и от этого она распалялась ещё сильнее.

Одна ладонь мужчины осталась на груди, а другая уверенно легла на внутреннюю поверхность бедра. Она закрыла глаза и закусила губу, вздрагивая и чуть сжимая ножки. «Расслабься, малышка», — смакуя милое прозвище, довольно прошептал Майкл, ведя от коленки вверх, оглаживая живот и бёдра.

Делия отпустила себя и немного развела колени, тут же почувствовав, как он проводит большим пальцем вниз, сквозь трусики задевая клитор. Жгучая волна удовольствия прошлась по её телу, и она простонала так громко и несдержанно, что его член болезненно дёрнулся. Майкл отодвинул ткань и повторил движение. Глаза ведьмы закатились, рот приоткрылся, а бёдра дернулись навстречу. Она забыла, где она, что вокруг неё. Сердце исступлённо колотилось, а