Спасательный круг (СИ) - Гейман

я Антихрист, я уничтожил всё вокруг, и ты не можешь быть с такой паскудой, как я, ведь все начнут тебя осуждать, а тебе ведь так важно общественное мнение, — поразительно, как быстро страсть и нежность меняются на яд и упрёки.

— Не злись, пожалуйста. Я не могу. И дело вовсе не в том, что ты Антихрист. Просто…я не хочу быть…обманутой?

После услышанного он выглядел так, будто его стрелой пронзило. В самое сердце. Майкл вновь пригвоздил её к стене.

— То есть ты думаешь, что я играюсь? Да я всё для тебя делаю, какого хуя тебе ещё надо?! — это была истерика, — Ты эгоистка, Делия! Тебе плевать на мои чувства, ты просто пользуешься мной, ты ведь не слепая, ты прекрасно видишь, кто ты для меня.

Вообще-то, слепая, Майклу стоило бы понять это уже давно. Мисс Верховной нужно по десять раз в день повторять, чтобы заставить поверить. Да как он может думать, что она им пользуется? Корделия едва сдерживала слёзы.

— А ты делаешь добро только чтобы упрекнуть потом, да? — она яростно посмотрела на него, закипая от обиды. — Это я-то пользуюсь? Да ты понятие не имеешь, какого это, когда действительно пользуются, а я помню об этом до сих пор, ясно? И это нормально, бояться обжечься. Ты эгоист, ты никогда не видел дальше собственных желаний и амбиций, ты даже не пытаешься понять других. Я вообще не знаю, зачем тебе я, Майкл, зачем всё это. Да, я не могу тебе верить, и если ты действительно считаешь меня расчётливой сукой — твоё право, мне так даже безопаснее. — Она быстро смахнула слёзы, оттолкнула его и убежала. В очередной, сука, раз.

* * *

Эйден бесцельно бродил по коридорам, дожидаясь Корделии. Они приехали вчера, и девушка обещала поболтать с ним, послушать его новые стихи, но сначала ей нужно было к Миртл и отдохнуть. Рыжеволосый увидел вдалеке сияющую вырвиглазную синеву и решил проверить, кто же облюбовал его любимое место.

Подходя ближе, парень заметил, как он подумал, подростка, среднего телосложения, с бледной кожей и потухшим взглядом. В кожаной куртке и массивных чёрных ботинках пацан выглядел идеально, а неестественно изумрудные яркие глаза добавляли шарма. В руках было что-то вроде косяка. И хоть он не имел каких-то явных внешних повреждений и в принципе смотрелся красиво, Эйден сразу распознал наркомана.

— Давно ширяешься? — писатель сел рядом, упираясь спиной в стену.

— Тебе-то что? — злобно ответил парень, даже не удосужившись взглянуть на мужчину.

— А ты не очень любишь людей, да? Я не собираюсь тебя осуждать, сам с пятилетним стажем, два месяца назад только восстанавливаться начал. — Его так манил запах травки, что, казалось, слюни потекли.

— Ясно. Хочешь? — рука с выпирающими венами протянула косяк чуть ли не к носу.

— Блять, убери, — Эйден мягко оттолкнул руку, — Я бы с удовольствием, но пообещал Корделии бросить. Она все силы на меня тратит. А недавно я сорвался и получил магических пиздюлей. — Она не зря обещала поджарить его, и сейчас мужчина потёр небольшой ожёг на ягодице.

— Корделия? Эта та милая ведьма, с которой мы приехали? — он снова затянулся, чуть оживившись. Значит, он не единственный отброс здесь. Стало легче.

— Да. Благодаря ей моего стажа не видно. Ну знаешь, язвы и всё такое. Жаль только зубы восстанавливать тяжело.

— Язвы? Мет, дезоморфин, крэк, галлюциногены?

— Именно. Ты такой молодой, сколько тебе лет?

— Двадцать. Кстати, Макс, — он протянул руку.

— Эйден. Вижу, ты подобрел, — рыжеволосый пожал руку и расслабился. — Как же тебя в наркоту занесло в таком-то возрасте? Очень жаль, если честно. Ты не подумай, я не пытаюсь тебя обидеть, просто…

— Не парься, — косяк кончился, и Макс решил не скручивать второй, дабы не провоцировать Эйдена. Пусть бросает, хоть у кого-то получится. — Меня заставили.

— Все так говорят. Но если и вправду заставили, то сочувствую. Я на эту херню тоже не совсем добровольно залез, — Эйден грустно усмехнулся.

— Ага. Спасибо. Как бросается, кстати? Сильно ломит? — Макс, кажется, слегка загорелся.

— Первые недели две думал, что сдохну. Но Делия смягчала последствия ломки. Даже в комнате меня запирала.

— Стой, — парня будто осенило, — Эйден? Эйдени Ли? А это не ты написал ” Мёртвый водопад»?

— Неужели мои книги кто-то читал, меня ещё и узнают, — наркоман ошарашенно посмотрел на своего собеседника.

— Шутишь, да я на травку с мета только благодаря ей смог перейти, когда ломало. Чувак, да ты герой! — он ещё раз пожал Эйдену руку.

— Я…Спасибо.

— Слушай, а сейчас пишешь? — теперь Макс совсем не выглядел апатичным и стал похожим действительно на пытливого подростка.

— Ну так, стихи немного. У меня в этой клетке вдохновения так-то не очень хватает, да и мысли складываться только начали.

— Расскажешь, хорошо?

— Ну, я не думаю, что они чего-то стоят, — рыжий здесь доверял только Корделии и свои работы зачитывал лишь ей, зная, что она точно не посмеётся над ним, да и с её простодушием удивить ведьму было легко.

— Нет, нет, ты обязательно расскажешь. А я за это не буду соблазнять тебя косяками и коксом.

— А ты не так прост, — мужчина стукнул парня в плечо и улыбнулся. Странный типчик, да и соображает неплохо.

— Ну вот и договорились.

Кажется, им обоим теперь не будет здесь так одиноко.

* * *

— Можно к тебе? — Бэтти зашла в спальню Корделии, что стояла у зеркала, пытаясь равномерно распределить помаду на губах. Но как только к ним прикасалась, вспоминала… впрочем, неважно.

— Доброе утро, Бэтти, — ведьма слегка напряглась, зная, как брюнетка её недолюбливает. — Что-то случилось?

— Просто, — она вдруг поникла, опуская голову. — Я вижу, что меня с моим нытьём об Алекс никто уже терпеть не может. Вот. Может, ты выслушаешь?

— Конечно, садись. Может, попросить, чтобы принесли чаю? — девушка села в кресло, указывая на соседнее. Она притащила их сюда, потому что все собеседники постоянно усаживались на кровать, влезая в её личное пространство, а с недавних пор позволить такое блондинка могла только одному человеку, с которым уже четвёртый день упорно не разговаривала. Да и он не спешил идти на контакт.

Бэтти села и тут же закрыла лицо руками, теряя последнее самообладание., горько завывая. Корделия поспешила тут же обнять её, сама при этом тихо плача. Ей тоже не хватало Алекс.

— Я так скучаю по ней, Корделия.

— Тише, дорогая, я тоже, — ведьма опустила голову на плечо девушки.

— Она ведь была такой хорошей. В универе всегда за меня заступалась даже перед преподами. Такая весёлая была, постоянно в какие-то авантюры меня втягивала и