Хроники орка - Юлий Стрелецкий

льда и снега. Ни на одном нельзя было надежно закрепиться. Орк без остановки прыгал с камня на камень, то и дело помогая себе длинными руками. Он цеплялся за другие скалы, а иногда вообще становился на четвереньки, будто зверь.

Куда тяжелее пришлось великану. Как казалось Сэму, главным образом из-за его низкого боевого духа. Единственное, что помогло Толлу преодолеть препятствие — это его длинный шаг и крепкая палица, на которую он постоянно опирался. Однако все эти камни не казались орку таким уж большим препятствием. Возможно, при большом желании, небольшая отара вполне могла бы преодолеть перевал. Или нет? Может все дело как раз в том самом Каменном Страже, с которым им, вполне возможно, предстояло встретиться?

Но вот они очутились на вершине перевала. И теперь друзья смогли взглянуть на ту самую долину. Взглянуть то они смогли, но не смогли ничего увидеть. Все пространство перед ними было скрыто густым туманом. Ну а здесь, на самом перевале, был такой пронизывающий холодный ветер, что особо не задержишься. И без лишних слов они начали спуск. Спуск, который показался орку куда более сложным, чем сам подъем. Нет, здесь не было больших живых валунов. Весь склон был усыпан мелким гравием. Этот гравий постоянно осыпался, камушки, будто песок разбегались из-под тяжелых ступней двух гигантов. Оба то и дело спотыкались, съезжая часть пути на мягком месте или на боку.

В результате этого спуска оба путешественника окончательно выбились из сил. Одежда была частично изодрана, а руки и ноги исцарапаны в кровь. Спуск окончился под вечер. И тут, будто в награду за перенесенные испытания, туман рассеялся. Солнце уже село за скалы, окружающие долину. Но его лучи окрасили их гребни в красный свет. И тогда друзья увидели великанов!

Сначала в рассеивающемся тумане показались только неясные силуэты. Огромные фигуры. Куда больше, чем сам Толл. Орк уже вжал голову в плечи. От таких громил можно ожидать чего угодно. Но великаны не двигались, а туман постепенно рассеивался все больше. И вот порыв ветра унес последние его клочья. А великаны оказались огромными каменными исполинами. Но, похоже, совершенно неживыми.

Вся долина, насколько хватало глаз, была усеяна этими фигурами, вытесанными из камня неведомыми создателями. Каменные статуи напоминали людей. Но с таким же успехом это могли оказаться и фигуры орков или любых других существ с двумя руками и головой. Они были разного размера и разного состояния готовности, если так можно сказать. Некоторые были сработаны очень аккуратно, другие лишь слегка отделанные бесформенные валуны. Некоторые были огромными, другие едва больше Толла. Вкопанные в землю по грудь или лежащие на боку. Стоящие, с поднятыми руками, или сидящие, положив голову на согнутые руки. Одни были расколоты пополам ударом неведомого молота, а чья-то каменная голова была отделена от туловища. И все эти великаны были покрыты слоем буро-зеленого мха.

Орк выбрался на одну такую глыбу и оглядел окрестности.

— Сколько вижу, вся долина до вон тех скал усеяна этими статуями, — прокомментировал он. — Вот они, твои великаны!

— Что с ними? — пробормотал Толл. — Это чьи-то колдовские чары? Их обратили в камень неведомые боги?

— Или вытесали из камня люди, — отрезал орк.

— А может это окаменевшие тролли? — не сдавался великан.

— Возможно, — не стал спорить Сэм. — Мне кажется, что Каменный Страж — это кто-то из них. Но уже смеркается. Нам надо искать место для ночлега.

— Вон там, — указал он в сторону небольшой ложбины, с одной стороны прикрытой огромной скалой, которой лишь начали придавать вид человека. — Там спрячемся от ветра.

Великан не стал спорить и двинулся в том направлении, куда ему указал когтистый палец орка. Сэм спрыгнул на землю и поспешил за ним, но перед этим в последний раз обводя глазом горизонт, он успел заметить… Нет, ему показалось, что один из неотесанных валунов немного изменил свое положение. Вроде в прошлый раз, когда он смотрел в том направлении, камень был чуть-чуть левее. Впрочем, показалось. У этого валуна не было даже вытесанных из камня ног.

Толл полностью следовал указаниям орка. И вскоре они уже грелись возле небольшого костра. Скромный, как для таких верзил, ужин состоял из остатков горного козла, которого Сэм подстрелил с помощью своего очень тугого лука, сделанного из рогов какого-то огромного животного, еще до перевала, и лепешек, которые достал из своего походного мешка великан. Кстати, такой лук, сконструированный по орочьей технологии, Сэма научил делать его приемный отец, который был человеком. Сэм с самого детства не видел никого из себе подобных. Но, видимо, его отец почему-то считал, что Сэму пригодятся знания его предков. И оказался прав. Но самое удивительное, что он сам был с ними знаком. Возможно потому, что прежде был полководцем, который сражался с теми самыми орками.

После ужина друзья отдыхали возле костра. Орк чувствовал себя как-то неспокойно. Он отсел подальше от огня, и все время вглядывался в темноту. Видимо он опасался чего-то, а свет мешал, ослепляя его. Сэм все время теребил рукоять своего ятагана и втягивал воздух широким плоским носом.

В отличие от орка, Толл совсем не обращал внимания на происходящее вокруг него. Он был погружен в свой собственный мир. Что делать дальше? Как жить? Для чего? В глубине души великан надеялся встретить тут таких же, как он сам. Ему казалось, что это внесет ясность в его существование, и он найдет свое место в этом мире. Теперь ему было совершенно ясно, что его односельчане хотели бы избавиться от него. Такого неудобного великана.

Его самокопание было прервано тем неожиданным фактом, что орк подскочил на ноги, выхватил ятаган и бросился на нечто бесформенное, но громадное, что вышло из темноты. Толл еще не успел понять, что за чудовище соткалось на грани освещенного костром пространства. А между тем орк уже выбыл из игры. Великан только сумел заметить, что дубина, величиной с дерево просвистела в воздухе. Ятаган не смог отразить такой удар, и даже твердолобый орк не сумел устоять на ногах. Сэм отлетел в сторону и остался неподвижно лежать где-то в стороне. А целый, но не оказавшимся полезным ятаган, упал в траву.

Такого Толл простить не мог. Будь даже напавший на них сто раз его соплеменником и таким же великаном, как он! Обижать слабых нельзя! Они не хотели причинить никому вреда. И Сэм за эти дни их совместного путешествия стал ему другом. Горы превращают в друзей даже орков и великанов.

Толл был удивлен тем, как неожиданно быстро и легко