Черная молния. Тень буревестника. - Равиль Бикбаев

— Не умеешь драться, — наставительно заметил подвыпивший сосед, — тогда беги. Иначе тебя просто искалечат.

— Я занимаюсь каратэ, — оправдываясь буркнул Юра.

Сосед презрительно присвистнул. Попробовал объяснить:

— Твои занятия это полная херня, — заметил он, — в этом деле можно всю жизнь прозаниматься и получить трендюлей от первого встречного. В драке важен первый удар и правильная оценка противника или группы противника. Поставь себе пару ударных серий, постоянно их тренируй и бей первым, знаешь, что не справишься беги, в этом ничего позорного нет. Только потом того от кого бежал подлови, и врежь. Это тактика, — засмеялся сосед, — нас в своё время этому здорово учили.

— Вот вы меня и поучите, — с затаенной надеждой попросил Юра.

— Я, нет. Других дел полно, — отказался, шедший за пивом в ближайший магазин, сосед, пожевал губами, смачно рыгнул пивной отрыжкой, сказал, — Есть у меня знакомый, мы в одном училище учились, он две войны прошел, вот он ребят тренирует, если хочешь, дам адресок.

Юра пришел заниматься в группу специального рукопашного боя. Их тренер уволенный по сокращению из армии обоженный войной боец хорошо знал свое дело. «Бой выигрывается в сознании, — учил он, — если ты готов до последнего биться, то я обучу как это сделать, если нет то иди на хер, толку от занятий не будет» Юра остался заниматься. В их группе учили простым ударам, но доводили их до совершенства, потом перешли на стремительно ударные серии, затем на использование подручных материалов. Их учили по принципу: «Если бой неизбежен, то бей первым и на поражение. Не жди когда тебя убьют, бей первым и ты выживешь» Они не мышцы на тренажерах качали, а развивали скорость, реакцию, взрывную ударную силу. Тренировки проводили не только в зале, но и во дворах, как шутил их тренер в обстановке максимально приближенной к боевой. Воспитывалась уверенность в себе, в своей победе в бою. Через шесть месяцев Юра и его спарринг партнер по занятиям Вадим возвращались вечером домой. На остановке к которой они не торопясь шли, пятеро веселых явно обкуренных толерастов приставали к молодой паре. Модно одетую девушку намеренно оскорбляли. Ее подавленный страхом спутник испуганно молчал. Юра побледнев от злости ускорил шаг, Вадим его придержал за рукав.

— Ты чего? — зашипел на него Юра, — Зассал? Так стой тут, один пойду.

— Успеем, — сдержанно и напряженно сказал Вадим, — Дадим парню шанс доказать, что он мужик и свою бабу будет защищать. Если нет, то пусть его мудохают. А девчонку прикроем.

Девушку на остановке один толераст взял за руку и потянул за собой. Ее парень ударил его по руке. Негодующе заорали толерасты. Разом бросились вперед Юра и Вадим. Бей первым и на поражение. И они били. Это были простые удары, но не ожидавшие сопротивления и боя толерасты уже через пару минут лежали на земле. Бей первым и ты выживешь. Юра и Вадим не получили в стремительно жестокой схватке повреждений. Прошедший войну солдат хорошо обучил их науке побеждать, а они старались у него учиться.

— Уходим, — тяжело и возбужденно дыша после схватки потребовал Вадим.

— Милицию и Скорую надо вызвать, — нерешительно предложил Юра.

— Я вызову, — пришел в себя парень и достал телефон.

Приглядевшись к нему Юра заметил, что это не их сверстник, а молодой мужчина явно за тридцать. Девушка закрыв лицо руками все еще нервно всхлипывала.

— Нет, — схватил мужика за руку Вадим, — не звони.

— Почему? — удивился тот, и кивнул на лежащих, — им же нужна медицинская помощь и потом милиции надо объяснить, что мы не виноваты, мы только защищались.

Вадим злобно и матерно выругался, потом сдерживаясь попытался спокойно объяснить:

— С тебя обязательно возьмут объяснения, там будет указан твой домашний адрес, место работы, номера телефонов. А потом тебя навестят, или эти, — он кивнул в сторону лежащих без сознания, — или их приятели. И «Скорая помощь» потребуется уже тебе. И свою девушку подставишь, ее из принципа могут избить или изнасиловать. Понял?

— Я не его девушка, — сказала прекратившая всхлипывать девчонка, — он просто рядом стоял.

— Вступился за чужую бабу? — с уважением глядя на молодого мужчину произнес Вадим, — Молодец! А теперь уходим.

— Нет, — решительно отказался мужчина, — я вам не верю, такого не может быть.

— Как знаешь, — поморщился Вадим, — а мы уходим, — обратился к девушке, — ты остаешься или идешь?

— Я с вами, — девушка вытерла лицо и цепко взяла Вадима за руку и укоризненно заметила, — только я девушка и не смей меня бабой называть.

— Уходим, быстрее, — нервно оглядываясь по сторонам торопил их Юра.

Они ушли стараясь держаться в тени домов. Мужчина проводил их взглядом и торопливо стал набирать номера. Первый номер «Скорой помощи», второй дежурной части ГУВД.

Через месяц Юра увидит его лицо в криминальных новостях, его найдут изувеченным на пороге собственного дома. Кто это сделал, так и останется неизвестным. А Юра станет Vestом.

— Сам понимаешь, — продолжая рассказывать усмехнулся Вадим, — где и как мы находим других добровольцев, я тебе не скажу.

— Да мне и не надо, — подчеркнуто холодно ответил я, — вступать к вам я не собираюсь. И вообще я категорический противник любых не законных действий и считаю, что всё, абсолютно всё в нашей стране, должно происходить в рамках действующей конституции. Более того я считаю, что все что вы мне рассказали откровенная ложь, а будь это иначе я немедленно обратился бы в правоохранительные органы с соответствующим заявлением. И если я этого не делаю сейчас, то только потому, что не хочу отвлекать занятых глубоко уважаемых людей, на проверку ваших недобрых сказок.

— Браво! — сильно хлопнул в ладоши и заулыбался Юра.

— Годится, — понимающе усмехнулся и кивнул головой Вадим, — если бы ты иначе сказал, и что-то стал выяснять, я бы тебя тут же на… послал. Все верно, это сказки. И можно продолжить разговор, если тебе интересно конечно.

— Мне интересно как у тебя с родителями теперь отношения сложились.

— Нормальные, — негромко и добродушно засмеялся Вадим, — сейчас абсолютно нормальные, они меня вроде как понимают, я их. Мама теперь только с травматикой всюду ходит и без украшений, папа еще пару ружей купил. На охоту пару раз вместе ездили. Если мама задерживается на работе, я ее хожу встречать, если не могу то папа ходит. Еще папа пиво бросил пить, в бассейне регулярно плавает, мы иногда для тонуса спаррингуемся. Он еще в силах, я разок зевка на спарринге словил, так он меня в аут отправил. Деньги вообще не вопрос… если надо, то дают, хотя я и сам подрабатываю немного. А у тебя что проблемы с юным поколением? — и не дожидаясь ответа утешил, — Все нормально будет.

— Ну ладно, — чуть смутился я и нерешительно спросил, — А зачем вы мне все это рассказываете?

Длинная пауза. Он внимательно меня рассматривает. А мне не нравится когда на меня смотрят в упор.

— Я слушаю тебя Вадим, — уже не скрывая раздражения сказал я, — так зачем?

— Вообще то меня ребята Максом зовут, — негромко заметил он, — а так… Юра со мной и другими ребятами поговорил, еще когда ты сообщил, что возможно приедешь, в общем мы решили… рассказать тебе кое-что… и попросить…

— Что попросить?

— Рассказать о нас, пока мы еще живы.

Уже вечеряло и в кафе где мы разговаривали народу прибывало. Посетители расслаблено пили кофе, с аппетитом ели свежеиспеченную сдобу, болтали ни о чем или о дневных делах. Эта обычная вечерне праздная жизнь уставших после работы людей была далека от нашего разговора. Посмотришь вокруг и думаешь, ну о чем мы говорим? Какие тут нацисты? Где основания для всех этих мрачных как высосанных из пальца обобщений, для этих кликушеских воплей: «эта страна и весь этот народ никому не нужны… миллионы русишь швайн…» Где? Да нет ничего такого. Все хорошо. Нормальные люди, нормальная страна. Есть проблемы? А у кого их нет?

Вадим недовольно оглядевшись по сторонам жестом показал официанту: Счёт! Тот подошел и не давая в руки бордово кожаную книжку сухо произнес:

— За счёт заведения.

— Почему? — держа в руках бумажник, растерялся я.

— Я слышал, о чём вы говорили, — очень тихо сказал молодой парнишка официант и смущенно улыбнулся, — пока посетителей было мало я специально вас подслушивал, а вы увлеклись и даже не заметили.

Твердо повторил:

— Все за счёт заведения.

— Хочешь встать с нами? — сдержанно спросил его Вадим.

— Нет, — так же сдержанно ответил тот, — я хочу закончить институт, женится на своей девушке, пусть и в кредит купить квартиру, а там и дети, хорошо бы двоих: мальчика и девочку. Бунта и войны не хочу.

— А…? — начал было я, но щуплый русоволосый мальчик официант меня прервал: