Укус любви (СИ) - Лина Арвен

— Ну, в общем, ты понял. Ты меня не видел.

Каин поморщился от того, что отец обращался с ним по-прежнему, как с маленьким, и недовольно проводил его взглядом. Стоило ему скрыться в темноте, как недовольное потопывание мамы раздалось за спиной. Мальчонка, вздрогнув, спрятал меч позади себя, развернувшись к матери лицом.

— Привет, мам, — с глуповатой улыбкой сказал он, не зная куда деться.

— А где Кира?

— Это я у вас хотела спросить, — более сдержанным тоном ответила Елена, зная, что мальчик-то, ну в общем, не виноват… — Где твой отец? — спросила она, оглядывая площадку грозным взглядом. — Трус!!!

— А он… э… ну… Наверное, у себя… — промямлил Каин.

— Не выгораживай его!

Молодая женщина, мягко говоря, негодовала от того, что Деймон вот так вот прячется.

— Мам, он правда не знает, где он, как и я, — из тени вышла девочка-вампирша.

Ее длинные золотистые локоны, которые так резко контрастировали с вечно растрепанными черными волосами ее брата, постоянно напоминали Елене об Ирме. Зато глаза обоих детей были черными, как ночь, и лишь в солнечном свете можно было заметить их зеленый оттенок, передавшийся обоим от их матери. Сейчас именинники стояли, понурившись, перед матерью и боялись чем-либо еще разозлить ее.

— Позже поговорим, вас ждут, между прочим, а вы так легкомысленно отнеслись к этому празднику? Ладно, марш в комнату переодеваться!

Не сложно было понять, что и девочку папаша охотно обучал владению оружием.

— Мда, Деймон, ты не педагог… Ты педолог.

Детей как ветром сдуло. Но, однако, Елена не осталась одна — она даже вздрогнула от того, что нежные, но властные руки начали вдруг поглаживать заискивающе ее живот и бедра.

— Не сердись на них, — его голос сейчас был бархатистым, завораживающим и словно пленял ее.

— А я на них и не сержусь, Деймон! — Елена, несмотря на ласки, резко развернулась и продолжила словесную баталию. — Сколько можно раз тебе повторять! Что им еще рано!

— Да брось! Я в их возрасте уже в заданиях участвовал, — Деймон снова обнял ее и привлек к себе. — Они уже вполне взрослые и самостоятельные ребята.

Надеясь, что Елена забудет об этом инциденте, он начал жадно целовать ее.

— Деймон… нет… не сейчас… — молодая женщина пыталась сказать более связанно предложение, но получились слова в перерыве между его ненасытными поцелуями. — Твой отец… он… будет… Ну хватит, я сказала! — девушка отпихивала его слабо, словно капризный ребенок, которому сказали отказаться от того, чего он так хочет.

— М-м-м?

Деймон целовал ее лицо, губы, руки, шею, плечи — все, до чего мог сейчас добраться. Но и этого ему было мало. Повалив жену на траву, он похотливо на нее посмотрел и затем снова впился в ее губы, одновременно с тем, раздевая ее.

— Нет, только не здесь! С ума сошел?!

К девушке вернулся рассудок, так отчаянно хотевший помахать ей белым платочком.

— Нас никто не увидит, я все организовал, — шкодливо ответил Деймон, целуя ее грудь.

— Да не волнует меня, что ты там организовал! — отчаянно брыкалась девушка. — Только комната и точка!

— А, ну раз так, тогда ладно.

Он наскоро прикрыл ее наготу и, взяв на руки, словно она была пушинкой, понес в замок.

«И не нужно тратить время на уговаривания»

Деймон был сейчас похож на сладкоежку, которому подарили целую гору конфет. Как только он поставил Елену на ноги и закрыл двери поплотнее, заметив в коридоре рыжую хаски, недобро на него поглядывавшую, каждый из этой парочки вампиров буквально набросился друг на друга, словно они вступили в какое-то безумное сражение, но…c улыбкой. Оба безудержно срывали друг с друга одежду, и, казалось, они забыли про то, что должен был вот-вот начаться бал, на котором будет сам король… Даже это их не останавливало. Деймон еще немного поругался, потому что никак не мог расстегнуть лифчик и в итоге раздался треск белья, уже настолько привычный для Елены, что она даже сердиться не стала. Единственное, что он пожалел, так это ее трусики, которые в последствии снял кончиками своих клыков — даже после этого с губ Елены сорвался стон. Принц порезал ее кожу своими белоснежными зубками, а затем зализал свои следы, осторожно и медленно, словно растягивая удовольствие.

Да, прошло немало времени и еще десять лет назад, когда она боялась его чрезмерной близости, он, поняв это, словно стал приручать ее заново и пытаться показать, что больше он так, как тогда, никогда не поступит.

Они так и не дошли до кровати. Елена оказалась прижатой к стене и полностью держалась за него, обхватив ногами его бедра. Деймон был нежен с ней, в какой-то мере даже, можно сказать, уважителен, но при этом, он умудрялся получать от Елены все, что хотел. Он понял все свои ошибки прошлого, и теперь эта девушка, которая занимала все его мысли, наконец, принимала его, отвечала ему и ни капли не сдерживала свою страсть, которую питала лишь к нему одному. Было так странно. Прошло много времени, но Деймон до сих пор трепетал от ее нежных прикосновений, до сих пор чувствовал необъятное притяжение к ней. Он по-прежнему считал ее своим наркотиком и, как и раньше, не мог с этим ничего поделать. Елена укусила его за губу до крови, а затем сама же, словно извиняясь, кончиком языка нежно проводила по дорожке крови…

— Потом…будет очень плохо… — прошептала она, целуя его скулы, подбородок, нос, и Деймон понимал, кого она имела в виду.

— Ну, это будет потом, а сейчас…

Легкое резкое движение и девушка не смогла сдержать громкого стона, от нахлынувшего на нее наслаждения. Им повезло, что детей не было рядом… Да и то, не факт. От наслаждения она прикусила нижнюю губу и прикрыла глаза. Еще один дикий стон вперемешку с вскриком. Девушка терлась о его щеку своей, попеременно покусывала его скулы и возвращалась к губам.

— А ты точно…м-м-м… уверен, что они пошли, — судорожный вдох, — готовиться к балу?

— Кто? — выдохнул Деймон, полностью погрузившийся в наслаждение и отключивший все мозги.

Его поцелуи были обжигающими, как и прикосновения. Как и прежде, даже от его дыхания Елена сходила с ума — трепет охватывал ее вместе с безудержным желанием, которое он никак не мог утолить. Но и девушка не могла остудить пыл принца за все эти годы. Они любили друг друга, несмотря ни на что, даже не признаваясь в этом друг другу. Ведь главное — это чувства и поступки, а не пустые слова.

Елена, громко вскрикнув