Черная молния. Тень буревестника. - Равиль Бикбаев

— Максимум через пятьдесят лет, немцы или растворятся в новой для них этнической среде или их остатки побегут из своей страны куда глаза глядят, — и с грустным чисто русским оптимизмом, добавила, — Слава богу я к этому времени уже умру.

— И что у вас это не понимают? — все еще недоумевал Вадим.

— Молодой человек! — намеренно твердой интонацией подчеркивая каждую букву ответила немецкая Фау на безукоризненно русском литературном языке, — поверьте мне, я жила в двух измерениях. В советской системе ценностей и в общеевропейской системе моральных координат. И вот что я вам скажу: первая половина двадцать первого века будет эпохой возврата к национальным ценностям титульных наций. Или сработает предохранитель инстинкта самосохранения или наша нация как и вся белая раса будет обречена на мучительную агонию и неминуемое вымирание.

Тут Фау воодушевившись и выйдя из — за стола звучно и сурово продекламировала:

«Цивилизация закончилась, это — война. Стань берсерком и будь им до последнего мига, когда ты отправишься в Вальхаллу с добрым фунтом вражеского свинца в твоей все еще непокоренной груди!!! Только из анархии и революции может восстать новая Белая Раса. И даже если мы проиграем, пусть враги с ужасом рассказывают своим потомкам о ярости последних викингов».

Помолчав Фау пояснила:

— Это Дэвид Лэйн обращается к нам, это его: «Открытое письмо к мертвой расе».

Ну хоть один нормальный человек в этом vaterland(е) нашелся, решил Вадим. Правда его немного удивляло и смущало то обстоятельство, что базовые навыки личности нормального человека эта дама получила в СССР. Но с другой стороны это же является и предметом для гордости. Да она немка, но и нам не чужая, раньше то в России под Саратовом жила, там и воспитана, а не какая то там урожденная европейская толерастка. Хотя… причина ее расового гнева и боли за нацию возможно имели совсем другие истоки. Через день Вадим встретил дочку этой фрау, не совсем трезвая белокурая frДulein шла в обнимку с солдатом армии USA. Бравый защитник мировой демократии был заметно пьян. Но у него было несомненное достоинство, отважный воин был афроамериканцем. «Где дело касается е…ли, — матерно думал Вадим, — там расовые предохранители не работают» Сначала огорченный и возмущенный Вадим хотел вступить в расовую битву, за право обладания белокурой frДulein, но рядом маячил полицейский. «Да и… с вами!» — с желчной злобой подумал Вадим провожая взглядом парочку. Но это дело он все же так не оставил. В тот же день или точнее вечер, он в ночном баре снял на ночь очень милую девушку весело и беззаботно щебетавшую на английском языке. Цвет конька в бокале и цвет нежной кожи у веселой явно ищущей сексуальных приключений незнакомки были одинаковы. «А почему бы и нет?» — мрачно подумал пивший коньяк Вадим. Английский язык Вадим знал на средне школьном уровне, т. е. меньше чем не знал, но девушка в общении перешла на ломаный немецкий. Кое-как объяснялись отдельными словами, но все же больше жестами и откровенными улыбками. Вадим немного колебался, красотка была заметно постарше его (на вид явно под тридцать) и потом принципы воина нордической расы… то же знаете… все-таки… не последнее дело. Но алкоголь и почти доступная близость женщины сделали свое дело, а уж когда прекрасная мисс заметила, что ей завтра с утра надо возвратится на военную базу, где она служит сержантом армии USA, Вадим отбросил последние сомнения. Он расплатился за себя и по русской привычке за свою гёрлу. Затем уже без колебаний он мощной горячей дланью погладил нежный бюст сисястого сержанта армии USA и твердо, решительно взял ее за руку. Подвыпившая девушка поощряюще хихикнула. Бармен вызвал Вадиму такси и пока оно шло, пользуясь случаем втридорога продал Вадиму бутылку шампанского. Они уехали вместе, Вадим и эта девушка…

Ну что отчизна? Смотри и гордись своим сыном! В центре Западной Европы, в гостинице «святого» для германских национал — социалистов города Мюнхен, еще несовершеннолетний простой русский парень многократно вагинально, настойчиво — упорно анально и озорно орально сношал военнослужащего блока НАТО. А в перерыве отдыхая и набираясь новых сил пил уже теплое французское шампанское.

Русские солдаты и офицеры! Верьте, мечты сбываются.

А ты, гордая своей демократией и своим образом жизни Америка! Смотри и гордись своей прекрасной дочерью! Без пушек, ракет, высокоточных бомб и прочих смертоубийственных изобретений, твой воин за много миль от родного штата, бесстрашно плевав на закон «об уголовной ответственности за растление несовершеннолетних», в добровольно-принудительном порядке убедил молодого «дикого» русского мужика: заплатить за выпивку в баре; оплатить номер в гостинице; всю ночь поить его (ее) шампанским и полностью удовлетворить все иные потребности. Делом, отличной выучкой, высоким профессионализмом твой солдат (получив при этом глубокое физическое и моральное удовлетворение) доказал и весьма наглядно показал все преимущества феминизма, демократизма, толерантности, легко сокрушив при этом все расовые преграды. И не раз (будем уж откровенны) твоя отважная, бесстрашная дочь в позе «всадника» пребывала сверху, а этот русский со стонами просил пощады снизу.

Граждане USA! Американцы! Так присудите же своей дочери высший знак отличия своей страны с гордой сдержанностью сказав: «Это была хорошая работа».

Не правда ли, все зависит от того с какой стороны смотреть на это не эпохальное и совершенно заурядное событие. Эка дело… ну развлеклись парень с девушкой, оттянулись по полной, так радоваться за них надо.

И вообще прав был Вадим когда понял, что: «Где дело касается е…ли, там расовые предохранители не работают».

Суровые сторонники чистоты крови, могут упрекнуть Вадима, в том что не на то поле он бросал своё нордическое семя, но я пользуясь авторским правом и скверной юридической привычкой во всем находить доказательства невиновности своих знакомых сообщаю: с его слов он пользовался средствами контрацепции и его семя пребывало не в темном вспаханном поле, а в латексе. Если вы и дальше осуждаете парня, то это просто зависть.

Утром проводив подругу так и не сомкнувший глаз Вадим почувствовал, что он очень сильно, просто до тошноты и головной боли русский человек. А виной тому была выпитая накануне смесь конька и шампанского да бессонная ночь. Другими словами у обессиленного парня было обычное похмелье и он, за неимением в Deutschland(е) огуречного рассола, хотел выпить холодного светлого баварского пива чтобы поправиться «по русски».

Если человеку везет или не везет, то уж во всём. На улице недалеко от пивной в которую он направлялся, Вадим впервые встретил двух местных арийцев. Рослые, коротко стриженые, одеты в короткие кожаные куртки с нашитой на них стилизованной символикой, представители нордической расы уверенно попирая тротуар высокими шнурованными ботинками шли ему навстречу. Древним салютом похмельный Вадим поприветствовал genossen. Арийцы становились. Вадим коротко представился: «Русский. Прусс. Студент» Арийцы с кислым видом переглянулись между собой. Вадим предложил вместе выпить пива и зная, что германские представители нордической расы, экономны и скуповаты с широким славянским жестом сказал: «Угощаю». Хмурые лики арийцев стали чуть по приветливее. Втроем зашли в пустую чистенькую пивную где кроме них других посетителей в такую рань еще не было. Сели за столик. Подошедшему смугловатому кельнеру Вадим заказал бокал светлого пива. Арийцы потребовали темного пива и шнапса. «С утра пиво и водка? — поразился Вадим, а потом счел это несомненным родством арийских душ и решил, — Ну всё прямо как у нас». Кельнер быстро принес заказ. Арийцы молча залпом выпили по рюмке шнапса, солидно хлебнули пивка. Сидевший напротив Вадима рыжеватый ариец скупым уверенно точным жестом показал кельнеру: «Повторить», второй светловолосый kamerad одобрительно кивнул подтверждая заказ. Вадим заплатил второй раз. Тут выпивший глоток холодного пива Вадим поперхнулся и закашлялся. Рыжеватый немец с презреньем глядя на него громко сказал Вадиму хорошо знакомые каждому в России слова:

— Russisch Schwein!

А второй наставив на него указательный палец правой руки издевательски произнес:

— Пух! Пух! — и пьяно засмеялся.

— Пух! Пух! — раздельно и тихо повторил медленно вставший Вадим, чувствуя как мигом прошла похмельная одурь и расслабленная усталость после бессонной ночи, а все мышцы тела налились злой упругой силой.

— Значит русишь швайн? — тихо переспросил он рыжеватого немца глядя на его уже покрасневшее от выпитого шнапса лицо и дико заорал:

— Ну так я вам блядям устрою тут Сталинград! — и выплеснул пиво из своей кружки в лицо рыжеватому.

Реакция у выпивших пива и шнапса немцев была заторможенная, драться в ограниченном пространстве они явно не умели. Пока рыжеватый ругаясь протирал залитые пивом глаза, Вадим пустой пивной кружкой (тяжелая фарфоровая с логотипом пивной) одним ударом разбил голову даже не успевшему встать светловолосому. Тот всхлипнув забитым бычарой бессловесно свалился на пол. В два прыжка обогнув стол Вадим подскочил к уже вставшему рыжеватому, сразу не давая ему опомниться прямым справа раздробил ему нос, ногой ударил в пах. Немец воя упал.