Дерзкие. Будешь моей - Катерина Пелевина

Потому что это навечно. Внутри. Клянусь, как только её встретил, завёл себе сундучок, в который складываю все воспоминания. Глубоко, да. Но он там есть. Там хранится и плохое. Оно меня учит. Не поступать с ней больше, как мудак. Меньше ревновать. Любить сильнее и громче… Особенно с учётом того, сколько всего пройдено за руку.

Прошло уже полтора месяца. Всё самое ответственное ещё впереди, но приближение уже чётко ощущается…И от этого в грудной клетке становится тепло…Очень тепло…

Раньше я не был таким сентиментальным, но теперь…Когда думаю, что Катюша станет моей женой, у меня реально крылья за спиной вырастают. Это ведь она…Только моя. И ничья больше.

Только я её любил. Только я касался…Все запретные места её трогал. И в душе тоже только я. Внутри я…Повсюду.

Мама поддерживает во всём…Отцу дали восемнадцать лет. Как бы печально не звучало, но навестить его никто из нас так и не осмелился. Было чревато новым убийством. Потому что раны не зажили. Наоборот. Гноились.

А Рус…Там вообще сумасшедший дом. Не ввязываюсь в их отношения с Надькой. Собственно, как и в отношения остальных. Всё…Хватит…

Катя конечно ещё что-то пытается. Выясняет. А я держусь в сторонке. Допомогался уже. Чуть не разосрались в пух и прах.

Но всё резко меняется с приходом весны и вестей о том, что наш дорогой Фил сейчас в Вене. Жив, здоров. Под новым именем вместе с нашей дорогой «сестрёнкой». Приходится собраться втроём и обсуждать это, потому что далеко не шутки ехать куда-то за месяц до свадьбы. Однако второго такого шанса может просто не представиться.

— Если ты отпустишь…

— А у меня есть выбор? — Катя смотрит и тяжело дышит. Вижу, что ей больно. Понимаю её опасения и нервозность, но как я могу бросить Руса одного в этом вопросе? Это уже дело чести. Братья так не поступают.

— Кать, я вернусь к тебе…Мы поженимся. Всё будет…Но мы должны туда полететь. Другого шанса может не быть. Наши люди кое-как нашли его…Пойми…

Руслан молчит. Тоже всё понимает. Выглядит взволнованно.

Катя обвивает мою шею руками и тянет к себе. У неё уже виден животик. Не так сильно конечно, но я постоянно глажу его ладонями. Просто с её тонкой талией он смотрится столь красиво и аккуратно…А ещё…Волшебно. Притягательно. Завораживающе…

Чувствую эту связь между нами. Это просто неиссякаемая энергия. Знать, что внутри твоей женщины растёт твоё дитя. Ощущать его внутри…

Нет, я даже больше, чем сентиментален…Я охренеть какой романтик, оказывается.

— Прости, малыш…Но мне придётся…

— Хорошо…Хорошо… — частит она куда-то в мою подмышку.

— Не плачь. Всё будет в лучшем виде. Мама останется с тобой. Да и Соня…

— Знаю…

— Вот и хорошо… — целую её в макушку. — Я тебя люблю. И нашего бандита тоже…

— Возвращайся, пожалуйста, домой…У меня сердцу не спокойно…

— Это всё твои кошмары…Всё они…Думай о хорошем, и мы скоро вернёмся, Кать…Всё будет, как мы планировали…

Проходит пять дней. Добравшись до Австрии, мы с Русом действуем по заранее спланированному сценарию. Приобретаем оружие. Ищем укрытие. Выясняем детали. У сучёныша намечается День Рождения 19 марта, и это как раз кстати. Ровно через два дня в одном из отелей Вены недалеко от Дунайской башни. Он запланировал такую тусовку, на которой легко будет потеряться. Это тоже играет на руку.

— Спасибо, что поехал со мной. Правда я теперь волнуюсь… — заявляет Рус, пока проверяем оружие, припрятанное здесь пару дней назад. Он никогда не волнуется. Но тут…Я его понимаю. Уже скоро…

— Я не мог тебя бросить. Это и моя жизнь тоже. Всё это…То, что случилось…

— Я знаю. Тогда жмём?

— Жмём…

С помощью связей нам удалось пробраться в подсобные помещения отеля заранее прямо перед самой вечеринкой. Естественно, мы с Русом могли и взорвать здесь всё к херам, это бы решило многие проблемы, но другие люди ни в чём не виноваты, даже если они дружат с такой сволочью, как Фил.

Всё начинается на самом торжестве. Наблюдаем за ним, ни на секунду не выпускаем из виду. Вижу, как у Руса закипает кровь в жилах. Знаю, что сдерживаться чертовски сложно, но повсюду люди Фила. Нам и так с трудом удалось попасть сюда. Только за счёт того, что начальник охраны отеля лично знаком с хорошим товарищем Руса.

Однако в суматохе мы не сразу понимаем, что вечеринка, а точнее часть её гостей во главе с Филом перетекают на какую-то яхту, пришвартованную к берегу Дуная. Всё выходит из-под контроля. Он будто специально создаёт новые препятствия. Пробраться туда значительно тяжелее, но как только на улице темнеет, а вокруг творится балаган, приходится вырубать охранников одного за другим, а затем и гнать оттуда самых избранных, которые оказались на судне. Среди гостей есть парочка наших людей. На всякий случай. Они-то и помогают избавиться от большинства секьюрити.

Музыка играет очень громко, а ещё салюты и прочее. Фил отвлечен Викусей и не слышит реакции приглашенных, которых мы столь невежливо выталкиваем оттуда. Всё просто идеально складывается, если бы не одно «но»…

Он всё же замечает нас.

Не знаю сколько минут проходит, но очень скоро понимаю, что мы движемся. Быстро неумолимо движемся по течению. Он запустил двигатель. Хрен знает, что задумал этот кретин, но я пытаюсь добраться до них обоих и до рубки тоже. Пока играем в салки по всему корпусу, оказываемся на палубе возле носа. Кое-как успеваю перехватить самое важное сокровище, которое Фил не мог не взять с собой. Естественно это его и затормаживает. Она верещит, пытается кусаться и вырывается, а Рус целится в осатаневшего Фила, который и сам размахивает перед нами своим пистолетом.

— Я не собирался её убивать! — последнее, что слетает с уст, и я слышу два выстрела, пронзающие тишину, словно лезвие ножа. Странно, они звучат почти одновременно, точно не по очереди, а будто эхом… От этого громкого залпа в ушах всё закладывает. Звенит. Не знаю, что это, но в груди вдруг нещадно жжёт. Настолько сильно,