Русские масоны. От Романовых до Березовского - Олег Соловьёв

Все адепты исповедовали христианство и не допускали к себе иудеев, магометан, язычников, атеистов. Почитая главными символами веру в Бога и бессмертие души, они усматривали такового в Великом Архитекторе Вселенной, некоем Высшем разуме. В обрядовых действиях часто использовались сюжеты Ветхого Завета в оригинальных трактовках, что служило противникам для обвинений членов братств в богохульстве, сатанизме, иудаизме и позднее сионизме. Почему-то целиком игнорировался факт принадлежности священного текста к Библии, где он составляет ее первую часть, за которой следует Новый Запет. Во время заседаний лож Библия клалась раскрытой на почетном месте. К тому же масонство ни в коей мере не претендует на роль религии или на ее замену, резирвируя за собой право использовать религиоз ные постулаты в собствешюй трактовке, т.е. следовать духу Хри (та во внецерковной обстановке.

Вследствие острых социальных, политических и религиозных потрясений, вытеснения католицизма протестантизмом в форме англиканства на Британских островах прекратилось строительство дворцов, соборов, рыцарских замков. Ложи стали постепенно наполняться представителями либеральных профессий, дворянства, купечества, духовенства, превращаясь в подходящее место для взаимного общения и самовыражения, некие подобия клубов, куда влекли и таинственные церемонии. Христиане только мужского пола, люди преимущественно добродетельные и высокоморальные, вытеснили со временем профессиональных строителей при сохранении символических отображений их ремесла. Так появилось масонство умозрительное, духовное, иногда не правильно именуемое при переводе на русский язык «спекулятивным». В день Св. Иоанна Крестителя, высокого масонского покровителя, 24 июня 1717 г. четыре братства образовали административный центр — Великую Ложу Англии под началом дворянина Э. Сейера и его заместителя плотника Дж. Лемболла. Их не ^медлили сменить в должностях знатные графы и нринцм, королевские отпрыски. Они-то и трансформировали действующие ассоциации в Орден «вольных каменщиков», существующий по сей день.

Дабы придать обществу надлежащие идеологические, юридические и организационные формы, руководители предложили апг-даканскому пастору Дж. Андерсону (1684—1739) написать, согласно древним преданиям и традициям каменщиков, своего рода устав, получивший не совсем точное наименование «Книги конституций». Раскроем третье, 1756 года, ее издание в хорошо сохранившемся кожаном переплете с указанием на принадлежность «старинному благородному обществу свободных и принятых масонов»2. В пространном историческом введении, охватывающем период от библейского сотворения мира до выхода произведения в свет, происхождение Ордена отнесено к незапамя'гным временам появления Святош Писания, а эволюция — к этапам развития строительною дела. Божественное перекликается здесь с чисто земным, включая влияние на жизнь человеческую в духе честности, добра и справедливости. Вначале подчеркивается происхождение мира из хаоса по воле Бога. «Всемогущий архитектор не только начертал план в мировом масштабе, но и вдохнул жизнь во все сущее в определенном виде и обрамлении». Затем он произвел на свет первою человека — Адама — по образу своему и с сердцем, пронизанным геометрической наукой. В свою очередь Адам обучил свое нотом(ггво геометрии для обязательного применения в любых ремеслах (с. 4—5).

Под архитектором подразумевался древнеиудейский бог Яхве (Иегова), почитаемый христианами как Бог-отец. Отмечается также, что «Бог Иисус Христос был распят на кресте» но распоряжению римского правителя Понтия Пилата, но воскрес на третий день «для спасения всех верянщх в него». Более о нем ничего не говорится, видимо, во избежание повторения содержания Нового Завета Библии, который масоны считали божественным откровением. Главная часть книга начинается разделом «Относительно Бога и религии», подчеркивающим: «Само призвание обязывает каменщика повиноваться нравственному закону и, если он правильно понимает искусство, из него не получится ни тупоумный атеист, ни неисповедующий никакой религии сластолюбец». Под религией понималась лишь та, с которой «согласны все люди, сохраняя при себе особые мнения», ибо с незапамятных времен масоны поклонялись божествам тех стран, где они жили и работали. Независимо от убеждений им следует оставаться мужами честными и совестливыми, чтобы масонство было центром и средством поощрения «настоящей дружбы людей, кои без этого пребывали бы в постоянном отдалении друг от друга» (с. 209). При категорическом неприятии атеизма провозглашались веротерпимость и равноуважительное отношение ко всем религиозным конфессиям.

Далее постулировалось: «Масон является мирным подданным гражданской власти, где бы ни жил и работал. Он никогда не должен вмешиваться в заговоры и конспирации против мира и благоденствия народов, никогда не нарушать постановления высших властей. Ведь войны, кровопролития и смуты всегда вредили масонству, в мирные же времена оно процветало». Другой раздел ориентировал адептов на необходимость являться «хорошими и верными людьми, свободорожденными, в зрелом и разумном возрасте, не крепостными». Они не могут быть «женского пола, безнравственными или скандальными, обязательно должны иметь хорошую репутацию» (с. 211—212). От участников требовалось сохранять верноподданность и нейтралитет в конфликтах, воздерживаться от обсуждения на собраниях в ложах политических и религиозных проблем. Фиксированные обязанности призывали адептов к сотрудничеству и борьбе со вселенским злом во имя гуманизма, превращали их в сторонников эволюционных путей развития человечества без военных катаклизмов и социальных потрясений. Подобная устремленность зачастую совпадала с линией правителей стран, где масонство превратилось во влиятельную, но далеко не rociюдствующую над остальными силу.

Опираясь на положения своей Хартии, братства символического масонства назывались в честь святых, небесных светил, христианских добродетелей. Их участники регулярно собирались вечерами или ночами в прямоугольных зачах зданий-храмов, украшенных ритуальными предметами. На восточной стороне залов ^родились места для ежегодно избираемых должностных лиц ^офицеров) во главе с досточтимым мастером, которому помогали два надзирателя. За ними шли но значимости хранитель печати, доатор, секретарь, казначей, церемониймейстер, попечитель о бедных, милостынюсобиратель, привратники. Музыкшггы и певцы доеновались братьями гармонии (аталаиами). Поскольку прак-?цкуемые обряды детально описаны в многочисленной литературе, ссылки на нее не делаются.

:ф-'- На той же стороне зала возвышался алтарь с тремя ступенями!, на нем лежали Библия, наугольник с циркулем и круг. Библия означала приверженность христианству, другие предметы указывали на Высший разум, стройность организации и относительность сущего, круг напоминал о совокупности всех масонов земли. Стены помещения были окрашены в голубой цвет, сводообразный потолок с нарисованными звездами изображал небо. Da мозаичном полу расстилался ковер со знаками Зодиака. Шольные каменщики» располагались по обеим сторонам зала на Отведенных для каждой категории местах в черных костюмах При галстуках с накинутыми передниками из белой овчины, распитыми особыми знаками, в белых перчатках и шляпах с полями. Шляпа символизировала свободу и равенство в ложах, белый цвет — чистоту жизни и помыслов, фартук указывал на встречу братьев не ради пустого времяпровождения, а для участия в важных работах, что подчеркивалось ношением строительных мастерков, указывающих на профессию каменщика.

Английское масонство, носившее имя голубого, или иоаннов-ского, в честь Св. Иоанна Крестителя, имело три степени посвящения: ученика, подмастерья и мастера, которые отличались Друг от друга лишь объемом знаний, совершенством моральных качеств и степенью преданности Ордену. Желающий стать масоном заручался рекомендациями одного-двух адептов и подавал ходатайство о том управляющему мастеру. Параллельно осуществлялось негласное изучение нравственности, свойств характера, семейного положения и гражданского состояния кандидата. Ритуал посвящения сопровождался почти идентичными правилами, Демонстрирующими каноны масонского учения. В случае благоприятных отзывов кандидат, как «ищущий света», оставлялся сперва на некоторое время в полном одиночестве для размышления о предстоящем шаге.

Мосле собеседования и подтверждения принятого решения на глаза неофита надевали темную повязку, он стучал в дверь ложи, получив разрешение, следовал на ощупь за одним из братьев, причем проходил через имитацию грядущих жизненных испытаний. Его как бы сталкивали в подземелье, заключали в темницу, заставляли подниматься по лестнице, потом приказывали бросаться вниз, испытывали огнем, не причинявшим вреда. Вдруг его останавливали, задавали множество вопросов касательно биографии и понимания масонства, на что следовали заранее подготовленные ответы. После третьего удара молотка досточтимого мастера повязку с глаз новичка снимали, направляя на него сноп яркого света и приставляя к обнаженной груди скрещенные шпаги. Он обнаруживал, что окружен братьями в традиционных одеждах. И председатель торжественно изрекал: «Во имя Великого Зодчего Вселенной и в силу дарованной мне власти я дачаю тебя масонским учеником и членом этой ложи». Неофит клал руку на Библию и готовился произнести текст клятвы или присяги, имевшей свои особенности в зависимости от характера данной ассоциации. Убранство ложи менялось, чтобы подчеркнуть значимость и скрытый смысл церемонии, призванной оказать дальнейшее психологическое воздействие на кандидата.