Ошибка Заклинателя - Стелла Вайнштейн

переманил трех девочек с благословения Диэр. Они держали в секрете своих поставщиков и прекрасно общались с покупателями. Братья освободили все свое время для того, чтобы строгать овощерезки, но вскоре спрос вырос настолько, что четырех пар рук стало недостаточно.

19.1

Эмма требовала подробных отчетов и методично все записывала. Сколько единиц продалось с каждого прилавка, где они были расположены, у какого продавца. Она посоветовала немного изменить дизайн и покрасить ручки в разные цвета, потом отслеживала результаты, чтобы понять, какой из них пришелся по душе жителям Яншо.

Эмма понимала, что успех овощерезки скорей всего краткосрочен. Братья объяснили, что в домах заклинателей домашняя работа выполнялась с помощью предметов обихода, созданных из Хуа. Люди ранга До стремились подражать высшему классу и очень любили разные технологические новинки, но подделка никогда не заменит настоящего, поэтому спрос на различные механизмы постоянно менялся.

Следующим шагом, они решили выпустить чайник с клапаном, который пищал, при закипании. Чайники в Ра производили вручную по секретной технологии из особой глины, которая не меняла вкус чая. Чайной церемонии придавалось большое значение, в тонкостях которых ни Эмма ни горцы не разбирались. В горах принято пить настой из трав, помогающих при недомогании от поднятия на высоту. Горцы были уверены, что их жестяной чайник не сравнится, с традиционным, зато его можно было ставить прямиком на жаровню, да и цена производства оказалась намного ниже обычных. Эмма предложила выпустить две отличные парти: одну простую по дешевой цене, и другую с завитушками и украшениями, идущую в комплекте шестеркой подходящих чашечек.

Постепенно, горцы перестали справляться с работой. Пришлось снимать помещения под фабрику и нанимать рабочих. Может, Эмма была слишком осторожна, но под ее руководством никто из посторонних не был осведомлен о всех стадиях производства. В каждом цехе, расположенном в разных концах Яншо, производили отдельную деталь. Горцы наблюдали за сборкой и проверяли качество. Вся информация стекалась к Эмме, как к пауку посреди сотканной паутины.

Она не покидала четырех стен крошечной комнаты. Ее единственное окошко занавесили так, чтобы ни один любопытный взгляд не мог проникнуть внутрь. Значки на бумаге, стали единственной связью с окружающим миром.

Раньше, к горцам захаживали соседи и друзья, но после появления Эммы, те закрыли двери дома. Сперва отговаривались сломанной рукой Эрика, затем пошатнувшимся здоровьем Бастинара, а потом знакомые сами поняли намек. Некоторые, не оставляли попыток сблизиться. Особенно усердствовал сосед по имени Яран, который украл дизайн часов. Он подозревал, что братья что-то скрывают, раз не появляются на базаре. Посоветовавшись, они и вправду решили, что лучше всего не привлекать к себе внимания и нанялись посыльными на свои же фабрики.

Жестяные чайники с завитушками, так и остались пылиться на складе, отвергнутые богатыми горожанками. Их окрестили безвкусицей. Зато, обычные свистящие чайники пошли на ура. Их очень любили самые бедные слои населения за то, что вода закипала быстро, а интересный звук привлекал внимание соседей и таким образом, почти каждая семья возжелала для каждодневного обихода певучую новинку.

Деньги текли полноводной рекой. Что интересно, горцы ни разу не усомнились в финансовых решениях Эммы, несмотря на то, что почти ничего не оставалось в карманах. Она без остановки покупала новые здания, проводила ремонт, заказывала сырье, частенько сидя допоздна над планами города и различными документами. Вернее, горцы как угорелые носились по поручениям Эммы в застиранной одежде с утра до ночи. Так как они не имели права совершать покупки, вскоре бывшие ночные бабочки стали владеть недвижимостью почти в каждом районе.

У каждого города, кроме официальной власти имеется и теневая сторона. Эмма отставила в сторону часть бюджета, чтобы договориться и умаслить преступную сторону. У горцев появился свой символ лотоса, рисуемый алой краской на балке над входом, который узнавали покупатели и не трогала “крыша”. Постепенно, это клеймо начало ставиться на каждый предмет их производства.

Получилось даже запустить систему покупок в рассрочку. Братьям не слишком нравилось отдавать дорогую и сложную в производстве жаровню за смехотворный мешочек медных монет и расписку, но они доверились суждению Эммы. Поначалу, некоторые покупатели не очень-то желали вносить вовремя платежи, но Дагеран создал довольно таки жесткую систему, где после двух напоминаний, жаровню забирали. Теперь каждый месяц тек стабильный поток доходов, позволявший планировать большие закупки.

19.2

Следующим пунктом в плане Эммы следовало исполнить мечту Урмана об эксклюзивном магазине, где будут продавать его любимые часы и другие диковинки. Проблема в том, что у дорогого заведения должно быть соответствующее лицо, а в их распоряжении в качестве продавцов были лишь бывшие проститутки да разнорабочие. У горцев никто из уважающих себя богачей или заклинателей ничего не покупал.

Тут, как по заказу, Урману попался несчастный голодный заклинатель по имени Гу Сьяо. После смерти матери, его притесняли домашние, а потом и вовсе выгнал на улицу первый отец, после уличении в краже и интриг против старшего брата. Гу Сьяо не выделялся способностями к управлению Хуа, его каллиграфия не отличалась изящностью, он отвратительно играл на суньми и не умел обращаться с мечом. В общем, он не обладал ни одним из талантов, которыми должен владеть заклинатель. Его детство было сытым и безоблачным под крылом третьего мужа матери, потакавшего любым прихотям Гу Сьяо. Таким образом он вырос совершенно бесполезным, с двумя страстями — первое, он обожал свой маленький садик с редкими растениями и экзотическими приправами, второе — еду во всех ее проявлениях, особенно — готовку.

Если бы Гу Сьяо не был заклинателем, то выглядел бы милым толстячком, так как служил главным дегустатором своих блюд. Магически одаренные невольно корректируют свою внешность при каждом взгляде в зеркало, поэтому небольшая пухлость осталась только в щечках Гу Сьяо. Он был невысокого роста, хорошо сложен, с чуть вьющимися волосами.

К сожалению, его погубило то, что он стал любимцем матери и она намеревалась оставить ему поместье в столице вместе с садом, выделив мужьям и старшему сыну загородную усадьбу. Мать стремилась оградить непутевого сына, но вышло совсем иначе — старший муж уничтожил завещание и затаил обиду на любимчика. Гу Сьяо проворонил то, что его нагло ограбили. Он слишком горевал по матери и третьему папе, которые не вернулись из увеселительной поездки.

Обычно второго ребенка отдают на воспитание второму мужу, но в их семье Арлань и мать не сильно ладили, поэтому второй отец тоже не слишком жаловал Гу Сьяо и во всех ссорах вставал на