Случайные гости - Дарья Кузнецова

В итоге мужчине пришлось отнести меня в комнату на руках, так что обещание «не прикасаться» он все же нарушил, хотя предъявлять ему претензии в связи с этим совсем уж стыдно. Тем более что он, как честный человек, просто отнес меня, уложил и накрыл одеялом, не пытаясь избавить от одежды. Даже не разул, что характерно!

М-да. Вроде ничего плохого не сделала, а все равно неловко получилось.

Как показала практика, с помощью местного душа можно почистить одежду. Сложность заключалась в необходимости делать это аккуратно и быстро, а то тамошние обитатели вполне могли ее сожрать, да и изнашивалась она при такой «стирке», по понятным причинам, очень быстро. Наверняка существовали другие способы, но узнать про них я благополучно забыла, так что пришлось ограничиваться известными.

Правда, я и после чистки чувствовала себя неуютно в вещах, в которых проспала всю ночь, несмотря на то что выглядели они совершенно прилично: ткань не мялась. Ходить туда-сюда в общую комнату и обратно (обзавестись запасным комплектом я вчера, конечно, не догадалась) и лишний раз переодеваться было лень, так что я не мудрствуя лукаво надела принесенный Суром комбинезон. Кажется, после совместно проведенной ночи я окончательно перестала сердиться на мужчину.

Тьфу! Ну и формулировка получилась! Не ляпнуть бы кому-нибудь…

Все-таки интересно, зачем контактера понесло вчера на прогулку? Рассчитывал поднять мне настроение и помочь окончательно успокоиться? Или это все же случайный порыв и ему самому захотелось подышать свежим воздухом?

В конце концов пришла к неутешительному выводу, что Сургута я не понимаю. Не то чтобы не понимаю совсем, но в значительной степени. Не понимаю, что им движет в отношении меня, нас всех, нашей родины и вообще – жизни. Чем он занимается помимо этой системы адаптации? А ведь явно занимается, иначе сидел бы с нами круглые сутки, а не появлялся лишь изредка по необходимости.

Но больше всего хотелось выяснить именно личные мотивы. Они ведь явно присутствовали и, мне кажется, не ограничивались простым… как он это называл? Соединением? Ведь если местные относятся к этому вопросу настолько спокойно и предпочитают обходиться домом свиданий вместо завоевания приглянувшейся женщины, кажется логичным, что ко мне он испытывает нечто большее. С биологическим влечением (обоюдным, что уж скрывать) все понятно, но…

Простое любопытство? Желание чего-то новенького? Ради которого он поговорил с кем-то из бывших землян (тем же пилотом Дроном, к примеру), выяснил, как положено ухаживать за земными женщинами, и пытается реализовать на практике? Сомнительно. Не стал бы он так надрываться из простого любопытства, да и ухаживание его… Говорят, мужчины в этом вопросе крайне неоригинальны, а тут – ни красивых подарков вроде конфет с цветами, ни предложений выпить бокал вина. Хотя, может, они просто не употребляют спиртные напитки, да и цветы здесь наверняка не растут, разве что на водорослях.

А вообще, перед тем как анализировать поступки Сура и задумываться над их подтекстом, стоило бы разобраться, чего я-то от него хочу?

От этой разумной мысли меня быстро отвлекли. В общей комнате оказалось людно: ученые пришли с ответным визитом.

– Аленушка, вот объясни мне, как в такую стройную изящную девушку вмещается так много сна? – насмешливо поприветствовал меня Василич.

– Я потряхиваю и утрамбовываю, – зевнула в ответ, прикрыв ладонью рот. – Ой, а где дядя?

– Дядя твой вызвался эксперименты на себе ставить, – вздохнула тетя Ада. – Вообще, Ванька рвался, но он еще несовершеннолетний, так что мы его не пустили.

– Какие эксперименты? – растерянно уточнила я.

– Да с мазуриками этими, – хмыкнул штурман. – Ему как капитану по должности положено на себе все проверять. Ну или привилегия полагается, тут с какой стороны посмотреть. Сейчас, правда, ты его опередила, но это форс-мажор, бывает.

– То есть он согласился на подселение симбионта? – сообразила я. – Но зачем?! Если местные договорятся с нашими, у вас появится возможность вернуться, а время, как я поняла, терпит.

– Мне он не отчитывался, но Борька вообще не склонен принимать решения впопыхах, так что, видимо, что-то серьезное надумал. – Василич развел руками. – Ада Измайловна изволят утверждать, что не в курсе, но я не верю.

– Погодите, но как же это… получается, и вы, и тетя, и Ванька, – все останутся тут? – озадаченно проговорила я. – Но… как же…

– А почему нет? – пожал плечами он.

– Тут прикольно, – вставил братец. – А симбионты эти круче любых ишаков[5]!

– Ты-то откуда знаешь? – со вздохом уточнила я.

– Мне Вадос рассказал, что почем и что они могут. И это круто! – заявил он с горящими глазами.

– А остальные?

– Алечка, а чем плохо осесть на этой планете? – мягко поинтересовалась тетя. – Женя вон давно подумывал о том, чтобы уйти на покой, все-таки возраст. А мне главное, чтобы вы с Ванечкой здоровы были; если при этом еще и под рукой, то больше совсем уж нечего желать!

– Но… твоя работа, дядина… – пробормотала я растерянно.

– Аленушка, да что ты переживаешь? – со смешком спросил Василич. – Мы же не в диком лесу, тут большой и густонаселенный мир. При наличии мозгов найти работу, даже работу по душе, несложно.

Я только глубоко вздохнула в ответ, окончательно растерявшись. Честно говоря, не ожидала, что они все так спокойно отреагируют на перспективу остаться здесь навсегда.

Василич, может быть, действительно уже вплотную приблизился к тому возрасту, когда настолько интенсивная работа оказывается непосильной. А здесь красиво, интересно, чистый воздух. Пейзажи, правда, однообразные; но, думаю, если спуститься под воду, можно найти много интересного. И в любом случае здесь куча возможностей для занятия его любимым делом – рисованием. Изобразительное искусство-то у местных должно было сохраниться, если сохранилась музыка!

С Ванькой тоже все более-менее понятно, местные летающие животные вполне могли вызвать восторг и желание познакомиться поближе. И, наверное, вполне сумеют заменить в его устремлениях и фантазиях космические корабли: братцу нравятся полеты на грани аварии, он любит щекотать себе нервы, а в работе пилота транспортника подобных возможностей ничтожно мало. Честно говоря, работа та в большинстве случаев скучна и рутинна, а в меньшинстве… лично я в этом меньшинстве, когда мы вляпывались в какую-то историю, начинала отчаянно скучать по пресловутому спокойно-размеренному ритму. Но то – я, а Ванька – совсем другое дело.

Тетя Ада как верная жена всегда следовала за мужем, и как раз ее точка зрения не стала для меня неожиданностью. Но дядя? Чем купили его? Как уговорили? Причем явно ведь уговорили, если его жена так спокойна. А не обсудить с ней это решение он просто не мог, не те у них отношения.