Развод. Цена ошибки (СИ) - Черничная Даша

— Слушаю.

— София, еще раз добрый день. Это Елена. Я звоню по поручению Дмитрия Артуровича. — Сердце пропускает удар.

Он попросил мне позвонить? Но зачем? Что ему от меня нужно?

Пожалуйста, пускай ему от меня будет что-то нужно. Я бы хотела посмотреть на него еще раз. Последний раз, перед тем как окунуться обратно в свою семейную жизнь с натянутой улыбкой и опущенной головой.

— Да, конечно, чем могу помочь? — хрипло отвечаю.

— Вы забыли крышку от объектива в его кабинете.

— Оу, — тяну я, — да, как раз ищу ее. Я могу приехать за ней завтра? И, кстати, завтра очередная съемка у вас в офисе.

— Да, конечно. Также напоминаю, что Ирина из PR-отдела ждет фотографии Дмитрия Артуровича, пришлите, пожалуйста, как можно быстрее.

— Но они еще не обработаны, — замечаю я.

— Ничего страшного, она посмотрит исходный материал и даст вам обратную связь.

— Хорошо. Сейчас вышлю ей на почту.

Прощаемся с секретарем Димы, и я возвращаюсь к компьютеру. Не хочется рассматривать фотографии, но это моя работа, я обязана.

Господи, кого я обманываю?! Да я глаз не могу отвести от него. Фото возле панорамного окна просто потрясающие. Нерешительно протягиваю пальцы и касаюсь виска Димы на мониторе, глажу буквально секунду, а после отдергиваю руку, словно обжегшись.

Скидываю фото Ирине, а затем отправляю Тане для обработки. Подруга тут же перезванивает мне:

— Это что, Сонь? — спрашивает шокированно.

— Это Дима, Танюш, — говорю спокойно.

— Но… как?

— Вот так. Я приехала снимать, а там он.

— А твой-то? Руслан? Почему он не предупредил?

— Говорит, не успел.

— И что теперь делать, Сонь? — спрашивает в недоумении.

— Если бы я знала, Танюш… Если бы я знала.

Глава 8. Мираж

Дима

Смотрю на Соню и поверить не могу, что вправду вижу ее перед собой.

Неужели это она? Не мираж?

Что она тут делает? Вроде должна быть где-то за границей.

После того случая я пытался найти ее, но Соня будто исчезла с лица земли. Ее подруга Таня молчала как партизан, а после сама съехала из общежития. С Русланом же мы сразу прекратили всякое общение.

Мне нужно было разобраться, что происходит. Ведь это в его доме случилась вся та чертовщина. Последнее, что я помню, — как приехал в дом друга после его звонка и встревоженного голоса в трубке. Дальше провал. Чернота.

Утром я становлюсь предателем, а однокурсница, которая славится на весь университет тем, что слаба на передок, рассказывает мне, как я хорош в постели.

Но я ничего из этого не помню. Я даже не видел ее в ту ночь.

Разговор с Русом света на ситуацию не пролил, только разрушил нашу дружбу. Он попросил меня оставить в покое Соню, якобы она не хочет меня видеть и слышать не желает. Он впервые в жизни пригрозил мне расправой, если я не послушаю его.

Как итог — жестокая кровавая драка. Нас с трудом развели по разным углам, и вот так распалась наша многолетняя дружба.

Я так и не смог разобраться в том, что произошло, — все как один твердили, что я изменник. Соня исчезла. Тогда у меня не было ресурсов найти ее, тем более за рубежом. А потом, когда появились, я решил, что нет смысла ворошить прошлое. И хоть эта девушка не отпускала меня долгих пять лет, я предпочел реальную жизнь фантому.

Про Руслана я тоже мало что знал — слышал, что также уехал за границу и женился. На ком, неизвестно. У него никогда не было соцсетей, а общие друзья разбежались кто куда.

Буквально вчера я узнал, что Белов будет моим новым замом, и от нас ожидают плодотворного сотрудничества. Мы тактично сделали вид, что не узнали друг друга, и на собрании вели себя как взрослые люди. В конце концов, делить нам нечего.

Но, как оказалось, шокирующие известия на этом не закончились. Именно поэтому я удивленно смотрю на свою бывшую девушку, которой когда-то горел, с которой мечтал построить семью, воспитать детей и счастливо состариться.

Она изменилась. Стала еще красивее. Светлые волосы распущены и обрамляют нежное лицо. Голубые глаза, в которых я когда-то тонул, окидывают меня с недоверием, отчего становится понятно — она удивлена ничуть не меньше меня.

Соня нервно облизывает розовые губы, а я забываю, где мы находимся, и ныряю в воспоминания, в которых мы с жаром целуем друг друга.

На ней брюки, плотно обтягивающие стройные ножки и бедра, и свободная рубашка. Стильно, удобно. А еще невероятно сексуально.

Она по-прежнему ощущается родной. Родная, но… не моя.

— Ты готов? — спрашивает она нежным голосом, от которого учащается пульс.

— Да, — я стараюсь говорить как можно спокойнее. — С чего начнем?

Соня встает, оставляет свой рюкзак и чехол с фотоаппаратом на стуле и подходит к аппаратуре, которую установили накануне.

— Мне нужно проверить свет, а после приступим.

Киваю и погружаюсь в работу. Точнее, делаю вид, что погружаюсь в работу, краем глаза следя за Соней. Она переставляет лампу, а после берет фотоаппарат и щелкает затвором.

Потом смотрит на то, что получилось, и снова поправляет свет.

Отворачиваюсь к монитору и пытаюсь вникнуть в суть отчета, который мне выслала помощница, но все без толку. В это время Соня ходит вокруг меня и фотографирует, меняя объектив и угол съемки.

Краем глаза вижу, что она постоянно откидывает волосы назад, потому что длинные светлые пряди лезут в лицо и мешают ей работать.

— Дим, — зовет она тихо, и от моего имени, произнесенного ее устами, просто срывает планку.

— Да? — я оборачиваюсь и смотрю на нее.

— Можно попросить карандаш? — робко спрашивает она.

— Карандаш? — тупо переспрашиваю.

— Я забыла резинку для волос, а они мне мешают. Хочу собрать.

Я, конечно, слабо представляю, при чем тут карандаш, но достаю его из стакана и протягиваю Соне.

Та благодарит меня, подходит ближе. В этот момент обращаю внимание на тоненький серебристый ободок обручального кольца на безымянном пальце.

Значит, замужем.

Этот факт неожиданно больно бьет. Не знаю почему — ведь прошло много лет, а Соня была и остается красивой девушкой.

Она делает что-то невообразимое с волосами и втыкает в них карандаш, на котором, похоже, и держится прическа.

— Готов продолжить? — спрашивает она.

— Да. Что нужно делать?

— Подойди, пожалуйста, к окну и посмотри в него.

Я выполняю все, что говорит София.

— Как у тебя дела? — спрашиваю неожиданно даже для себя самого.

Соня на секунду замирает, но быстро берет себя в руки и продолжает щелкать затвором, пока я становлюсь в разные позы.

— Все в порядке. А у тебя как? Слышала, ты работал за границей.

— То же самое могу сказать и о тебе, — замечаю я.

— Ну… я вернулась не так давно.

— Да. И я.

— Давай перейдем на диван. Присядь и возьми вон ту газету, — командует она и прячется за камерой. — Тебя пригласили сюда, да?

Делаю все так, как говорит она, и отвечаю.

— Я работал в Америке на местную торговую компанию. Теперь вот переманили обратно на родину.

— Понятно, — произносит она.

— А ты почему вернулась?

Соня словно впадает в ступор и замирает, нерешительно выглядывая из-за фотоаппарата.

— Я… а… — мнется она.

Неожиданно распахивается дверь, и в кабинет входит Ласнецов:

— Дмитрий Артурович, я к вашим услугам! — рокочет один из моих директоров и удивленно вскидывает брови, глядя на нас с Софией. — О, вы не один. Прошу прощения.

— Да, Алексей Ильич, не могли бы вы подождать… — начинаю я, но София перебивает:

— Нет-нет, мы уже закончили.

Она начинает спешно собирать аппаратуру, пару раз у нее падают вещи. Мы с Алексеем удивленно смотрим на нее.

Я бы хотел, чтобы она осталась. Мне было бы интересно узнать больше о ее жизни, но Соня откровенно убегает.

— Всего доброго, Дмитрий Артурович, — говорит быстро, не смотря мне в глаза, и трясущимися руками заправляет прядь за ухо. — Фотографии я пришлю вашему помощнику. Вернее, помощнице. Точнее, м-м-м… помощницам.