Кинжал убийцы - Джульет Маккенна

Улучив момент, я с силой бросила камень. Он угодил как раз в руку с ножом. Это дало Глейну мгновение, чтобы собрать слабеющие силы и натянутые нервы. Удар его кулака по голове наемника был отчетливо слышен в общем гаме, и я поморщилась.

Но тут Глейну не повезло. Он бросил Тейви прямо на Пейта. Потасовки со всех сторон временно отогнали высокого наемника от Деглейна. Взбешенный, Пейт повернулся: кто это бросил дружка к его ногам?

— Дерешься за честь сестры? — Пейт искоса посмотрел на парня, хищная улыбка изогнула его губы. — Зря стараешься!

— Только дотронься до Катрис своей грязной рукой, и я ее отрежу. — У Глейна предательски дрогнул голос, выдавая его молодость. Юный и глупый, парень не понимал опасности, когда вытащил свой рабочий нож. Пейт отступил, но недалеко. Он лишь подобрал более длинный, более острый кинжал, выроненный Тейви.

— Вот что я скажу тебе, мальчишка. Сперва я вобью в тебя капельку смирения, а потом насажу на вертел твой безволосый зад и посмотрю, кто из вас лучше, ты или твоя сестра.

Я знала, что вкусы Пейта не распространяются на мальчишек, но эта угроза смутила Глейна, как того и хотел наемник. Слегка согнув колени, он принял стойку опытного бойца. Парень стоял спиной ко мне, и я видела, как дрожит его рука. Но наш забор препятствовал дальнейшему отступлению. Глейн попытался бочком отойти. Пейт бросился вперед, и я сделала свой ход.

Вода из моего ведра угодила наемнику прямо в лицо. Задохнувшись от холода и шока, он резко вскрикнул, и все испуганно застыли. Первый прилив боевого энтузиазма быстро проходил.

— Глейн! — рявкнула я. — Убери нож и иди домой.

Хорошо воспитанный парень, привыкший повиноваться старшему женскому голосу, он пустился наутек, пока не вспомнил о своем мужском долге. И тогда он вернулся и спрятался за Деглейном.

Отлепив с глаз промокшие волосы, Пейт обнаружил, что остался без противника. Злобно хмурясь, он повернулся ко мне.

— Ливак! Ах ты, зараза!

— И тебе доброе утро, — улыбнулась я. — Вижу, ты еще не мылся, вот я и решила избавить тебя от хлопот самому идти за водой.

Пейт угрожающе ткнул в меня пальцем.

— Я устрою тебе хлопоты, швабра рыжая.

— Это вряд ли, — заверила я наемника, все еще улыбаясь. Забор достаточно высок, и, чтобы до меня добраться, Пейту придется его перепрыгнуть. А я буду в доме и запру дверь на засов прежде, чем он поставит ногу на частокол.

— Кто меня остановит? — Пейт грозно шагнул ко мне. Остальные бросили драку, чтобы наблюдать за новым развлечением. — Где твой мужик? Почему бы мне не порвать твою рубаху, чтобы знала — твое место на спине с поднятыми пятками?

— Только дотронься до нее, и будешь жрать свои яйца, — зарычал Деглейн, но дружки Пейта образовали прочную преграду между ним и мной.

Я посмотрела мимо этого ублюдка и улыбнулась.

— Спасибо, Дег, но Пейт сейчас узнает, что рост не имеет значения.

Пейт изобразил отвратительную ухмылку. Он возвышался надо мной больше чем на голову и прекрасно это осознавал.

— Очень даже имеет, грязная шлюха, и ты в этом сейчас убедишься.

Я с притворным разочарованием покачала головой.

— Когда же ты наконец усвоишь, Пейт?

Теперь ему оставался один большой шаг до ограды, и лицо у него стало напряженным, как у лисы, завидевшей мышь.

— Усвою что?

Я сделала шаг назад, вынуждая его подходить.

— Что женщины хороши не только для облегчения зуда в твоих штанах. Мы можем за себя постоять.

— Ты ставишь на себя против меня? — Наемник хохотнул. — Я сорву куш!

И тут Хэлис сильно ударила его по затылку. Прежде чем Пейт успел прийти в себя и замахнуться ножом, она одной рукой схватила его гладкие черные волосы и запрокинула ему голову, а другой сдавила горло. Будучи одного с ним роста и шире в плечах, моя подруга без труда удерживала мерзавца.

— Нет, но я поставлю на Хэлис против тебя в любой день от Солнцестояния до Равноденствия, — сказала я Пейту.

Ярость в его глазах угасла до мгновения паники, а затем до горькой пустоты, по мере того как Хэлис продолжала его душить. Запыхавшийся внук Зигриды стоял позади нее, широко открыв глаза, и я подмигнула ребенку. Он засмущался и побежал обратно к бабуле.

Хэлис бросила вялое, бесчувственное тело на землю.

— Оттащите его в кровать, а когда очнется — если очнется — пусть придет ко мне за наказанием. — Она повернулась и сердитым взглядом обвела толпу наемников. Все потупились, не смея бросить вызов ее авторитету. — Когда оттащите его, спускайтесь к реке и скажите Минейру, что я вас послала. Если вы не знаете, как убить время, и тратите его на эти глупости, то он найдет вам применение. Шевелитесь!

Подгоняемые ее словами, наемники торопливо удалились. Пейта унесли два его дружка.

Хэлис обратила испепеляющий взгляд на колонистов.

— А вам что, нечего делать? — Она подобрала упавший кинжал Пейта и кинула его мне.

Я поймала кинжал и лениво подбросила несколько раз. Это должно напомнить людям, что я не какая-то бесцветная малявка, которую Райшед держит только для того, чтобы согревала его простыни. Все мигом вспомнили про кучу срочных дел и тут же испарились.

— Хэлис… — Деглейн шагнул вперед, потирая содранный кулак, на руке ясно отпечатались следы зубов. Глейн болтался позади него, на щеке и лбу темнели синяки.

— Тобой я займусь позже, — с угрозой пообещала моя подруга, удерживая взгляд Дега, пока наемник не отвернулся. Расправив плечи, он повел Глейна к своему дому, где на пороге ждала Катрис, прижимая желтую шаль к заплаканному лицу.

Хэлис провела широкой ладонью по русым волосам, которые она стригла так же коротко, как все солдаты. Теперь, когда на виду осталась только я, ее лицо с грубыми чертами стало добродушным.

— Раз уж я здесь, можно и пообедать. А пока мы едим, ты расскажешь мне, из-за чего разгорелся этот сыр-бор.

Островной город Хадрумал

15-е поствесны

— Думаешь, между наемниками и колонистами часто бывают такие стычки?

Это говорил молодой, жилистый мужчина с задумчивыми карими глазами и рыжеватой бородкой. Его редкие песочные волосы были подстрижены так коротко, что казались почти невидимыми. Он слишком рано начал лысеть, ибо был почти одних лет со своим спутником, который все еще мог похвастаться гривой черных волос. Довольно длинные, они бы рассыпались по плечам, если развязать кожаный шнурок, удерживающий их сзади. Оба спутника были сухощавы, но на этом сходство между ними кончалось. У темноволосого лицо имело желтоватый цвет, и он был заметно выше приятеля, на белокожем лице которого стали видны веснушки, когда мужчины вышли из тени дверного проема на утреннее солнце.