«Пушечное мясо» войны Первой мировой. Пехота в бою - Семён Федосеев

Традиции, которые старались поддерживать в частях немногочисленные уцелевшие кадровые офицеры и солдаты, играли немаловажную роль. Своими боевыми традициями и стойкостью славились, например, сибирские стрелковые дивизии. При этом, как и в случае с другими «географическими» названиями полков и дивизий, они не обязательно формировались выходцами из определенной местности или губернии. Согласно «Расписанию распределения новобранцев призыва 1913 г.», например, из новобранцев, направленных в 41-й Сибирский стрелковый полк, сибиряками были только 54%, остальные — из Акмолинского уезда, из Гродненской, Пермской, Ломжинской губерний. Но бойцы уже в ходе службы воспринимали традиции полков.

Существенные изменения произошли к концу войны в организации пехотного полка. Теперь он имел три батальона, команды — пулеметную (12 пулеметов из расчета по 4 пулемета на батальон), траншейных орудий (бомбометное и минометное отделения), конных разведчиков, связную, саперную, учебную, полицейскую, команду для сбора оружия, нестроевую роту. Увеличение числа станковых пулеметов, введение «траншейной» артиллерии и минометных команд в полках, ружей-пулеметов в пехотные роты и выделение «гренадеров» для действия ручными гранатами меняли характер пехоты и способы ее действий. На 1917 г. в пехотных полках уже только примерно 2/3 личного состава действовали винтовкой со штыком, а 1/3 составляли специалисты — пулеметчики, «гренадеры», артиллеристы, связисты и т.п.

О тыловом снабжении

Прямая зависимость состояния войск и хода операций действующей армии от работы тыла очевидна. В этом разделе, как и в вопросе снабжения вооружением и боеприпасами, придется коснуться некоторых общих проблем, отразившихся на всей русской армии в годы войны.

Уже в Восточно-Прусской операции Северо-Западного фронта в начале войны не полностью развернутый и недостаточно подготовленный тыл с трудом обеспечивал потребности войск. 1915 г. для русской армии в материальном отношении был еще более тяжелым. Напряженные боевые отступательные действия войск, сопровождавшиеся потерей районов с развитой дорожной сетью и значительными местными ресурсами, еще больше ухудшили условия работы тыла. При наличии серьезных недочетов в управлении тыл армии оказался не в состоянии быстро перестроить организацию применительно к складывавшейся обстановке, не сумел использовать имевшиеся в его распоряжении ограниченные возможности. Кампанию 1916 г. русская армия провела в условиях дальнейшего ухудшения работы тыла и постоянных перебоев в обеспечении войск. В последний период войны (1917 г.) материальное обеспечение русской армии оказалось на грани полной катастрофы. Тыл армии не мог в необходимой мере решать сложные задачи войны. Да и трудно было бы наладить работу тыла при катастрофическом развале работы железнодорожного транспорта как на театре военных действий, так и в тылу.

Единый порядок подвоза всех видов материальных средств установился только с конца 1916 г. У границы фронтовых тыловых районов развертывались фронтовые тыловые распределительные базы. На границе армейских и фронтовых тыловых районов в армейском тылу создавались армейские базы и еще ближе к войскам — конечно-выгрузочные станции корпусов. Эти станции — как стык железнодорожного и грунтового подвоза — являлись перегрузочными пунктами и обеспечивали маневр запасами в корпусах. При удалении войск от конечно-выгрузочных станций на расстояние до 2,5 перехода корпус осуществлял подвоз своим транспортом. В подвоз включался сначала полковой обоз, затем с увеличением расстояния — последовательно транспорт дивизии и корпуса. При удалении же войск от конечно-выгрузочной станции на расстояние свыше 2,5 перехода в подвоз включался армейский транспорт. Передача грузов осуществлялась с выгрузкой на грунт. Допускалось деление транспортных средств на эшелоны.

В ходе войны значительная часть тыловых частей и учреждений действующей армии оказалась сосредоточенной во фронтовом звене, поскольку центр тяжести снабжения находился именно здесь. Армейский же тыл был развит меньше в сравнении с фронтовым. В армии обычно были следующие тыловые части и учреждения: расходные продовольственные магазины по числу корпусов (иногда запасные продовольственные магазины), местные стационарные хлебопекарни, два-три местных артпарка (склада), артиллерийская и оружейная мастерские, инженерный парк (склад), одна-две головные эвакуационные комиссии с приписанными к ним госпиталями, армейский транспорт (по обстановке). В ходе войны корпус получил дополнительно два госпиталя, транспорт для подвоза боеприпасов, инженерный парк (там же). Количество тыловых частей и подразделений в дивизии и полку в ходе войны не изменялось. Увеличение объема и усложнение работы тыла в связи с ростом численности и технической оснащенности армии, нарастанием размаха операций, а также появление новых видов снабжения требовало изменения состава и штатной организации частей и учреждений тыла. Вместе с тем численный состав и организация тыловых частей и учреждений действующей армии в сравнении с тем, что было в период развертывания, оставались в основном без существенных изменений, вследствие чего тыловые части и учреждения не справлялись с возложенной на них огромной работой, несмотря на «разбухание» тыловых служб. Поэтому для работы в тылу постоянно привлекался личный состав строевых частей, в результате чего страдали действия на переднем крае.

Продовольственное снабжение

IV началу войны правительство планировало снабжать действующую армию продовольствием и фуражом за счет созданных мобилизационных запасов и за счет местных средств. Заготовки продовольствия и фуража на театре военных действий и в прилегавших к нему районах всячески поощрялись с первых же дней войны. Вот, например, запрос генерала Постовского в штаб 23-го армейского корпуса от 10 августа 1914 г.: «Срочно телеграфируйте, сколько дней всего имеется подвижных запасов. Командующий армией приказал в дальнейшем основывать довольствие местных средств, уменьшая в случае надобности хлебную и увеличивая одновременно мясную дачу. Широко практиковать установленные законом замены одних продуктов другими».

В телеграмме командира 13-го корпуса начальнику штаба 2-й армии от 12 августа 1914 г. говорилось о критическом положении в продовольственном снабжении войск в ходе Восточно-Прусской операции: «При быстром движении вперед транспорты по невозможно плохим дорогам нагнать не могут, район корпуса исключительно бедный, буквально нельзя найти ни куска хлеба, что испытываю на себе лично. Полков, богато обеспеченных хлебом и сухарями, в корпусе нет». Приказы по войскам постоянно упоминают о продовольственном снабжении. Командующий 8-й армией генерал Брусилов в приказе от 6 декабря 1914 г. писал: «Ставлю заботу, чтобы солдат имел ежедневно горячую пищу, первейшею обязанностью всех начальствующих лиц, несмотря ни на какие препятствия».

По ряду причин (включая саботаж со стороны польского населения, эвакуацию Восточной Пруссии германцами, отступление 1915 года и т.д.) основным способом пополнения продовольствия оказался подвоз из тыла. Сельскохозяйственное производство страны испытывало значительные трудности, но все же Россия имела продовольствия вполне достаточно для того, чтобы снабдить им как армию, так и население промышленных городов.

Армейский корпус имел продовольственный транспорт, три полевых подвижных хлебопекарни, расходный гурт скота. В корпусном и дивизионном обозах содержались только основные продукты: сухари, крупа, сахар, чай, соль, консервы, сушеные овощи. Приварочные продукты положено было возить при кухнях. Система подвижных запасов страдала существенными недостатками. Так, в полку положено было содержать 5 сутодач сухарей, в то время как довольствие происходило в основном хлебом. В связи с этим распоряжением некоторых командиров корпусов 1–2 дачи сухарей из возимых в полковом обозе заменялись хлебом. В корпусном и дивизионном транспортах не было жиров, риса, макарон, свежих овощей. Между тем эти продукты требовались ежедневно. Количество возимых запасов не отвечало фактической численности войсковой части. Запасы, возимые в полковом обозе, рассчитывались по штатам 1910 г. на 4140 человек, в действительности состав пехотного полка был увеличен до 4763 человек. В ходе войны были также случаи, когда отдельные войсковые части накапливали запасы крупы, риса, свежих овощей и других продуктов питания на месяц и более. Чтобы перевезти созданные запасы при передислокациях, привлекали повозки, «купленные за счет хозяйственных сумм или временно реквизированные у местного населения. Количество таких нештатных повозок в зависимости от накопленных запасов доходило до 30–40. При недостатке транспорта запасы перевозились в несколько рейсов, а при отсутствии этой возможности бросались.