В ритме сердца - Мадина Хуршилова

– Ты так летела навстречу – можно подумать, что вы только что поженились или не виделись целую вечность, – насмешливо проговорил Локи, принимая свой обычный облик. Теперь это был худой рыжеволосый человек с хитрющими светлыми глазами и улыбчивым ртом.

– Корис того стоит, – гордо сказала я, выскальзывая из его рук.

Как ни в чем не бывало, он подошел к столу и уселся на скамью у очага. Протянув руки к огню, он спросил:

– Неужели он настолько хорош?

– Лучше всех!

– А есть с кем сравнивать? – поддел меня он.

Хоть Локи и бог, а похабник, каких свет не видывал, но ссориться с ним слишком опасно, поэтому я старалась не обращать внимания на его шутки.

– Не с кем, – успокоила я его и поста-ила на стол блюдо с мясом и хлебом.

– А зря, – заявил он.

– От добра добра не ищут.

– Но все познается в сравнении, – не унимался он. – Возможно, тогда бы ты еще больше ценила своего мужа.

Он весело улыбнулся и принялся за еду. Никто, даже Локи, не может упрекнуть меня в недостатке гостеприимства.

– Локи, ты, конечно, мастер болтать языком… – начала я.

– …Но ты, конечно, догадываешься, что мой язык годен не только для болтовни, – живо продолжил он.

Дверь открылась. Оказывается, я забыла ее запереть. На этот раз это был действительно Корис.

– Здравствуй, Дядюшка Лис, – приветствовал он Локи.

Особой радости на его лице я не заметила. Локи испустил разочарованный вздох, всем своим видом показывая, как не вовремя Корис появился.

– А мы с твоей женой как раз обсуждали способы использования языка, сообщил он Корису с самым невинным видом.

– Что ты хочешь этим сказать? – невозмутимо спросил Корис, сбрасывая плащ и подходя к огню.

В руках у него была шкура огромного волка, вероятно, только что им убитого.

– У меня благие намерения, – заявил Локи, скользнув взглядом по развешанному на стене оружию. Отблески пламени заставляли ярко загораться холодный металл. – Я хочу сказать, что ты сильно рискуешь, подолгу оставляя Морег одну. Разве ты не знаешь, что длительные прогулки вдали от дома способствуют росту рогов? Ты не боишься, что скоро тебя будут звать не Корис-охотник, а Корис-олень?

Корис спокойно сел за стол и с улыбкой посмотрел на Локи:

– Ну, не знаю, удастся ли мне превратиться в оленя, но в одном я абсолютно уверен: в отличие от некоторых, мне никогда не придется совокупляться с конями и рожать восьминогих жеребят.

Я фыркнула. Локи покраснел и вскочил на ноги. Его глаза гневно засверкали.

– Да как ты смеешь?..

Корис тоже поднялся. Он был по крайней мере на голову выше Локи и чуть не вдвое шире. Он ничего не сказал, но его рука коснулась рукояти меча довольно внушительных размеров.

Локи хотел что-то добавить, но лишь многозначительно улыбнулся и вышел, громко хлопнув дверью. Все это мне очень не понравилось. Я не сомневалась, что у этой истории будет продолжение. Локи очень мстителен, а Корис затронул больную тему. Бог Огня не любит, когда ему напоминают про то время, которое он провел в облике кобылицы.

– Зря ты это сказал, – проговорила я, закрывая дверь.

– А сколько можно терпеть эти издевательства? – возмутился Корис.

– Мне не нравится, когда он говорит о тебе в таком тоне.

Он снова опустился на скамью и снял перевязь с мечом. Потрескивало пламя в очаге, а за стеной все так же выл ветер. И от того, что там было холодно и летели хлопья мокрого снега, здесь, дома, казалось еще уютнее.

– Ты ведь знаешь, что это просто пустая болтовня, – сказала я, подходя к нему.

– Знаю, поэтому и злюсь.

– Ax так, значит, тебе бы хотелось, чтобы те байки, которые рассказывает про меня Локи, имели под собой реальную основу?

Корис рассмеялся и, обняв меня за талию, усадил на колени.

– Только попробуй. Тогда ему придется рожать ежа.

Я тоже засмеялась, а потом мы забыли о Локи, потому что были слишком заняты друг другом. Заснули мы лишь под утро, а когда я проснулась, Кориса рядом не было. Меня разбудил шум снаружи. Оттуда доносилась отборнейшая брань, а иногда в стену ударялись камни.

Я быстро оделась и, накинув подбитый мехом плащ, выскочила наружу.

Конечно же, это были великаны. В грязных шкурах, заросшие неопрятными бородами, они не вызывали ничего, кроме отвращения. В хмуром свете начинающегося утра они выглядели еще хуже.

Корис едва доставал до плеча самому низкорослому из них, но я знала, что один на один он справится с любым великаном. Но в этот раз их было слишком много. Я еще никогда не видела столько великанов сразу.

– Страж перевала! Почему те всегда мешаешь нам? Кто дал тебе право не пускать нас в Мидгард? – вопрошал Гейрред, угрожающе наступая на Кориса с мечом в руках.

Этот громила был похож на покрытую медвежьими шкурами гору мяса.

– Ну если вы сами не понимаете, что вам туда нельзя, должен же кто-то это вам объяснить, – сказал Корис с улыбкой и легко отклонился от выпада Гейрреда.

Тот сердито заревел.

Великаны – существа неблагородные. Они предпочитают швыряться камнями, стоя на безопасном расстоянии. Что они и делали сейчас.

– Ведьма! Дочь ворлока! – послышались голоса из толпы. Значит, они заметили меня. Нет, все же их слишком много.

– Здравствуйте, дорогие гости! – крикнула я им. – Не хотите ли погреться?

Они недоверчиво уставились на меня. Великаны были уверены, что ничего хорошего от меня ждать нельзя – и они были правы. Я произнесла заклинание огня, и с неба спустился огненный занавес, отгородивший толпу от нас. По эту сторону остались лишь мы с Корисом и Гейрред.

Великанам это явно не понравилось.

– Не бойтесь, – крикнул им Гейрред. – Колдовство Морег недолговечно.

Я нахмурилась. Он был прав. Скоро огненный занавес исчезнет, и какое-то время я не смогу его вызвать. Я снова вошла в дом и прибегла к средству, которое мы использовали лишь в крайних случаях: я вызвала Тора.

– Зачем ты, человек, зовешь меня? – загремел этот рыжебородый силач, появляясь посреди комнаты.

Наконец он увидел меня:

– Вот тебе на! Морег?

– Корис в опасности! Кажется, пол-Етунхейма сбежалось сюда.

– Тем хуже для них, – заявил Тор и, взмахнув своим гигантским молотом, пошел к двери. У порога он задержался:

– Оставайся здесь. Битвы – не женское дело. Несмотря на его предупреждение, я осторожно выглянула из дверей. Я увидела, как раненый Гейрред упал на истоптанный снег, обагряя его своей темной дымящейся кровью. Великаны завопили. Корис и Тор, два воина в огненных плащах, врубились в их ряды. Сверкал меч Кориса, а Мьельнир – молот Тора поражал то одного, то другого и снова возвращался к своему хозяину. Мне с трудом верилось, что Тор приходится Корису прадедом.