Пустой азарт (СИ) - Каминский Иван

— Молодец. Подожди, скоро приготовится бульон. — Он отошел куда-то за пределы ее поля зрения.

Ей было противно от своей беспомощности. Она хотела хоть что-нибудь сделать, но не могла.

Перед лицом всплыл образ Йога. То, как они встретились, как он был добр, как помогал ей.

И то, как его отрубленная голова упала перед ней…

Девушка сжала челюсть, вновь попыталась пошевелиться. Ее тело вспыхнуло от боли, но она вдруг показалась себе такой ничтожной, такой слабой. Она безмолвно закричала. Слезы потекли из ее глаз.

Ее друзья. Ее семья…

Лиза — ее лучшая подруга. Первая, кто ей помог, когда она сбежала из дома. Они встретились в трущобах Колинграда. Лиза была беспризорной сиротой сколько себя помнила, потому умела позаботиться о себе. Она научила Селину всему, что помогло ей выживать.

Вместе они встретили Соню, такую же беспризорницу. Ее родители были казнены за измену. Ее саму выбросили на улицу. Если Селина и Лиза адаптировались к суровой разбойничьей жизни, то она так и не смогла. Соня любила читать, петь и танцевать. Не привыкла к насилию, но была преданной и никогда не бросала своих друзей. Да и деваться ей было некуда.

Братьев, Гришу и Совия, они встретили в одной из деревень Арелии. Их отец погиб на войне, остались только мать и дом с хозяйством. Но близилась новая война. Парней хотели рекрутировать в ополчение, а мать заставила их сбежать. Она не желала своим сыновьям такой же судьбы, как и у ее мужа.

Гриша был порывист и не сдержан. Всегда лез в драку. Отчего-то пытался доказать свою значимость. Совий был старшим братом и единственным, кто мог удержать его от глупостей. Рассудительный и ответственный. Ему не нравилось быть бандитом, но только так он мог присматривать за младшим.

Впятером они промышляли мелким грабежом на тракте. Называли себя Псами. Придумали клички. Им пару раз повезло, и они много о себе возомнили. Однажды наткнулись на добычу, которая была им не по зубам. Какой-то чиновник с сильной стражей. Их чуть было не перерезали, но из леса внезапно выскочила стая арелийских рысей и напала на охрану. Их на помощь им призвал Йог, молодой друид, проходивший неподалеку.

Йог не был таким, как они, — сиротой, беспризорником, бандитом. Он воспитывался в племени друидов, скрытом в глубинах Криволесья. Они жили в строжайшем затворничестве, но некоторые все-таки выходили иногда на связь с внешним миром. Йог был одним из таких. Несмотря на тот закрытый образ жизни, который вело его племя, парень держал благородный и гордый вид. В племени к людям извне воспитывались презрение и недоверие. Но молодой друид жаждал новых ощущений и знакомств. По его словам, он влюбился в Селину, как только ее увидел. Это заставило его примкнуть к их банде. Однако сам он в грабежах не участвовал, лишь подстраховывал. Предостерегал от угроз. Лечил от серьезных ран. Ну и укрывал их в глубинах Криволесья, где их никто бы не стал искать.

Банда наладила связь с деревнями. Те были крайне недовольны войной, хоть и находились далеко от мест боевых действий. Налоги повысили, и армия стала забирать больше провизии. А еще и зимы в королевстве были суровые. Поэтому многие из молодого поколения вступили в банду. Также они смогли организовать обширную местную информационную сеть между поселениями и всегда были в курсе передвижений потенциальной крупной добычи, которой при успехе делились с информаторами.

Банда была дерзкой, но осторожной. Не лезли на чересчур крупных фигур. А если бы кого-то из их приспешников прижали, то они бы укрылись в Криволесье. А там при помощи Йога можно было бы прятаться очень долго. Никто бы не стал их там искать!

Никто…

— Давай, поешь! Тебе это нужно, иначе умрешь от истощения. — Убийца присел рядом на корточки с глиняной тарелкой, наполненной вкусно пухнущим варевом. — Не бойся, мне нет смысла тебя травить, в суде ты нужна живой.

Он поднес к ее губам ложку. Девушка не стала противиться. Ей нужны силы.

— Нравится? Это бульон из мяса Титанобоа, местной змеи. Огромная и быстрая, с невероятно прочной шкурой. Но ее было, на удивление, просто убить. Стоило прыгнуть к ней в пасть, а проткнуть мозг легче легкого.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А он тот еще болтун.

— Кто ты, мать твою, такой? — со злобой и хрипотцой в голосе вопросила она.

— Я же говорил. Наемник, охотник за наградами. Стигом меня кличут, — сказал он, поднося очередную ложку к ее рту.

— Наемник? И ты ради награды поперся в Криволесье? Тебя нанял кто-то из верхушки арелийской аристократии?

— Нет. Я наткнулся на листовку о наградах за ваши головы в трактире.

— Что… люди твоего уровня не берутся за таких, как мы. Это бессмысленно! Неужели награда за мою голову так высока?

— В сумме за тебя и головы твоих друзей дают пять тысяч грен.

Селина поперхнулась.

— Это ничтожно мало! — прохрипела она.

— Может быть, но дело не только в деньгах, а в репутации, известности, славе. В моем ремесле эти вещи более ценны, чем деньги… — начал разглагольствовать он. — Хотя, честно говоря, я залез в эту глушь от скуки.

— От скуки? Ты притащился в этот лес и убил всех моих друзей от скуки? — последнее слово она прошипела.

Это какой-то абсурд! Ее прежняя жизнь рухнула, словно карточный домик, из-за нелепых причин…

Как это могло произойти?

— Тише, тебе вредно так напрягаться!

— Ты ебанный психопат! Больной ублюдок! Сдохни! — она не могла успокоиться.

Инстинктивно Селина потянулась к Силе. Но вместо Силы ее тело заполнила дикая боль.

Стиг резким движением коснулся ее шеи, и внезапно реальность выскользнула из ее восприятия.

***

Когда девушка снова очнулась, Стига рядом не было. Она попыталась пошевелиться, но боль никуда не исчезла.

По разуму Селины внезапной волной прокатились недавние воспоминания. Боль утраты сверлила изнутри. Она заплакала. Кусала губы, пыталась пошевелиться. Физическая боль хоть немного, но отвлекала.

Она приподнялась на локтях и осмотрелась. Недалеко от нее лежало что-то, накрытое брезентом. Она постаралась не думать о том, что под ним лежит. Перевела взгляд в другую сторону.

Рядом полыхал костер. Над ним на жердях висели котел и куски мяса. Рядом валялись освежеванные туши арелийских рысей.

Перевела взгляд чуть подальше и увидела шокирующее зрелище. То, что некогда было их базой, потеряло былой вид. Это место разрушилось, сгорело, вывернулось наизнанку. Поодаль лежало туловище гигантской змеи. Замершая в бесконечной агонии, искромсанная, раскрывшая пасть.

Хоть они с бандой в основном кочевали по арелийским землям, это место все же стало родным. Когда-то она чувствовала себя здесь в полной безопасности. Под защитой Йога.

Силы закончились, и она снова рухнула на спину. Волна горечи повторно прокатилась по ее рассудку. Девушка не могла просто лежать. Но и двигаться не получалось.

Снова чувство беспомощности и бессильный плач.

Вспомнилось детство. Беспощадные побои от отца. Равнодушный взгляд мачехи.

Страх, бессилие и отчаяние. Она выросла с этими чувствами. Она научилась с ними справляться.

Пробудилась ее Сила. Она впервые дала отпор отцу. Потом сбежала из дома. Спряталась в трущобах. У нее не было ничего. Но девочка чувствовала себя свободной — свободной от страха.

Тогда Селина пообещала себе, что больше никогда не будет беспомощной.

***

Послышались шаги. Стиг вернулся.

Убийца!

— Ты очнулась? Извини, что оставил тебя. Нас пасла куча пауков. Если от них сразу не избавиться, жди беды, — послышался голос Стига.

Селина не ответила.

— Я знаю, что ты в сознании. Слышу твое сердцебиение. Оно участилось, как только я подошел. — Он взял тарелку, подошел к котлу, черпнул бульона. — Тебе нужно поесть, иначе никогда не выберешься из этого проклятого леса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты заберешь их головы? — прошептала девушка.

— Конечно. Не пропадать же добру.

— Жадный ублюдок…

— Я не жадный, я практичный.

— А их тела? Ты можешь их хотя бы сжечь?