Мой любимый враг - Рита Навьер

С каждой секундой удаляясь от спота, я торопливо цокала по тротуару, будто за мной гнались. Это обида меня подстегивала. Я так спешила, что не смотрела себе под ноги, за что и поплатилась, угодив шпилькой в решетку водостока. Слава богу, хотя бы устояла, не грохнулась коленями на тротуар.

Пока я вызволяла несчастный каблук, мимо кто-то пронесся вихрем и, вильнув вбок, резко затормозил передо мной. Гольц. Ловко соскочив со своего скейта, он легонько тронул кедом край деки. Доска послушно встала на дыбы. Он подхватил скейт подмышку и потрусил рядом со мной.

– Тань, ты чего ушла? – заглядывая мне в глаза, спросил Гольц.

– Лучше бы спросил, зачем я вообще приходила, – ответила я зло.

– Тебе не понравилось?

– Что именно? – Я снова остановилась, развернувшись к нему. Он тоже встал, хлопая растерянно глазами, голубыми, как у младенца. – То, что я целый час сидела там одна как дура? Или то, что…

Я осеклась. Хотела сказать: «Ты даже не заметил, как я ушла». Но вдруг подумалось, что это будет звучать слегка истерично и пафосно. Особенно учитывая, что у нас пока всё только-только начинается. В общем, как-то рановато для серьезных претензий.

– Да, Слава, мне не понравилось, – уже спокойнее продолжила я.

– Извини, – расстроенно пробормотал он. – Я не подумал. То есть… я думал, тебе интересно будет посмотреть… ты же сама играешь в волейбол…

Я даже не нашлась, что на это ответить, потому что не понимала: где тут логика? Где связь?

– Я в прошлом году встречался с девчонкой… она, наоборот, обожала смотреть… но если тебе не понравилось, надо было сказать!

– Ну вот – говорю, – бросила я с внезапным раздражением. Ещё и бывшую сюда приплёл! Ну не дурак ли?

– Извини, – сникнув, повторил Гольц. – Я не хотел тебя обижать.

– Я не обиделась, – слегка приврала я. Впрочем, я уже и правда не чувствовала обиды. – Мне просто стало скучно, и я пошла домой.

– Можно я тебя провожу?

– Ну, проводи, – разрешила я.

Да, я закипаю мгновенно, но и остываю быстро. Все вспыльчивые отходчивы. Вот и я не умею долго злиться.

Мы побрели в сторону наших панельных пятиэтажек.

– Классно выглядишь, – сообщил вдруг Славка после минутного молчания.

– Угу. Спасибо.

– Может, завтра куда-нибудь сходим после школы? Погуляем?

– Ну не знаю, – улыбнулась я. – Ну, можно…

– А хочешь, я тебя на скейте научу кататься?

Я даже отвечать ничего не стала. Только посмотрела на него многозначительно, и он сразу сдулся.

– Ладно, понял, понял. Никакого скейта.

Мы дошли до моего дома.

– Ну всё, пока, – попрощалась я, обходя по краешку огромную лужу.

Но Славка зачем-то потащился за мной в подъезд.

– Ты на каком этаже живешь? – спросил он.

– На четвертом. В гости ко мне собрался? – спросила я, пряча за усмешкой волну внезапной паники. Я не знала, дома ли мой отец, но гипотетически в любой момент он мог появиться. Так что, пожалуйста, пусть Гольц скорее уйдёт!

– А можно?

– Нельзя. У меня папа очень строгий и не одобряет всего такого.

– Ясно, – немного смутился Славка, остановившись на площадке между первым и вторым этажом. Оглядел исписанные маркером стены, рядки покореженных почтовых ящиков, пыльное окно, между рамами которого скопились залежи мух. Бросил взгляд на банку с окурками, на батарею, густо увитую паутиной. Мда, антураж далек от романтики. Мне даже неловко стало.

Сам Гольц жил в новом комплексе на Верхней Набережной. Мы с Зеленцовой несколько раз «гуляли» поблизости, внутри, правда, побывать не довелось. Но на расстоянии россыпь многоэтажек походила на конструктор Лего. Аккуратные домики из темно-коричневых и оранжевых кубиков в окружении таких же идеально ровных газонов. Наверняка, в своем подъезде Гольц подобного колорита не встречал. И это ещё соседей сегодня не видно и не слышно. Про отца я вообще молчу.

Славка перестал озираться и уставился на меня так, будто хотел что-то сказать, но не решался.

– Ну что, тебе пора, – поторопила я его. – До завтра.

– До завтра, – кивнул он и вдруг подался ко мне. Поцеловал прямо в губы, порывисто и как-то смазано. И сразу же отстранился, словно сам испугался своей нечаянной смелости. Но увидев, что я улыбнулась, просиял в ответ.

– До завтра, – весело бросил Славка.

Спускаясь вниз, он продолжал смотреть на меня и улыбаться. Я тоже перегнулась через перила, провожая его взглядом. На первом этаже он остановился и задрал голову, глядя на меня.

– Ну, иди уже, – засмеялась я. Но Славка не двигался с места и глаз с меня не сводил.

Внизу хлопнула дверь, кто-то вошёл в подъезд. Славка на прощанье махнул рукой, а я с блаженной улыбочкой поплелась к себе.