Спасательный круг (СИ) - Гейман

Жар её тела и мягкость губ сводили с ума, заставляли его чёрное сердце бешено колотиться. Всё его мужское существо желало пристегнуть, привязать её к себе и ни за что не отпускать. Он не видел её несколько часов и невероятно соскучился. Майклу всё время казалось, что это затянувшийся сон, что он проснётся один, а Делия продолжит ненавидеть его. От этого он целовал быстрее, задевал языком её собственный, вырывая полувздох-полустон, сжимал в объятиях крепче и гортанно рычал, когда она оттягивала пальчиками его прядки.

Разорвав поцелуй, ведьма взглянула на него, и внизу живота завязался тугой узел. В глазах Антихриста отражалось безумное удовольствие, приоткрытый рот и слегка покрасневшие щёки и абсолютно затуманенный, подёрнутый дымкой похоти, взгляд переворачивал всё внутри неё. Девушку вело от одного лишь осознания, насколько её хотят. Восхищённый блеск его глаз провоцировал самые пошлые образы в голове. Но это нужно было остановить. Она пришла поговорить и уж точно не потрахаться в его кабинете.

— Так зачем позвал? — она не могла скрыть веселой улыбки и начала поглаживать его щёку, отчего Майкл прикрыл глаза.

— Хотел спросить, чего это ты так разобщалась с Флойдом? — Антихрист перехватил её руку, целуя запястье. Такой ласковый. Вредный недолюбленный мальчишка. А может, взрослый, ненасытный, любящий мужчина?

— Майкл, ты ревнуешь?

— Ревную.

Она хотела разозлиться на него, заявить, что она не вещь, и ему не стоит так себя, но чёрта с два. Ей это нравилось. Сам факт ревности не очень радовал, но его неисчерпаемая нежность и искреннее волнение в глазах подкупали.

— Я волнуюсь за тебя, ангелочек. Я ни за кого так не переживал, Делия, я никогда не чувствовал себя таким, — он развернул её так, чтобы она сидела на нём, а её ноги были по обе стороны от его бёдер. Антихрист уткнулся лбом ей в ключицы, обвив руками талию. Какой же чудесный у неё запах. Его личная весна. — Таким уязвимым, — совсем обречённо выдохнул мужчина.

— Майкл, — в очередной раз удивляясь, выдохнула девушка. Так…приятно, тепло. «Не верь!», — нашёптывал разум. Но какой к чёрту разум, когда сердце заходиться?! Когда улыбка сама наползает на лицо, а воспоминания о прошедшей ночи щекочут всё внутри? Она обняла его, целуя в макушку, и опустила голову на его плечо.

— Я тоже, Майкл, — всё, что смогла ответить блондинка.

— Ты же моя? Ты же не решила снова сбежать от меня после всего?

— Я… — она замешкалась. Девушка не знала, кто они друг другу. Теперь их точно нельзя назвать врагами.

— Скажи, что мы вместе, Делия, и я клянусь никогда тебя не предавать, — он сдавался. Майкл не говорил этого напрямую, не обещал возродить мир, но сдавался. Антихрист чувствовал это с каждым её вздохом. Пока она жива, жива его человечность, и это, кажется, устраивало.

— Вместе, — она тоже сдавалась. Пусть он уничтожит её, пусть растопчет и посмеётся, плевать. Хватит отнекиваться от своих чувств. Она имеет право на счастье.

— Ну тогда какого хрена ты так разобщалась с Флойдом? — он повторил свой вопрос, испортив момент, но на самом деле, спасая их обоих от рискованной откровенности и неловкости.

— Лэнгдон, — она сморщила носик и поджала губки, — я не вещь, напоминаю тебе. И если ты себе что-то там напридумывал, не нужно делать меня виноватой! — она поспешила встать, но, разумеется, её никто не отпустил.

— С какого хрена он к тебе лапы свои тянет? Вечно ты ничего не замечаешь, Делия. Ему что-то нужно от тебя, и мне это не нравится.

— Боишься, что украдут? — ведьма игриво укусила его за ушко, вызвав волну удовольствия.

— Я тебя уже украл, милая, — он сжал в руке её грудь, — ты моя, и я накажу тебя, если это не так, — он поднял её над полом и усадил на край стола, вставая между её ног, — мы не с того начали, малышка, — Антихрист бесцеремонно нырнул руками под сиреневое платье, одной хватая бедро, а другой поглаживая внутреннюю поверхность, отчего ведьма задохнулась от возмущения и возбуждения.

— Я не думаю, что ты достаточно взрослый для такого, малыш Майкл, — блондинка провела пальчиками вниз по его животу и сжала возбуждённую плоть сквозь одежду, параллельно целуя его под подбородком. Антихрист дёрнул её на себя, но она не поддалась, продолжая двигать рукой вверх-вниз. Парень запрокинул голову назад, выдыхая полное нужды «Делия», и толкнулся в её ладонь. Корделия решила показать, что если она теперь вроде как его, это вовсе не означает, что он главный. Девушка пошло облизнулась, сжимая ножки, не давая ему приласкать себя. Она взяла его руку, что была под её платьем и переплела их пальцы, когда он попытался схватить её грудь. «Хочешь меня?» — до одури сладко прошептала Делия, ускоряясь. Разобрав невнятное «да», ведьма повела его вновь к креслу и приказала сесть. Он повиновался, смотря с предвкушающей улыбкой. «Закрой глаза», — она начала расстёгивать его рубашку. Майкл послушался. Когда рубашки на нём уже не было, он услышал «открывай». Распахнув шальные очи, Майкл увидел, что блондинки в кабинете нет.

— Вот же стерва, — Лэнгдон откинулся на спинку кресла, дыша быстро и тяжело, не в силах сосредоточиться. Смесь разочарования и восхищения читалась в его взгляде, — ну ничего, карамелька, ночь не за горами.

* * *

— Сейчас бы курнуть, — Макс пытался отдышаться после бурного оргазма, кидая пустой взгляд на Эйдена.

— Кто же виноват, что ты всё выкурил и забыл остальное на своём аванпосте, — рыжеволосый всё ещё не мог понять, как желание помочь этому бедняге выползти из наркотической ямы переросло в это. Он всё чаще разговаривал с ним, всё больше проникался и в какой-то момент вдохновился его образом апатичного холодного подростка. Они не были пьяны, не были обкурены. Макс просто предложил, а Эйден просто согласился. Никаких тебе признаний в любви и прочей конфетно-букетной ереси. Они просто расслабились. — Что это значит?

— Ну, — Макс старался не смотреть на него, он уже жалел о такой глупости, — спасибо за секс.

— Не за что, — Эйден не обиделся, ему тоже не нужна была ещё одна проблема в виде влюблённости, и очень хорошо, что они друг друга поняли.

— У меня, на самом деле, завалялся последний косяк, разделишь со мной? — синеволосый не сильно хотел бросать, не видел смысла, когда они все заперты в клетке и доживают последние дни.

— Не хочу, — Эйден решил своим примером показывать, что ещё не всё потеряно. Корделия пообещала спасти мир, и он должен быть трезвым, чтобы ей помочь. И Макс им тоже пригодится. Скорее всего