В ритме сердца - Мадина Хуршилова

Вдруг из-за пианино, из самого темного угла появился некто в черном. В темноте я разглядела бледное лицо и ярко-алые глаза. Я невольно отступила назад, но вспыхнул свет, и я облегченно вздохнула.

– Познакомьтесь: Леша, Алена, – Юра представил нас друг другу.

Все встало на свои места. Леша никакой не дух, а человек, хотя и не совсем обычный – альбинос. Честно говоря, никогда бы не подумала, что альбиносы могут быть такими симпатичными. Правда, в отличие от тех, кого я видела раньше, у него была бледная кожа и русые, а не белые брови и ресницы.

– А что, собственно говоря, тут происходит? – поинтересовалась я, оглядывая комнату. Юра захлопнул книгу и погасил свечи.

– Ничего особенного. Вспоминаем прошлые воплощения.

О том, что человеческая душа, когда умирает тело, переселяется в новое, мне было известно. Но я никак не думала, что свои прошлые жизни можно вспомнить.

– Такое тоже возможно?

– Вполне.

– А откуда ты знаешь, как это делать?

– Работа у меня такая, – улыбнулся он. – Я ведь Наблюдатель.

– Кто?

– Ты не знаешь, кто такие Наблюдатели? – удивился Юра.

– Понятия не имею, – честно призналась я.

– То, что все подобные нам шизики связаны либо с силами Хаоса, либо с силами Порядка, ты, наверное, знаешь?

Я кивнула. Ромка, Зверь, Андрей, Саша и я относимся к Хаосу, а Марина, Влад и Вася – к Порядку. А что такое Хаос и Порядок знает каждый, кто хоть иногда читает "фэнтези".

– Так вот, – продолжал он. – Кроме того, есть те, кто не относится ни к Порядку, ни к Хаосу.

– Ага, ни рыба, ни мясо.

– Скорей уж и рыба, и мясо. Наблюдатели находятся как бы посередине. Они должны наблюдать за Равновесием, чтобы ни одна сторона не могла взять верх.

– Оригинально, даже очень. А ты тоже Наблюдатель? – спросила я у Леши.

– Нет, я за Порядок.

– Здравствуй, враг мой, – изрекла я и протянула ему руку, которую он церемонно пожал.

Его бледное худощавое лицо казалось мне смутно знакомым, но воспоминание ускользало от меня.

– И что, вспоминать свои прошлые воплощения может каждый? поинтересовалась я.

– Да, только надо знать, как, – сказал Леша.

– Но, наверное, это очень сложно.

– Смотря для кого. – Юра посмотрел на меня. – Для тебя, например, просто. Гораздо проще, чем для других. Нужно лишь сосредоточиться на биении сердца и воспринимать те образы, которые начнут всплывать в памяти.

Это будет похоже на прокручивание киноленты – сначала очень быстро, потом медленнее, и, наконец, события начнут происходить с той же скоростью, что и в реальности.

– Не совсем так, – поправил его Леша. – Насколько я могу судить по собственному опыту, субъективное время будет сильно расходиться с объективным. То есть для окружающих пройдет лишь несколько мгновений, а ты за это время успеешь прожить чуть ли не целую жизнь.

– Звучит заманчиво.

– Если тебе интересно, можешь попробовать прямо сейчас, – сказал Юра, прислушиваясь к доносящемуся из соседней комнаты бормотанию рассерженного павиана. Бу-бу-бу уже пару раз заглядывал в комнату. По его хмурым взглядам можно было подумать, что мы его заклятые враги.

– Думаешь, у меня получится?

– Обязательно, – убежденно заявил Юра и показал кулак заглянувшему в дверь Бу-бу-бу.

– Ну что ж…

Я села поудобнее, глубоко вздохнула и стала слушать сердце.

Сначала ничего не происходило. Потом удары сердца стали отдаваться в висках, и вскоре этот ритм заполнил собой все. Никаких других ощущений не осталось.

Перед моими глазами вспыхнула ослепительным светом перевернутая пентаграмма. Люциферова звезда… Распахнутое звездное небо, всадник на белом коне, волки под луной, деревянный корабль с драконьей мордой на носу, стекающая по мечу кровь, какое-то чешуйчатое существо, пронзенный стрелой человек, мрачное сырое подземелье, деревянное распятье, знак Хаоса…

Я помотала головой, отгоняя наваждение.

– Бред какой-то.

– Что ты видела? – спросил Юра.

Я рассказала.

– Сейчас тебя носило по разным жизням. Теперь можно остановиться на какой-нибудь одной.

– Каким образом?

– По-разному. Например, так. Можно слушать сердце и одновременно смотреть на какого-нибудь человека. Тогда ты вспомнишь именно то воплощение, где вы встречались.

– А если мы не встречались?

– Тогда не вспомнишь ничего. Но так редко бывает. Только учти – ты будешь переживать все как наяву.

– Здорово! – У меня, как говорится, глаза и зубы разгорелись.

– Не всегда, – проронил Леша. – Воспоминания могут принести боль.

– Черт возьми! – В сердцах я хлопнула себя по лбу. – Чуть не забыла! Мне же надо дома быть – Ромка будет звонить. Интересно с вами, ребята, но что поделаешь…

Я поднялась.

– Проводишь? – спросил Юра у Леши.

– С удовольствием, – ответил тот и улыбнулся мне.

В коридоре нам снова встретился Вечно Недовольный. Надутый Бу-бубу сердито пробубукал что-то нелестное в наш адрес и неспешно удалился.

– Вы давно знакомы? – спросила я у Леши, когда мы вышли на улицу.

Он надел темные очки и улыбнулся.

– Примерно тридцать тысяч лет.

– А если серьезно?

– Серьезно. Я имею в виду не только эту жизнь.

– Это ты научил его вспоминать?

– Как ни странно, не я его, а он меня. Ты не смотри на его молодость. Он пользуется знаниями, полученными в прошлых воплощениях.

– Очень удобно, – отметила я. – В одной жизни научишься чемунибудь, а в следующей просто вспомнишь.

– Удобно, – согласился Леша. – Если уметь вспоминать.

Лорд с громким лаем бросился к нам, но, увидев меня, сменил гнев на милость, разулыбался и завилял хвостом. Он немного смахивает на волка, но у него шерсть коричневого цвета.

– Это Лорд. Он у нас дворянин. То есть дворняга.

Я увидела знакомую милицейскую машину. Мое настроение несколько упало. У подъезда стоял мотоцикл. Настроение стало еще хуже.

– Над седой равниной степи благозвучный слышен мат, пробормотал Леша, заслышав доносящиеся из подъезда вопли.

Представляю, что потом соседи будут рассказывать моим предкам.

– Так я и знала!

Я побежала вперед. Оба брата были у нашей двери. Они явно собирались устроить мордобой.

– Влад, Зверь, перестаньте!

Они оба развернулись в нашу сторону и в один голос спросили:

– Кто это?

Разумеется, ни о каких правилах приличия не могло быть и речи.

– Мой знакомый, – сообщила я им с приторно-вежливой улыбкой.

Позабыв о собственных распрях, Влад и Зверь с одинаковой неприязнью смотрели на Лешу.