Волчица и пряности - Том 2 - Исуна Хасэкура

Лоуренс, однако, был не в силах ни восхвалить невероятные способности Хоро, ни возблагодарить ее за спасение.

Глаза Хоро, обычно янтарные с красноватым отливом, сейчас горели рубиновым пламенем.

Выглядела она устрашающе; воистину то была сама волчица Хоро Мудрая.

- Люди тоже.

Ее холодный голос напомнил Лоуренсу тот раз, когда он впервые увидел ее истинное обличье.

- Ну и юнцы нынче, должна сказать.

Какое-то мгновение Лоуренс не понимал, о чем это она, но внезапно все встало на места.

Близкая угроза миновала, но Нора не могла понять почему; лицо ее было полно сомнения. Однако времени размышлять не было. Готовый встретить все, что им суждено, Энек без устали выполнял команды, которыми сыпала его хозяйка.

Либерт отчаянно цеплялся за лошадь, изо всех сил пытаясь не выронить золото.

Если они продолжат двигаться так быстро, уже к закату лес останется позади.

И чтобы уйти от грозящей им опасности, они просто обязаны были попытаться.

Как вдруг – прозвучало это.

Сперва это казалось чем-то похожим на дуновение ветра – тихий шелест; словно ледяную морось разом сдуло обратно в небо.

Но вскоре стало ясно, что это очень странный ветер.

От обычного ветра не пробирает таким ледяным ужасом.

И сразу следом раздался звук.

Невероятный рев, от которого, казалось, содрогался сам лес, ударил по ушам.

- !..

Рев был такой силы, что дыхание беглецов едва не остановилось.

Лошади замерли. Овцы замерли. Даже бесстрашный пастуший пес застыл на месте.

Кошмарный рык пригвоздил к земле всех.

Они стояли, точно статуи, и всматривались в глубь чащи.

- Послушай, - тихо сказала Хоро Лоуренсу. Сейчас тишина стояла полнейшая, нарушал ее лишь шум дождя. – Этим должна заняться я. Я отправлю девочку и юнца вперед, а ты должен будешь остаться со мной ненадолго.

- Чт... почему?

Нора и Либерт, похоже, не заметили этого обмена фразами; они по-прежнему стояли столбом, вперившись глазами в чащу леса.

Нет, «не заметили» - это не то.

Они сейчас были словно птички, загнанные охотничьим псом: даже когда охотник уже заносит руку для удара, птичка не может улететь.

Они были просто не в силах отвести глаз от леса.

- Потому что там, в лесу – не обычный волк. Ты ведь понимаешь, да?

Хоро медленно отвернулась от леса и посмотрела на Лоуренса.

От ее взгляда у него разом ослабли ноги.

Слово «недовольство» к выражению ее лица не подходило; глаза ее горели такой яростью, что Лоуренс подивился, не выплеснется ли эта ярость на камни у них под ногами.

- Если я ими займусь, стая отвяжется от овец. Им нужны не овцы.

Она снова повернулась в сторону леса.

- Такая дешевая похвальба. Такая неприкрытая гордыня. Все это свойственно юности, я полагаю.

Лоуренс по-прежнему удерживал Хоро руками, и сейчас ему показалось, что она увеличилась в размере.

Не сразу он сообразил, что это просто хвост Хоро под балахоном хлещет из стороны в сторону.

- Давай же! Они не двинутся с места, пока ты им не скажешь. Мы ведь партнеры – а партнеры должны действовать вместе, верно?

Выражение лица Хоро внезапно смягчилось, и Лоуренс вдруг обнаружил, что кивнул в ответ.

Он был торговцем, почти беспомощным во всем, что не относилось к торговле.

Что до Хоро – никто на свете не знал о волках больше, чем она.

- Здесь мы разделимся. Вы двое – берите золото и идите вперед, как решили!

Лоуренс не собирался кричать, но Нора и Либерт вздрогнули, выйдя из ступора, словно внезапно услышали голос посреди глухой ночи.

Они не возражали. В подобных ситуациях пожертвовать более слабыми, оставив их позади, и тем самым спасти более сильных было вполне обычным делом.

Но все же они глядели на него вопросительно. «Это вправду нормально?» - спрашивали их глаза.

На то, что годилось для банды закаленных наемников, было непросто решиться обычным путешественникам.

- Встретимся у стен Рубинхейгена. И мы все будем богаты!

Конечно же, Хоро совершенно не собиралась жертвовать собой, но Либерт и Нора этого не знали. В то же время объяснить свои намерения она никак не могла, так что просто произнесла эту фразу и улыбнулась.

Она хорошо знала человеческую природу. Люди не позволят пропасть зря самопожертвованию того, кто глядит в глаза почти неминуемой гибели с улыбкой на устах. Хитроумная волчица умело этим воспользовалась.

Либерт кивнул первым, Нора за ним.

Нора взмахнула посохом, и время побежало снова.

- Да будет с вами удача, - произнес Либерт. Нора одарила Хоро взглядом, который был красноречивее слов, и отвернулась. Услышав дробный топот кинувшихся бежать овец, Либерт последовал за стадом.

Проводив их взглядом, Хоро повернулась к Лоуренсу.

- Ты должен держаться подальше. Если ты будешь рядом, это может плохо кончиться. Ты ведь понимаешь, я знаю.

Вместо ответа Лоуренс взял ладонь Хоро в свою, прежде чем волчица соскользнула с коня.

- Я не дам тебе проиграть, - вымолвил он.

Ладошка была неожиданно горячей, и Хоро пожала его руку в ответ.

- Будь ты нормальным самцом, я бы получила хотя бы поцелуй за свои труды.

Хоро ухмыльнулась, но тут же лицо ее вновь посерьезнело, и она соскочила наземь.

- А, вот еще. Возьми вот это, - с этими словами она развязала пояс и одним движением стянула с себя балахон.

Взору Лоуренса разом предстали струящиеся русые волосы, заостренные уши, пушистый волчий хвост.

А также мешочек с пшеницей, лениво покачивающийся у Хоро на груди.

- Я надеюсь, что все пройдет мирно, но не могу знать, что может случиться. Когда мы снова встретимся, если я буду нагишом, то мне будет холодно, да и тебе неловко, мне почему-то кажется, - с улыбкой произнесла она и вновь повернулась к лесу.

Ее хвост распушился, точно у него ударила молния.

Лоуренс не знал, что сказать.

В конце концов рот его исторг лишь краткое: «Ну, до встречи».

Не дожидаясь ответа, он пришпорил коня.

Если бы он сказал, что не хочет остаться там, - это была бы ложь.

Но чего бы он добился, оставшись? Лоуренс знал, каково истинное обличье Хоро. Даже если ее загонят в угол наемники или разбойники, она все равно сможет уйти невредимой.

Лоуренс начал подгонять лошадь. Дождь усилился.

Кожа на лице его натянулась, и явно не только от холода.

Впервые в жизни он пожалел, что не был рожден рыцарем.

Похоже, Нора и Либерт за это короткое время успели уйти довольно далеко. Лоуренс сделал что ему было сказано – пустил лошадь в галоп, чтобы отъехать от Хоро как можно дальше; но даже при столь быстрой езде ему не удавалось углядеть впереди ни Нору, ни Либерта.