Короли улиц - Саша Южный

Парня звали Сэм Родос. Их познакомили с Вечером на приеме, который устроили организаторы боя. Вечер к этому времени серьезно учил-английский, и они перебросились несколькими фразами. Легкая улыбка на лице, спокойные движения и никакой рисовки — Сэм Родос вызывал невольное уважение и опаску.

— Да! — сказал тогда озадаченно Сева. — С этим парнем тебе придется нелегко.

Он тоже почувствовал в Родосе нечто такое — характер, натуру под цивилизованной шкурой.

— У вас есть что-то общее, — добавил тогда Сева. — Вы одной породы.

— Какой же? — спросил Вечер.

Сева, как всегда, выразился замысловато:

— Основная масса человечества — это туристы, толпа зевак, которые смотрят бои, хождение по канату без страховки и прочие страсти. Накопив денег, они ездят по свету и тоже смотрят, раззявив свои хлебала, на пирамиды, башни и прочее. Они никогда не создадут даже тени подобного, никто из них никогда не станет таким, как те, на кого он смотрит. Тонка кишка. Они лишь туристы в этом мире. Туристы и статисты. А вы с этим парнем как раз из породы тех людей, на которых они смотрят.

Вечер разглядывал из окна квартиры город, затихший в неожиданной оттепели, и думал о том, сумеет ли он победить Сэма Родоса. День двигался к концу, уже стал малиновым горизонт на юго-западе, и скоро должна была прийти Ксения. Его познакомили с ней первого января те самые молодые особы, с которыми он встречал Новый год. Ксения была невысокой и хрупкой девушкой с большими голубыми глазами, из очень обеспеченной семьи. Несмотря на ангельскую внешность, в девчонке жил бес.

Такой контраст делал ее весьма сексапильной. Она знала это и пользовалась этим. В кровати Ксения неустанно повторяла, что любит Вечера, но вне постели это как-то не ощущалось.

«Сегодня никакого секса, — подумал Вечер. — Бой на носу». Он поймал себя на том, что ни о чем кроме этого думать не может. Впервые за все время его по-настоящему волновал исход поединка, и впервые у него не было уверенности в том, что он победит.

В день боя потеплело еще больше. «Везет Сэму, — подумал Вечер. — Так он и не узнает наших морозов». Они подъехали к спорткомплексу на Севином «мерседесе».

— Говорят, на тебя большие бабки поставлены, — произнес необычно молчаливый сегодня Сева.

— На Родоса, думаю, тоже, — обронил Вечер, выходя из машины.

Сева негромко выругался и произнес:

— Сволочная жизнь. Человек должен биться, думая о бабках, что на него поставлены. Все изгажено. Вот это и есть жизнь в миру.

Прозвучал гонг, и Вечер с Родосом кинулись друг на друга, как два локомотива. Короткий обмен ударами, и они сошлись вплотную, грудью в грудь. Их развел рефери, и снова последовал бросок друг к другу и столкновение после быстрого обмена ударами. Родос был мощней, и Вечер сразу почувствовал это. Он упирался в него, как в скалу, и при столкновении ему приходилось напрягать все силы, чтобы устоять и не попятиться. Они испытывали друг друга на крепость. Упавший или попятившийся слабее, у него меньше шансов на победу. Это было понятно им обоим, но не залу. Более слабый протянет несколько раундов, но это будет просто растянутая агония. Они сходились вплотную несколько раз, и в один момент Вечеру пришлось сделать короткий шаг назад, чтобы устоять на ногах.

Родос не пытался перейти на приемы борьбы. Возможно, он не владел ими, а возможно, скрывал до поры до времени. Опытный боец не спешит раскрывать свои возможности, но приходит момент — и его противник вдруг с удивлением обнаруживает, что оказался в воздухе. А потом следует жесткое падение. Но пока Родос ничего подобного предпринять не пытался.

Они закончили проверку на прочность и перешли к конкретным действиям на дистанции. Родос напирал, атакуя Вечера длинными мощными ударами рук. Вечер маневрировал и ждал момента, когда противник сделает неверное движение и откроется. Иногда он останавливал Родоса ударом ноги, вынуждая того увеличить дистанцию.

Удары южноафриканца были тяжелыми. «Не дай бог пропустить такой, улетишь на другую сторону ринга», — подумал Вечер, продолжая уходить то назад, то в сторону от атак Родоса. Тот надвигался на него, как тяжелый танк, и не допускал при этом ошибок. Пока счет был ноль-ноль.

Родос неожиданно сократил дистанцию, нанес два прямых удара руками, затем боковой и, еще более сократив дистанцию, провел лоу-кик. Вечер не зевал. Он выкинул вверх левую ногу, в которую целил противник, уводя ее из-под удара и отрывая тело от земли, а затем другой ногой нанес ответный удар. Подъем правой стопы угодил Родосу под ухо. Зал взвыл, он был целиком на стороне Вечера.

Получив нокдаун, Родос по инерции продолжал надвигаться на Вечера, но его остановил судья. Бой продолжили через пять секунд. Родос сравнял счет в начале второго раунда. Он сумел прижать Вечера к канатам и, пробив его оборону, нанес два чувствительных удара. Один рукой, другой коленом по ребрам, и у Вечера слегка забило дыхание. Похоже, они были равны. Вечер уступал в силе и опыте, но зато был быстрее.

Потом в атаку пошел Вечер. Два удара ногами с обманными движениями не удались, Родос разгадал маневр, но зато третий, прямой с разворота, угодил ему в живот. Он отшатнулся назад и тут же двинулся в контратаку. Опять удары рук с дальней дистанции, сближение… Вечер выкинул ногу в боковом ударе, но Родос уже знал, что ожидать. Он неожиданно присел, уходя от удара, и, упираясь руками в пол, провел подсечку. Китайцы называют такой прием «хвост дракона». Вечер свалился на пол. Прием был красивым, и кто-то в зале зааплодировал.

Прозвучал гонг. Вечер встал и пошел в свой угол.

— Чаще меняй тактику, — посоветовал Сева, обтирая ему лицо. — Не повторяйся. Этот парень быстро учится. И будь осторожен. У него наверняка что-то припасено на пожарный случай.

Прозвучал гонг. Они сошлись, обмениваясь ударами. Вечер опережал, Родос пропустил два удара, но для него они были как слону дробина. Он спокойно отошел на дальнюю дистанцию и мощными «двойками» попытался пробить оборону Вечера, а затем переключился на ноги. Вечер сбил рукой оба его прямых удара и сам пошел в атаку. Два удара ног по дуге Родос блокировал, затем последовал обманный выброс правой для отвлечения внимания и тут же прямой удар с разворота. Опять вхолостую. Родос просчитал и это. Вдобавок он умудрился почти вразрез провести свой удар. Пятка Родоса вскользь прошла по скуле Вечера. Но и это было очень ощутимо, почти нокдаун. Если бы угол атаки оказался чуть больше, то недалеко и до нокаута.

Вечер, пританцовывая, показывал подскочившему рефери, что все в порядке. В голове стояла мысль о том, что он был на волосок от краха. После таких ударов не встают. Да, у Родоса опыт. И надо быть осторожней.

Прозвучал гонг. Это был конец четвертого раунда. Вечер, повернувшись, заметил в своем углу Директора. Тот стоял рядом с Севой, заложив руки за спину, и молча смотрел на Вечера.

— Что, туговато? — спросил он, когда тот опустился на стул.

— Терпимо, — ответил Вечер.

Директор, наклонившись к нему, неожиданно произнес:

— Тогда расслабься. Роджер ляжет под тебя в конце следующего раунда. А пока сделайте показуху. Пусть эти свиньи визжат от восторга, — он кивнул на зал.

— Как ляжет?! — Вечер не был даже удивлен, он был растерян.

— Обыкновенно. Нокаут.

Вечер посмотрел в противоположный угол. Там маячил менеджер Родоса, напоминающий кусок рассохшегося под солнцем дерева. Он что-то говорил своему подопечному.

— Через пару месяцев мы организуем матч-реванш и сорвем двойной банк. Давай, иди, — Директор хлопнул Вечера по плечу. — И запомни, публика — это зверь, который набросится на тебя, едва ты упадешь. И надо сделать все, чтобы к тому времени, когда ты не сможешь больше подняться, тебе было глубоко плевать на этот факт, поскольку ты достаточно обеспечен, чтобы позволить себе такое.

Прозвучал гонг, и Вечер, приблизившись к южноафриканцу, спросил:

— Вай, Сэм?

— Бизнес, Вэчир! — ответил ему Родос.

Они показали такой бой, от которого зал встал на ноги и на уши. Они молотили друг как проклятые, падали, поднимались и снова бросались друг на друга. В глазах растаскивающего их рефери Вечер прочел удивление — мол, что это с вами, ребята?

На последних секундах раунда Вечер провел два прямых удара руками и крюк снизу, от которого Сэм Родос рухнул на пол ринга и встал с него только после счета «девять».

В зале творилось невообразимое. Из-за рева трибун невозможно было говорить. Вечер видел снисходительную улыбку на лице пройдохи менеджера Родоса и непроницаемое лицо Директора. «Сколько они заработали на этом бое?» — мелькнуло у него в голове.

Когда рефери поставил их с Родосом вместе и поднял руку Вечера, в его углу возле Севы вдруг возникла Ксения.

Вечер посмотрел на Сэма. Его лицо было невозмутимо. Похоже, он привык к таким трюкам. Они пожали друг другу руки.