Огни святого Эльма - Владимир Евгеньев

— Но как я отвлеку твоего мужа? Мы же незнакомы.

— Не знаю, придумай что-нибудь, умоляю, ты должна остановить его по пути на пляж. Вот, даю тебе проспект с нашим отелем. Там адрес, найдешь нашего гида. Его зовут Антон, он там единственный русский гид. Антон обязательно поможет вам с Даней связаться с консульством, удивительно отзывчивый человек. Но ты тоже сделай то, что я прошу, я умоляю тебя. Соня, ну ты такая красавица, что тебе стоит задержать мужчину на полчаса. Подумай о том, что ты можешь помочь мне обрести счастье.

«Мне представляется несколько сомнительным счастье в лице Юры с Украины, владельца пункта проката водных развлечений, — подумала София. — А, впрочем, в таких вещах судить других дело неблагодарное. Только собственное сердце скажет человеку, где его звезда, его очаг, с кем он может разделить до слез трагичный, полный пронзающей сердце боли и мерзкой грязи, оскорбляющей душу, и все-таки такой невыразимо прекрасный путь на земле».

Оксана объяснила Соне, как пройти к их отелю, который был совсем недалеко от пляжа. И попросила подругу подождать ее мужа с охранником около входа на территорию гостиницы, который располагался прямо на набережной. Соня должна была неусыпно следить за всеми прохожими и броситься в атаку, едва завидев двух тренированных мужчин в сопровождении злобного бульдога. Она немного прошла вдоль моря. И остановилась около сплошной высокой ограды, обвитой красивыми растениями. За ней слышалась музыка, громкие команды аниматора и плеск воды. «Наверно, занимаются водным поло или аэробикой в бассейне, — с завистью подумала Соня. — И им не надо беспокоиться о том, как избежать возвращения на Летучий Голландец. Почему мысль о проклятом паруснике такой болью отзывается в моем сердце? Ведь там остался капитан, хороший и такой несчастный человек, без него я не увидела бы этот мир. Хотя он родился за много поколений до меня, все-таки он мой предок, и я никогда не забуду о его страшной трагедии, о его добром и мужественном взгляде. За что Всевышний был с ним так жесток? Я не могу этого понять.

И там остался Элай, которого я, скорее всего, больше никогда не увижу. Все-таки наша любовь была прекрасна. И что с ним случилось, как он мог уйти куда-то, не попрощавшись со мной? Это так не похоже на моего любимого. Неужели он обманывал, говоря о своих чувствах, и все это было для него лишь развлечением?»

Соня увлеклась своими мыслями и воспоминаниями о первой встрече с Элаем, о ссоре в Амстердаме и последующем примирении. Она прокручивала в голове все их разговоры, пыталась вспомнить, какие знаки указывали на несерьезное отношение ее любимого, и не очень внимательно следила за прохожими. И вдруг она увидела, как из калитки с электронным замком выходят двое, высокий полноватый круглолицый мужчина с карими проницательными глазами и в широких шортах до колена. И за ним парень пониже ростом в футболке и джинсах, кудрявый с очень живым тонким лицом и какими-то бегающими глазами. Последний держал на поводке собаку, скорее всего, того самого недоброго бульдога Профессора с мертвой хваткой.

— Здравствуйте! Извините, у вас не будет закурить? — сказала Соня, поспешно подойдя к ним.

— Будет, — мужчина повыше спокойно оглядел ее и достал зажигалку.

— И сигарету дайте, пожалуйста.

— Сигарету? Аа… Ну, у меня крепкие, папиросы Беломорканал, привык пока был…в Сибири, в общем, жил несколько лет, — ответил он, будто извиняясь.

— Ну, не страшно, я тоже люблю папиросы.

— Да? Надо же, — ответил мужчина и внимательнее посмотрел на Соню. Светило яркое солнце, становилось жарче, мимо проходили иностранцы, женщины в открытых купальниках, накидках и парео, мужчины в плавках-шортах. Они шли из отеля прямо к морю искупаться, время вечерних прогулок еще не наступило. Соня и ее собеседники стояли прямо напротив входа в отель, рядом с калиткой росли два растения, напоминавшие гигантские кактусы.

— А откуда вы знаете, что мы из России? — вдруг спросил парень пониже с собакой. Его бегающий взгляд вдруг остановился на Соне и стал жестким.

— Ну, русских людей видно сразу, это… что-то неуловимое, что-то родное, — Соня постаралась изобразить очаровательную улыбку, хотя ей было не по себе, эти люди интуитивно ей не понравились.

— И еще ты, похоже, сильно нервничаешь и как будто ждала нас около выхода из отеля, — продолжал мужчина с собакой, проигнорировав ее ответ, — я не все забыл, чему меня учили. В общем, красавица, говори, что тебе нужно.

— Ничего, я хотела просто закурить, потеряла свои сигареты, спасибо вам большое, — промямлила Соня. Более высокий мужчина наблюдал за разговором, нахмурившись.

— Не кипишуй, полкан, — как бы лениво произнес он. — Пощупай девочку по-быстрому, а я тороплюсь, меня Оксанка ждет.

— Отойдем, — сказал парень пониже, которого его спутник назвал полкан, и схватил Соню за предплечье.

— Я не могу, я спешу, — быстро ответила она.

— А куда? На самолет опаздываете или на свидание? — ехидно поинтересовался он.

— Не ваше дело, — Соня попыталась вырваться, но парень крепко держал ее. София ужасно испугалась, ее прошиб холодный пот. Она вдруг осознала, что уже не выберется из этой истории без плохих последствий.

— Смотри, веди себя тихо, а то Профессор тебя съест, — злобно хихикнул парень, — у него мертвая хватка. Бульдог угрожающе зарычал. — Тихо, тихо, — резко скомандовал хозяин, и Профессор, успокоившись, засеменил рядом. Они зашли на территорию отеля, прошли по асфальтовой дорожке между пальмами и оказались на первом этаже высокого здания. Там был роскошный ресепшен с цветами в больших вазах, картинами на стенах, мягкими черными и белыми кожаными креслами и диванами и стеклянными столами, заваленными глянцевыми рекламными проспектами экскурсий и путеводителями.

— Отпустите меня, помогите! — вдруг крикнула Соня по-английски.

Ее спутник громко расхохотался, шлепнул ее пониже спины и ответил по-английски:

— Поиграем в номере, дорогая.

— Молчи, а то хуже будет, — прошипел спутник ей в ухо. Невозмутимые иностранцы, похоже, немцы или англичане, сидевшие в холле, никак не отреагировали на эту сцену.

Соня поняла, что кричать бесполезно. Они поднялись на лифте на самый верхний двенадцатый этаж и вошли в номер. Там была большая кровать, над ней картина, вроде бы с видами Неаполя. На стене большая плазменная панель, дверь, видимо, в душ, у окна бар, два стула и стол. В углу шкаф. Это был обычный номер пятизвездочного европейского отеля. Соня обратила внимание, что в комнате почти нет вещей.

— Ты с Косым, наверно, спишь. А вообще, узнаю Косого, вокруг него вечно полно тупых малолеток, педофил хренов. Он, наверно, тебя подослал, познакомиться, побольше узнать, подсыпать клофелинчик, украсть ноутбук или пока пулю в лоб не получишь изображать большую любовь и сообщать ему обо всех наших передвижениях. Но все равно в этом городе наш героиновый трафик. Можешь ему так и передать это. А он то, наверно, уже не всегда может и не везде и не во всех позах, но это не главное, были бы деньги у человека хорошего.