Укус любви (СИ) - Лина Арвен

что-то рассказать. Я надеюсь, ты не так низко пал, — тут Елена отложила последнюю вымытую кружку и, вытирая руки, задала вопрос, так долго мучавший ее, — Как ты вообще сюда смог попасть?!

— Меня привели.

Деймону вдруг стало весело. Не говорить же ей, что его привел какой-то дух?

— Интересно знать кто?! И ответь мне на еще один вопрос: зачем мне идти с тобой?

— Это допрос? А сама не можешь догадаться? — с усмешкой спросил он.

— Нет, не могу, я хочу это услышать от тебя.

— Зачем?

— Чтобы разобраться в себе, — Елена впервые за все время была честна не только с ним, но и с собой, — Мне надоели твои издевательские улыбки, вранье и эта…похоть! — последнее она вспоминала с нескрываемыми отвращением и страхом, — Надоела эта игра. Так что… Я не так уж много раз просила тебя о чем-либо… Попрошу сейчас, — она смотрела ему прямо в глаза, — Можешь хоть на этот момент быть честным?

Деймон нахмурился и, сев на кровати, жестом подозвал Елену к себе.

— Я буду честным лишь с тем, кто никогда меня не предаст.

Девушка подошла чуть ближе, но садиться рядом не стала. В ее взгляде был немой вопрос:

«Разве я тебя предавала, что ты так со мной поступил?»

— Ты хочешь, чтобы не было усмешек? Только скучной правды, которая относительна, и никому не нужных ветреных слов о любви? — напрямую спросил Деймон,

— Извини, я не такой. Я никогда не признаю любовь, которую ты во мне ищешь, Елена. Только то, что ты для меня наркотик, я еще могу понять.

— Значит, нам не о чем говорить, — Елена развернулась и пошла к лестнице, ведущей на второй этаж, напоследок бросив, — Не думаю, что доверие, верность и любовь — скучная правда.

Девушка ушла, но Деймону не нравилась такая концовка разговора.

— Елена! — снова приказной тон, — Ты, как никто другой, должна понимать, что все это — вещи, которые не имеют под собой твердой опоры, — говорил он, идя за девушкой.

Елену, откровенно говоря, вывело то, что даже сейчас, когда он объяснил его отношение ко всему, идет и навязывает свое мнение. Девушка резко остановилась и развернулась.

— Да, Деймон. Это вещи, которые не имеют под собой твердой опоры, но только рядом с тобой! — твердо и резко сказала она, — Я тебе уже говорила о том, чего хочу больше всего. И того же хочу для ребенка.

— Хорошо, — снова усмешка, но затем более серьезное выражение лица, — Я дам тебе то, что ты хочешь, но потом ты сама убедишься, что это бесполезная трата времени.

— Мне не нужно делать одолжений! Уйди и оставь меня в покое! — повысила голос Елена, отталкивая его. Деймон перехватил ее руки и притянул к себе:

— Я не уйду. Я слишком долго был без тебя. Но тебе на это плевать. Именно поэтому я не буду честным с тобой.

— В этом виноват ты сам! — девушку снова начало трясти при воспоминании о той ночи.

— Возможно. Но это лишний раз подтверждает, что слова о том, что я тебе был нужен — всего лишь слова.

— Как я могла остаться… Если тебе плевать на все… Да, я тоже виновата. Стала верить и надеяться, — говорила она почти срывающимся голосом, — Но я ошиблась, Деймон, — последнее она сказала более уверенно.

— Я правильно понял, что всего лишь из-за того, что я не произнес вслух то, что ты хочешь, ты хоронишь свои чувства ко мне?

— Да не нужны мне слова! Кретин!! Дал бы ты хоть чем-нибудь понять, что ты… — она не договорила предложение, словно все равно все было напрасно, — Я бы приняла тебя таким, каков ты есть… Но ты… — она говорила все тише, словно легче воспринимая все то, что было. Она выговорилась, она приняла и поняла все, и стало легче, — А теперь, — вдруг, как ни в чем не бывало, продолжила она, — Теперь все ясно. Отпусти. Пожалуйста, — с толикой равнодушия попросила девушка.

Эта ее перемена показалась ему такой страшной. Да. Елена изменилась. Она больше не была той дампиркой, которая была готова принять любое незаслуженное наказание и делала все, что прикажут. Нет. Она больше не была той девочкой, которая чувствовала себя виноватой, оказавшись волей случая свидетельницей сцен в комнате Деймона с эротическими наклонностями. Нет. Теперь он видел в ней мудрую девушку, которая знала чего хочет. Теперь он видел и понимал, что у нее есть стержень внутри. Тот самый, который позволил ей все стерпеть и пережить.

Деймон наблюдал за ней, держа ее за руки и, наконец, он все понял. Медленно отпустив ее, он развернулся и пошел к входной двери.

— Завтра я забираю тебя, — сказал он, не оборачиваясь, — с собой в замок, — строгий и одновременно с тем печальный голос, — Прости, — услышала Елена прежде, чем он хлопнул дверью.

Его широкая спина, черные растрепанные волосы, чарующий голос, изредка ласковые руки — это все в прошлом. Стало легче, и, почему-то, потом ей стало больно. Она снова потерялась в бесчисленных коридорах. Вновь и вновь… А что было бы, если бы она пошла с ним? Опять черный лабиринт. Все, что ее ждет с ним? Наверное…

Она сидела на кровати, где недавно лежал он. Повернула голову, посмотрела на помятые подушки. Положила на них ладонь… Его тепло, запах все еще были здесь… Девушка даже не замечала мокрые дорожки от слез, которые никак не хотели высыхать.

— Почему мне так плохо? — спросила она себя вслух, но ее голос заглушили возобновившиеся звуки падающих капель.

Деймон, выйдя на улицу, попал под дождь, который снова начался. Подставив стихии свое лицо, парень стоял и просто думал, что теперь… Ее слова задели его, и он понял, что как раньше уже ничего не будет. Вскоре он станет отцом. Сейчас, уже, он начал меняться. Он начал думать о ком-то, кроме себя, и этот кто-то — девушка, которая готова возненавидеть его. Но она незаменима. Двое… Абсолютно разные и ничем не похожие. Они не знают, насколько тесно связала их судьба. Или же просто не хотят знать. Да, все это еще можно разрушить, разорвать, но хотят ли они этого?

«Уже подсознательно я хочу к нему…»

— Пойти с ним по своей воле? — спросила, вдруг, Елена саму себя.

«Почему искал? Как сумел сюда попасть? Почему ты все это делаешь? При всем этом просто не может быть так, чтобы тебе было все равно…» — с каждым новым словом девушка все сильнее хотела пойти к нему сама. Вернуться. Разве она виновата в том, что случилось? И…то