Танец маленьких разбойниц - Спаркли Хейтер

Но если человек три года путешествует по миру, разве это не означает, что он ищет ответы на извечные вопросы бытия? У Вэнди была приятельница, которая мечтала завлечь в «Божественное прикосновение» самого отъявленного атеиста. Как там говорится? «И Я сделаю, что вы будете ловцами человеков». Вот если бы Вэнди удалось завлечь Камерона, она гордилась бы (о нет, гордыня — это смертный грех), Вэнди была бы просто счастлива. Она чувствовала бы себя рыбаком, который вытащил на берег гигантского налима, все вокруг с удивлением разглядывают его добычу, рыбину кладут на весы, обмеряют и фотографируют.

Камерон мог бы стать настоящей звездой христианской рок-музыки. Для начала Вэнди устроила бы его на свою радиостанцию, а потом отец помог бы протолкнуть фильм ее друга на телевидение, если, конечно, Камерон возьмется за ум и снимет «правильное кино».

Они приехали в «Парижскую артерию» во второй половине дня, как раз к обеду. Обитатели сквота собрались в большой столовой, где некогда размещалась приемная директора банка. Зданию было лет восемьдесят, причем последние девять лет оно стояло заброшенным, прежде чем здесь поселились свободные художники. Преклонный возраст дома сразу бросался в глаза. Обстановка также соответствовала характеру жильцов. Разномастная мебель выглядела так, словно ее притащили с помойки. Все стены были расписаны абстрактными фресками, но иногда попадались и реалистические полотна. Художники пощадили лишь одну стену, где висели огромная карта мира и мишень для игры в дартс.

В центре столовой стоял длинный, грубо сколоченный стол, за которым могло разместиться человек пятнадцать. Стулья отличались разнообразием стилей, форм и расцветок: пластмассовые садовые стулья, складные стулья для пикников, выцветшие шезлонги, медицинская кушетка с ободранной обивкой и деревянная церковная скамья. Зато столовый сервиз на двадцать персон был выдержан в строгом стиле: белые фарфоровые тарелки — подарок владельца соседнего ресторана, который в прошлом году решил обзавестись более веселой посудой. Ножи, ложки и вилки в основном были пластмассовые, что составляло удачную комбинацию с так называемыми чашками — стаканчиками из-под йогурта и джема.

Обитатели сквота представляли собой не менее пеструю компанию. Они напомнили Вэнди участников реалити-шоу под названием «Реальный мир», с той лишь разницей, что мир, в котором она очутилась, действительно был реален. Да к тому же канал MTV никогда бы не решился запустить на свою съемочную площадку сорокапятилетнюю разведенную даму, которая смолит сигарету за сигаретой и говорит хриплым прокуренным басом. Дама эта была странствующей актрисой. Вэнди не запомнила имени курильщицы, как, впрочем, и имена остальных обитателей сквота — их было слишком много, человек двадцать. Напротив Вэнди сидел франкоговорящий канадец, физик-ядерщик по образованию и художник по призванию. Он о чем-то оживленно беседовал с русским музыкантом, который помимо музыки занимался изучением мировой экономики и в настоящее время усердно работал над докторской диссертацией. На кушетке рядом с музыкантом устроились писатель из штата Висконсин и еще один американец, из Калифорнии, высокий тощий парень, представившийся потомственным артистом — его родители были клоунами. На церковной скамье расположились японский буддист-священник и французский художник…

Прежде чем приступить к трапезе, Вэнди произнесла благодарственную молитву, остальные воздержались от каких-либо предисловий и без лишних слов взялись за еду. Пока дежурный повар раскладывал по тарелкам рагу из баклажанов и спагетти с томатным соусом, молодой человек, сидевший в дальнем конце стола, прочел вслух надпись на футболке Вэнди:

— «Истинная любовь ждет…» И чего же она ждет?

Прежде чем Вэнди успела открыть рот, какая-то девушка, кажется ее звали Блэки, ответила за нее:

— Ждет, пока любовник натянет презерватив.

Все засмеялись, даже Камерон. Вэнди очень огорчилась: она никак не ожидала от своего ученика подобной реакции.

— Брачного союза, — пояснила Вэнди.

— Серьезно? — курильщица удивленно вскинула брови.

— Да, и это не просто церковная догма, — сказала Вэнди. — Рассуждая с позиции здравого смысла, мы убеждаемся, что целомудрие способствует прочности семейных отношений. Если бы люди воздерживались от добрачных половых связей, а также не имели возможности развестись, им волей-неволей пришлось бы научиться решать свои проблемы и находить общий язык.

— А в каком веке были установлены эти правила? — спросила рыжеволосая девушка из Шотландии. — На заре христианства, когда продолжительность человеческой жизни составляла в среднем лет тридцать пять — сорок?

— Если бы я вышла замуж за парня, с которым переспала в восьмом классе, — сказала разведенная актриса, закуривая очередную сигарету, — и вынуждена была бы прожить с ним до самой смерти, мне пришлось бы поторопить смерть… кхе, моего дорогого мужа.

— Да и в прошлом от этих запретов было мало толку, разве что внешне все выглядело благопристойно, но люди точно так же обманывали друг друга, бросали жен и детей…

— …Ссорились, дрались, уходили на войну.

— …Изменяли супругам, но продолжали жить вместе, просто потому, что законы о разводе были слишком строгими.

— А для самих ревнителей нравственности секс превращается во что-то постыдное, они всю жизнь страдают от сексуальной неудовлетворенности или заключают ранние браки с такими же идеалистами с искореженной психикой и чахлым либидо.

— Вы что, все митраисты? — спросила Вэнди.

— Кто? Нет, мы… ну, большинство из нас в той или иной степени придерживается буддийской философии, учения, к которому каждый из нас пришел своим путем.

— А я атеист, — сказал русский музыкант.

— Мы экуменические буддисты, наш основной принцип — верь, во что тебе хочется верить, но помни: никто не знает, где находится истина, даже атеисты, так что не надо навязывать свои взгляды окружающим.

— Мы с Вэнди снимали фильм о Митре, — робко вставил Камерон.

— А я брианистка, — сообщила рыжеволосая девушка из Шотландии. — О, точно, давайте в среду возьмем кассету с фильмом «Жизнь Бриана».

— Эй, у нас сдвоенный сеанс, — напомнил Нигель. — Что берем на закуску?

— «Священный Грааль»? Продолжим тему Пайтона[24].

— Или богохульный шедевр под названием «Догма»[25].

— Квентину этот фильм понравился бы, — сказала курильщица, выпустив в потолок длинную струйку дыма.

— По средам мы берем напрокат кассеты и устраиваем общий просмотр, — пояснил русский музыкант гостям.

— Интересно, где сейчас Квентин?

— В пустыне Блэк-Рок, штат Невада, занимается поджогами[26].

— А Джереми?

— В Марселе. Вместе с Джулией. Раньше октября не вернутся.

— Кто будет готовить попкорн?..

И обитатели сквота переключились на обсуждение хозяйственных проблем. В разгар дискуссии дверь открылась. На пороге появился парень, под мышкой он держал большую пластмассовую букву «О».

— Вот, нашел, — сказал парень. — Наверное, отвалилась от какой-нибудь неоновой надписи. Жаль, лампочек нет, но если украсить ее елочной гирляндой, получится симпатичная декорация. Можно использовать на концерте в качестве подсветки.

— Бастер, у тебя настоящий талант, — заметил Нигель. — Кажется, в прошлом месяце ты нашел целую россыпь симпатичных букв. Что это было, «Отель «Александр»»?

— Четырнадцать позолоченных букв, по восемь дюймов каждая. — Бастер повернулся к новичкам. — Обязательно посмотрите, они выставлены в мансарде на верхнем этаже. Мы складываем из них разные слова и устанавливаем напротив окна на рассвете. Когда первые лучи восходящего солнца падают на золотые буквы, они загораются ослепительным светом. Потрясающее зрелище.

— Отель «Александр», — задумчиво произнес Камерон, — да, из такого набора букв можно составить очень много интересных слов.

Дежурный начал убирать со стола. Вэнди вызвалась помочь. Когда она складывала в мойку стопку грязных тарелок, на кухню вошла девушка.

— Привет, Диана, — дежурный кивнул девушке.

— Привет. Для нашего узника найдется порция спагетти? — спросила Диана. Вэнди решила, что это какая-то местная шутка.

Она вернулась в столовую. Камерон и Блэки сидели на подоконнике и о чем-то оживленно болтали.

Неподалеку Вэнди заметила Хлою, она сидела на краешке церковной скамьи с мобильником в руке и сосредоточенно набирала номер.

— Бонсуар, Жиронд, — произнесла Хлоя ласковым голосом.

Далее разговор шел на смеси примитивного французского с редкими вкраплениями английских слов.

«Жиронд — славный парень, — подумала Вэнди. — Вот если бы удалось завлечь его в нашу организацию. Кажется, в «Божественном прикосновении» еще не было ни одного матадора».