Кольцо блаженной Августины - Марина Владимировна Болдова

– Ух, ты! Не думал, что ты догадаешься… так быстро! Ну и хорошо. Надеюсь, ты никак с ней не связывалась? Дай-ка телефон!

– Я на твоей стороне, с Августиной давно не общаюсь, незачем! – Анжелика протянула ему смартфон, похвалив себя за предусмотрительность – вторую трубку, по которой говорила с Филоновым и Августиной, спрятала в баке с грязным бельем, куда уж, она точно знала, муж никогда не полезет.

– Вот и умница. – Тот бегло просмотрел журнал вызовов. Единственными посторонними контактами там были службы доставки готовой еды из трактира «Медвежий угол» и продуктов из «Ашана».

– Марк, я не понимаю одного – какое отношение к тебе имеет Лев Дашевский? Почему вдруг он согласился отобрать кольцо у Августины и отдать его тебе?

– Так ты не догадалась. – Он усмехнулся. – Лев – мой младший сын.

Глава 52

– Капитан Долгов, – представился полицейский, встретивший их на входе в райотдел. – Августина Самуиловна, вы сейчас говорили со мной.

– Игорь Сергеевич серьезно ранен? – у Августины сорвался голос.

Алла терпеливо ждала своей очереди, чтобы задать вопрос о муже. Она ничего не понимала! Сначала разгромили офис, но это понятно – искали кольцо. И только потому, что Лев – муж Даны, обыскивали наверняка в первую очередь именно ее кабинет. То, что пропали ее, Аллы, украшения, вполне объяснимо – сейф вскрыли, забрали все ценное. Но Иосиф-то здесь с какого боку? Зачем вломились в квартиру?!

– Ранение легкое, по касательной, – услышала Алла ответ капитана. – Я попрошу вас обеих ответить мне на несколько вопросов. Дело об избиении Иосифа Биргера веду я.

– В какой больнице майор Калашин? – вновь опередила ее с вопросом Августина.

– Первая городская, отделение экстренной хирургии. Ваш муж, Алла Самуиловна, этажом ниже. Давайте не будем терять время, скорее закончим. У вас есть предположения, кто мог избить вашего мужа?

– Нет, конечно! Да кому он нужен?! Ох, простите, – осеклась Алла. – То есть я хочу сказать, что Иосиф только помогает людям, у него в клиентах весьма влиятельные особы, а вреда от его работы никакого. И ни в какие авантюры никогда не влезает – в делах он сверхосторожен. Все риски просчитывает в буквальном смысле слова.

– Что вы имеете в виду? Все предусмотреть невозможно.

– Звезды ему в помощь. Он – астролог, – проговорила Алла неубедительно, вдруг поняв, насколько глупо звучит ее ответ в стенах кабинета полицейского участка.

– Н-да… ну хорошо, допустим. Я понимаю, среди его клиентов есть и бизнесмены. Возможно, после его… помощи что-то пошло не так.

– Нет, невозможно! Я же сказала, он очень осторожен. При малейшем сомнении… Послушайте, если его избили, чтобы что-то узнать, то это никак не относится к его деятельности!

– Я согласна с Аллой, – поддержала ее Августина. – И у меня есть предположение, кто и почему это сделал…

* * *

– Ты бросил жену с детьми? Уехал в Канаду? – Лика недоверчиво смотрела на мужа – как так можно?!

– Не все так просто… долгая история. Сначала ты мне поможешь вернуть кольцо. Не спрашивай почему, но я уверен, что оно у твоей подруги. И ты его мне принесешь.

– Я не буду этого делать, пока ты не ответишь мне на некоторые вопросы, Марк. Мы в России уже почти два месяца, ты запер меня здесь, без связи, каждый день заставляя нервничать, все ли с тобой в порядке, вернешься ли ты живым вообще! И что мне делать, если не вернешься? – Лике было противно собственное лицемерие, но ей нужно было записать его признание – она не оставляла мысль, что тот убил Льва. «Сына?! Нет, не может быть. Тогда кто же?» – Она внимательно посмотрела на мужа.

– Ну, что ты, дурочка! Все не так плохо. И если ты мне поможешь…

– Марк!

Анжелике было страшно. Она видела, как тот сдерживается, чтобы не ударить. Белки глаз налились кровью, рука, в которой муж все еще держал ее телефон, дрожала, сам он вскочил со стула и, опершись о столешницу, приблизил к Лике лицо.

– Ну, хорошо. Сразу скажу – правда на моей стороне, я просто хочу забрать свое. А этот старый вор Самуил Бенц, отец твоей подружки, пусть горит в аду, куда, я уверен, он и попал после смерти!

– Почему ты сбежал в Канаду?

– Потому что в девяностые сбежать из этой страны не хотели лишь идиоты, мнящие себя патриотами. А я видел, что все разваливается, знал, что с бандитами у власти стране конец. И не хотел присутствовать при этом. Отец тогда уже был не в своем уме, максимум, что ему светило – государственная дурка, а моим детям – нищее существование. Когда в институте, где я заведовал лабораторией, сдали в аренду даже гардеробную, и там какая-то тетка разместила прилавок с косметикой, я решил уехать в Канаду. Почему именно туда? Мой более прозорливый коллега переехал в Торонто годом раньше, устроился и теперь был готов принять и семью. Обещал помочь и мне. Но без хорошей суммы в твердой валюте там делать было нечего. Я вспомнил о кольце. Но оказалось, отец отдал его Самуилу! Добиться внятного объяснения от безумного старика, зачем он это сделал, было невозможно. Но как выяснилось, в курсе истории с кольцом была моя жена Ирина Кляйн. Она была свидетелем, как Самуил отобрал его у отца, при этом ударив того по лицу! Но она не знала, что оно стоит огромных денег! И была даже рада, что вся возня вокруг этого «Ордена блаженной Августины» наконец прекратится.

– Так я сейчас ношу девичью фамилию твоей первой жены! – усмехнулась Анжелика.

– Тебя это напрягает? Зря, красиво звучит.

– Ты решил вернуть кольцо? Каким образом?

– Для начала отправил к нему Ирину. Она пригрозила Самуилу, что расскажет обо всем мне, просила отдать кольцо по-хорошему. Но в этот момент стало плохо его жене, вызвали «Скорую», Ирина ушла ни с чем. Тогда через несколько дней пришел к нему я. Мне кое-что было о нем известно. То, что разрушило бы его брак. Он согласился вернуть кольцо легко, у меня даже мелькнула мысль, что тот не знает настоящую цену ему – для их семьи колечко могло быть лишь символом переходящей власти. Самуил только попросил подождать три дня, сказал, что прямо сейчас улетает в Москву. На самом деле он отправился в Италию. Его не было больше месяца! Вернулся в день моего отъезда, кольцо привез в аэропорт. Долго извинялся за задержку… То, что оно – искусная подделка, я понял лишь в