Темные тропы и светлые дела - Денис Владимиров

по колену ладонью и ржал по-конски. Девочка. Даже без одиннадцати лет Глэрда я ее старше, наверное, вдвое. Впрочем, расслабляться тоже нужно и смех, далеко не истерический, не самая плохая вещь, даже если выглядит для окружающих без причины.

— Это хорошо, что ты смеешься, — ничуть не обиделась Тина, — А вот…

— Цыц! Думаешь, Глэрду интересно наши бабские разговоры слушать?

— Так что насчет зелья? — вернул я лекарку к предмету обсуждения, мне точно неинтересно слушать дрязги.

— Мы на Имперском тракте, так что все будет хорошо, не переживай! — постаралась успокоить, однако уперевшись в мой настойчивый и непреклонный взгляд, продолжила, — Понимаю тебя, сама не своя после похищения ходила. А тут… Ну и дура я, — будто что-то осознав, всплеснула руками, и достала из поясной сумки два флакона, и ладанку, в которой и хранилась злополучная ягода, — Только помни, после приема до начала действия проходит одна-две минуты. У всех по-разному. И просто так не пей, как зелье бодрости. Но главное, заберу обратно, если ты сейчас не выпьешь эликсир восстановления. На вкус мерзко, однако лучше него нет. И снова можешь литрами глотать всякую дрянь.

Выпил, поморщился. Не все так и страшно. Спрятал флаконы в подсумок, туда же отправил роску. Амелия пристально осмотрела меня, сделала несколько пассов руками, и сообщила:

— От последствий ментального воздействия завтра зелье выпьешь, если понадобится. Сегодня не требуется. И эликсир «Абсолютной памяти» тогда же получишь. До этого момента, посмотрела по записям, лучше не перенапрягать мозг.

— Хорошо, пора мне, и спасибо за вкусную еду! — согласился да заспешил на выход.

⠀⠀⠀ ⠀⠀ ⠀

Дорога тянулась и тянулась, туман не думал рассеиваться. Наша колонна разрослась за два часа минимум вчетверо.

Думал, что сотник вновь сделает предложение, от которого невозможно отказаться, в Демморунге, как и захочет поговорить о Поединке чести. Но он дождался меня на обочине, приказал жестом двигаться рядом. И сразу без всяких обиняков, принялся раздавать ценные указания. Раздражение в начале получилось погасить довольно просто, все же сытый желудок способствует хорошему настроению.

— Сначала по нашим текущим делам пройдемся, Глэрд. Завтра Улаф и Кром передадут тебе безвозмездно в собственность пять подворий в Черноягодье и постоялый двор. Поместья следует послезавтра подарить тем людям, на каких укажу я. Расходов ты не понесешь. Далее, будем в Демморунге три дня, на четвертый выезжаем, остановишься в «Путнике». Это довольно приличное и тихое заведение, цены приемлемые, оно никак не относится к Волкам, — пока все соответствовало моим планам, эту гостиницу выбрал, исходя из слов Добряка Тима, а также Ленара с Кевином. Хозяин — орк Игур Черный, раньше промышлявший поиском ценностей в Землях Хаоса, репутацию заведение имело отличную.

Промолчал, а тот продолжил раздавать ценные указания:

— Про все нюансы относительно имущества лин Деймона тебя посвятили, их решим попутно. Завтра в десять часов с Амелией будьте в Имперско-герцогской канцелярии, она дорогу знает. Там будем и мы с дер Вирго, и дер Ингертосом, и, может быть, уже послезавтра ты будешь ночевать в своем доме, через два дня — точно! В одиннадцать у тебя встреча с Волком и Медведем, решишь все с ними. Без меня. С тринадцати до четырнадцати найдешь Аллена Ренга по улице Жестянщиков, если Кевин не знает, то спросишь, личность он известная, любой покажет. Это торговец живым товаром. С ним все предварительно обговорено, как тебе и обещал.

— Зачем мне связываться с Кромом и Улафом? И решать какие-то ваши проблемы? Как-нибудь сами, а у меня дела и планы, — произнес с деланным безразличием.

— Правильные вопросы, — отчего-то вполне благодушно согласился со мной Турин, — По итогам у тебя останется постоялый двор на следующих условиях: ты не имеешь права его продавать, кому-то передавать, он будет принадлежать твоему роду, как минимум до совершеннолетия. А после Сумеречной ночи он должен заработать и принимать без всяких проблем двести-двести пятьдесят постояльцев.

Поворот меня удивил. Интересно, он изначально такой хитрый и дерзкий ход придумал или после поединка?

— Там все практически выгорело. От гостиницы осталось одно крыло, требующее ремонта. И насколько знаю, общался со строителями, только недавно закончили убирать последствия пожара. Это, во-первых. Во-вторых, еще раз повторю, зачем мне это нужно? Учитывая, что обязательный налог на бывшее хозяйство Тарина, вроде бы втрое больше, чем на обычное подворье? А мне еще за дом Амелии дополнительно двойной выплачивать, ещё на роску, шляпник и икру. Опять же из-за твоей просьбы, мало того, что я отдам в герцогскую канцелярию сто золотых, — не преминул отметить кто и кому обязан, — так еще у нее трое рабов и две рабыни, которых она не имеет права освободить в течение следующих четырех лет, а продавать категорически отказывается. Выходит, они будут моими. Итоги простые — платить придется абсолютно за все в полтора раза больше. Не так ли? Но мне нужны тоже люди, без них никуда, как и непонятно, что делать и на что годны все эти рабы покойного лин Деймона, и как они учитываются и проходят, и сколько одной роски я буду тогда должен сдать? Без постоялого двора, без учета всех новых вводных после поединка. А я тебе скажу. Тридцать бочек, которые следует умножить на два. Шестьдесят! Это уже сейчас! При этом пользы от работников целительницы, как от козла молока. А от наложниц? Бордель открыть? Ты мне предлагаешь дополнительно прибавить еще столько же без всяких моих резонов.

Я, как только освоился с грамотой, внимательно прочитал памятку владельцу поместья, выучил права и обязанности. Итак, обычный обязательный налог без дополнительных отягощающих факторов — десять стандартных бочек роски без деления на цвета, каждая емкость объемом около сорока литров. Ягоды укладывались плотно, затем заливались соляным раствором концентрацией не менее пятнадцати процентов. Еще необходимо предоставить двенадцать мешков сушеного белого шляпника, каждый весом приблизительно по пятнадцать-двадцать килограмм. Два бочонка икры местного осетра, который даже чем-то походил на земной аналог, не успевший видоизмениться в результате мутагенов, какими всё щедро обработали ксеносы.

С последним относительно просто — сутки, и отстрелялся. Через пару дней после Сумеречной ночи начинался нерест, а дурная рыба временами заплывала и в каналы Черноягодья. Например, тот же Харм не беспокоился лишний раз, учитывая, что можно было прямо с берега канала ловить ее здоровенным сачком или бить острогой. Но обычно все занимались заготовкой на ближайшей реке — Стремянке. Самое главное, что по ее течению находилось множество чистых пятен, образующих сплошную полосу. Дополнительно в это время местные набирали рыбу для еды, но совершенно не уважали ее, считая чуть ли не сорной.