Джунгли - Клайв Касслер

Кабрильо внезапно забеспокоился. Они должны были найти судно по кильватерному следу и идти по нему. Но кильватерного следа не было. «Геркулес» был погружен в воду.

Это было фантастическое зрелище. На судне, почти вдвое длиннее «Орегона», стояла на открытой палубе высокая буровая платформа. Под ее четырьмя ногами, в диаметре как плавательные бассейны, находились понтоны, покрытые красной антикоррозийной краской. Они поднимались на добрых двадцать метров над поручнями «Геркулеса» и казались величиной с баржу. Сама платформа была площадью в несколько гектаров, гораздо больше, чем считал Кабрильо, и расстояние от палубы до верха буровой вышки превышало шестьдесят метров. Общий вес судна и платформы значительно превышал сто тысяч тонн.

– Что думаете? – спросил Адамс.

Они планировали найти платформу и немедленно вернуться на «Орегон», но поскольку их судно лежало в дрейфе, он сомневался.

У Кабрильо сомнений не было.

– Подлети поближе. Я хочу кое-что рассмотреть.

Адамс опустился так, что посадочные лыжи почти касались волн. Если на корме не было наблюдателя, они оставались незамеченными. Лишь когда расстояние между ними сократилось до полумили, Хуан понял, что «Геркулес» кренится на левый борт. Подумал, не ошиблись ли они в оценке груза, и стал делать поправки.

Но когда обогнули корму судна, Хуан увидел толстые стальные тросы, свисающие со шлюпочной палубы надстройки. Металлические шлюпбалки были вытянуты, спасательная шлюпка спущена на воду. У ватерлинии пенились пузыри, вызванные тем, что вода заполняла балластные цистерны и вытесняла воздух. Получается, хозяева не уравнивали груз, они покидали судно, потому что решили затопить его.

Глава 15

– Давай к другому борту, – велел Кабрильо.

Вертолет, управляемый Адамсом, легко, как стрекоза, обогнул нос судна и полетел вдоль правого поручня. Как и на противоположной стороне, шлюпбалки были выдвинуты и спасательной шлюпки на месте не оказалось. Однако насосы здесь не работали. Балластные цистерны заполнялись только с одной стороны, чтобы «Геркулес» опрокинулся под громадным весом платформы «Джей-61».

– Спусти нас туда как можно быстрее! Нужно остановить насосы.

– Хуан, – подал голос Макс, – что, если они взяли с собой Линду?

Кабрильо вызвал «Орегон». Хали Касим ответил сразу.

– Слушаю, председатель.

– Хали, получали мы сигнал чипа Линды в течение последнего часа?

– Нет, у меня один из экранов настроен на ее частоту.

– Подожди. – Кабрильо снова включил внутреннее переговорное устройство вертолета. – Макс, вот тебе ответ. Она все еще на борту. Гомес, опускай нас. Хали, ты меня слушаешь?

– Слушаю.

– Мы нашли «Геркулес», но, похоже, его затапливают. У тебя есть наши координаты?

– Я вижу вас в ста тридцати двух километрах от пеленга сорок шесть градусов.

– Иди сюда как можно быстрее. Выжимай из двигателей все возможное. – Хуан прекратил связь с «Орегоном». – Планы меняются. Гомес, высади меня на платформу, потом вместе с Максом постарайтесь найти способ остановить насосы.

– Будешь искать Линду? – спросил Хенли.

– В крайнем случае мы прыгнем оттуда, – заявил Хуан, понимая, что мысль рождена отчаянием и прыжок приведет к смерти обоих.

На лице Макса появилось озабоченное выражение, и Кабрильо понял, что Хенли тоже считает это глупым. Пожал плечами, взял портативную рацию, которую Макс достал из тайника под задним сиденьем. У Макса будет точно такая же.

– Не доставить ли с «Орегона» еще людей? – спросил Адамс, подняв вертолет над высящейся стороной платформы.

– Не хочу, чтобы он замедлял ход, – ответил Хуан.

Вертолет завис над посадочной площадкой. Кабрильо не стал терять время, нужное, чтобы выбрать место получше: расстегнул привязные ремни, распахнул дверцу и спрыгнул на площадку, находящуюся в метре под ним, поток воздуха от винта трепал его одежду и волосы. Вертолет отлетел к корме, где было достаточно места для безопасной посадки.

От приземления поврежденное плечо Хуана содрогнулось, и боль пронизала грудь. Он поморщился, потом перестал обращать на нее внимание.

На высоте, превышающей шестьдесят метров, крен, который они видели с вертолета, был заметнее, и Кабрильо вынужден был слегка наклониться, чтобы держаться на ногах. Он не представлял, сможет ли вовремя подойти «Орегон».

Он огляделся. Платформа определенно старая. Сквозь выцветшую шелушащуюся краску проступает ржавчина. Настилы в пятнах и вмятинах от оборудования, которое опускали беспечные крановщики. Брошенных принадлежностей очень мало. Хуан увидел большой ящик с девятиметровыми трубами, буровыми штангами: они свинчивались под мачтовым краном и использовались для бурения отверстий в земле. С буровой вышки промышленными кружевами свисали цепи. Для Хуана все это не представляло интереса, поскольку не указывало, что платформа покинута.

Кабрильо отправился в жилой блок – трехэтажный куб с деталями советского жилого дома. На первом ярусе были иллюминатор величиной с обеденную тарелку. Он осмотрел единственную стальную дверь. Похоже, она раньше запиралась на цепь – та все еще была продета через ручку, – но кольцо вырвано из косяка. Теперь ее удерживала в закрытом положении сварка. Хуан все-таки потянул дверь за ручку, но она не поддалась.

Пистолет он взял, так как шел на разведку. Стал искать что-нибудь, чем можно выбить окно. Через десять долгих минут нашел брошенную крышку от кислородного баллона. Она была величиной с грейпфрут и достаточно тяжелой, чтобы разбить стекло. Поскольку одна рука висела на перевязи, удар получился неточным, потребовалось три попытки, чтобы попасть по окну, и этот удар лишь оцарапал ударопрочную раму. Он воспользовался металлической крышкой как молотком и выбил стекло из рамы.

– Линда? – крикнул он в пустое помещение за стеклом. Он видел, что это передняя, где рабочие могли снять пропитанные нефтью комбинезоны, перед тем как разойтись по комнатам. – Линда?

Голос его не проникал сквозь металлические стены и закрытую дверь напротив. Он ревел. Орал. Гремел. Ответом было молчание.

– Линда!

Макс выскочил из вертолета, как только лыжи коснулись настила, и побежал, пригибаясь под вращающимися лопастями винта. Ему требовалось преодолеть расстояние, равное двум футбольным полям, чтобы достичь похожей на крепость надстройки. После первого десятка шагов он понял, что находится в плачевно скверной форме. Однако продолжал бежать, его толстые ноги двигались вверх-вниз, руки – взад-вперед. Позади него Гомес посадил вертолет и заглушил двигатель.