Смертельный гамбит - Уильям Форсчен

Он церемонно кивнул всем присутствующим и прошел к месту председателя. Далеко не на всех лицах, обращенных к нему, читалось недовольство; некоторые даже были рады его появлению, и в конце концов один из гафов нарушил молчание.

— Если первые три наказания для нас неприемлемы, то четвертым должна быть игра! — возбужденно воскликнул Ярвин.

— Игра? — переспросил Зола. Его гнев мгновенно улетучился. — Я даже не надеялся, что когда-нибудь еще приму участие в игре. Черт возьми, ксарн, давай рассказывай, что ты задумал!

— А какого еще решения вы ждали, джентльмены? — невозмутимо произнес Элдин.

Приблизившись к столу, он наполнил бокал из графина с вином, стоявшего на том конце, где сидели гаварниане. Это оказался их чертов мускатель, но, осушив бокал до дна, Элдин с довольным видом подмигнул гаварнианам, словно только что отведал самый изысканный напиток во всем Облаке.

— Мы с Элдином пока не обсуждали детали, — произнес ксарн, смерив бывшего васбу налитым желчью взглядом. — Но позвольте мне представить других участников предстоящей игры.

Большая дверь в противоположном конце зала скользнула в сторону, открыв взорам всех двух представительных мужчин, возбужденно выкрикивающих друг другу в лицо самые грязные оскорбления.

— Лживые ублюдки! — проревел Вул и, сорвавшись со своего места, бросился к двери, а секундой позже за ним последовала половина кохов, собравшихся в зале, в то время как более спокойные пытались удержать своих товарищей.

Двое мужчин в дверном проеме наконец заметили разъяренную толпу и, на время отложив свой спор, попытались отступить. Всеобщее столпотворение прекратилось, только когда ксарн призвал на помощь дюжину своих соплеменников, которые уговорами и угрозами заставили кохов вернуться на места. Во время этой шумной сцены Элдин, увидев, кто стоит в дверях, попытался незаметно ускользнуть из зала, но его остановили и вернули назад. Он долго пытался укрыться от гнева Корбина Габлоны и вот все же встретился с ним лицом к лицу, а заодно и с Сигмой Азерматти, который все еще был должен Элдину значительные комиссионные и часть состояния, отнятого у Габлоны.

— Я вижу, вам удалось поймать мошенника, по чьей вине возникли все проблемы! — воскликнул Габлона, ворвавшись в комнату и указывая пальцем на Элдина.

Это замечание вызвало новый взрыв эмоций среди собравшихся кохов, и прошло еще несколько минут, прежде чем председательствующий ксарн вернул внимание аудитории к первоначально затронутой им теме.

— Братья кохи! Главная цель нашей конференции — заложить фундамент для возмещения ущерба, нанесенного в последней игре многим из вас махинациями этой троицы.

Обвиняемые попытались возразить.

— Заткнитесь! — грозно проревел ксарн. Заметно побледнев, трое обвиняемых погрузились в молчание.

— Так-то лучше, — удовлетворенно произнес ксарн. Он вытер рот и продолжал:

— Все собравшиеся здесь, разумеется, доверяют друг другу, за исключением некоторых личностей, — он кивнул в сторону провинившихся. — Но я думаю, все понимают, потребуется по меньшей мере несколько месяцев для того, чтобы было достигнуто окончательное согласие между юристами и бухгалтерами, представляющими различные консорциумы. И поскольку речь идет о значительной части вашего состояния, полагаю, все вы уже смирились с необходимостью томиться здесь, пока будет проходить ревизия.

Аудитория дружно застонала. Придется отложить поездки в увеселительные миры, и эта мысль приводила кохов в отчаяние. Планета Атор с ее многочисленными финансовыми учреждениями была самым подходящим местом для проведения конференции, но она также имела репутацию самого скучного места во всем Облаке, поскольку ее население составляли в основном банкиры, бухгалтеры, биржевые брокеры и все те, кто им служит. В вопросах, касающихся развлечений, жители Агора не отличались богатым воображением.

— И я подумал, — продолжал ксарн, — что, застряв поневоле на этой тоскливой планете, мы все же имеем хорошую возможность упаковать сразу несколько проблем в один аккуратный сверток и заодно устроить для себя небольшое развлечение.

— Какого рода игру ты хочешь предложить? — спросил Зола.

— Мы пришли к единодушному согласию, что первые три способа наказать провинившихся даже не подлежат обсуждению, — ответил ксарн, — и поэтому я предлагаю организовать с их участием игру, способную помочь нам разрешить возникший по их вине кризис.

— Я протестую! — вмешался Сигма. — Никто не спрашивал моего согласия. Твои приспешники похитили меня, прервав мой уединенный отдых, и, делая инъекции снотворного, доставили сюда против моей воли.

— Если бы мы тебя не нашли, с тобой могло произойти кое-что и похуже, — заявил ксарн. — Позднее мы можем показать тебе документы, из которых видно, что Габлона направил к твоей планете целый грузовой корабль, до отказа набитый убийцами-андроидами, готовыми к высадке.

Ошеломленный услышанным, Сигма недоверчиво посмотрел на старого соперника по бизнесу. Габлона ответил ему слабой улыбкой.

— Давай все-таки выслушаем твое предложение, — сказал Сигма, переводя взгляд на ксарна.

— Условия игры будут достаточно простыми. Я предлагаю на весь период ревизии высадить наших давних друзей Габлону и Сигму на малонаселенную варварскую планету. Мы позволим каждому из них захватить с собой пятьдесят телохранителей по их собственному выбору, но с условием — они должны быть живыми существами. Как только закончится последняя бухгалтерская операция, игра будет объявлена завершенной. Скоро станет ясно, сколько времени потребуется, чтобы завершить бумажную работу, связанную с игрой Александра, и у нас появится возможность заранее установить дату окончания предстоящей игры. Какие бы действия в отношении друг друга вы ни предпринимали, находясь на варварской планете, нас это устроит в любом случае. Заключайте перемирие, если хотите, или убейте друг друга, нам все равно. Делая ставки на окончательный исход вашего противостояния, мы сможем приятно провести время.

В зале на некоторое время воцарилось молчание, но затем смысл предложения ксарна дошел до присутствующих.

— Да ведь это настоящий гладиаторский поединок! — радостно воскликнул Зола. — Они получат возможность делать все, что им заблагорассудится, находясь в полной изоляции от цивилизованного мира.

— Совершенно верно!

Габлона и Сигма обменялись злобными взглядами. Их взаимная ненависть вытеснила все остальные чувства. Повернувшись к ксарну, они в знак согласия кивнули головами.

— Но есть еще один момент, — продолжил ксарн. — Нас всех беспокоит высокая стоимость работы арбитражного совета — окончательная сумма затрат выльется в биллионы катар. Поэтому я предлагаю: в том случае, если Габлона или Сигма погибнут, состояние проигравшего пойдет на покрытие наших издержек.

— Отличная идея! — воскликнул Зола, и все собравшиеся оживленными возгласами выразили свое одобрение.

Последнее предложение несколько умерило первоначальный энтузиазм обоих кохов, но, быстро проанализировав последствия, они решили, что тот, кому придется платить, все равно не почувствует потери.

— Так, значит, все согласны? — спросил ксарн. Ответом ему был дружный рев.

— И наконец последнее замечание, — сказал ксарн. — Элдин Ларис тоже примет участие в игре.

На мгновение в зале повисла тишина. Все-таки Элдин не принадлежал к сословию кохов, и некоторые из присутствующих задумались, правильно ли будет предоставить возможность обычному слуге убить одного из кохов.

— Мне это подходит, — сказал Габлона и, приблизившись к Элдину, ткнул его пальцем в живот. — Он будет мертв в течение десяти дней.

— Ты готов сделать на это ставку? — поинтересовался Букха.

— Десять миллионов катар, — с готовностью выкрикнул Габлона.

— Принято.

Собравшиеся в зале кохи принялись заключать между собой пари, и на несколько минут все другие проблемы были полностью позабыты. Те из кохов, которые всего лишь несколько часов назад клялись собственноручно убить Габлону при первой встрече, теперь обсуждали с ним условия пари и чокались бокалами с бренди.

Ксарн посмотрел на Букху, и они обменялись между собой короткими кивками. Проблемы, связанные с бесчисленными разногласиями между кохами, были, по крайней мере на время, отодвинуты в сторону. Новое развлечение их объединило, и сейчас все их воображение было занято предстоящей игрой, а не тем, как пролить кровь собратьев кохов.

— У меня есть несколько вопросов, — сказал Элдин. Его голос прорвался сквозь шум общей беседы, и

комната снова погрузилась в молчание.

— У тебя есть полное право их задать, — ответил ксарн, предчувствовавший, что именно Элдин первым захочет узнать детали.