Развод. Цена ошибки (СИ) - Черничная Даша

— Ах, не понимаешь? — усмехаюсь я от такой наглости. — А когда трахал нашу однокурсницу, тоже ничего не понимал?

Дима хмурится, меж бровями пролегает складка:

— Я не помню ничего из той ночи, — произносит он и запускает дрожащие пальцы в свои темные волосы, взлохмачивает их еще больше.

— Что, так классно развлекся, что забыл? — спрашиваю с едким сарказмом. — Хочешь, покажу видео, напомню? Знаешь, там есть прекрасные кадры: мой любимый мило спит в объятиях другой девушки.

Димка хватает меня за плечи, заглядывает в глаза и говорит надрывно:

— Сонь, я правда не помню ничего. Позвонил Рус, попросил приехать, якобы дело есть, я. Кто-то дал мне бутылку воды, а дальше все. Провал. Утром проснулся, а ты меня уже ненавидишь и знать не желаешь.

Мне хочется ему поверить. Хочется думать, что его слова — чистейшая правда. Но как я могу довериться Волкову? Ведь я видела все своими глазами.

Двигаю плечами и скидываю его руки, обнимаю себя, пытаясь унять дрожь в теле, смотрю в темные омуты Диминых глаз и говорю как можно спокойнее:

— Ответь мне честно: ты с ней спал?

Желваки на скулах моего бывшего парня начинают двигаться, он шумно выдыхает воздух и произносит тяжелое:

— Я не помню, Сонь.

Мир замирает на мгновение, а потом взрывается над моей головой:

— Ну вот и все, Дим, — шепчу еле слышно и чувствую, как по щекам текут горячие слезы.

Волков подходит ко мне, стирает ручейки шершавыми пальцами:

— Поверь мне, любимая. Не мог я, понимаешь? Не мог… В мыслях — ты одна. Всегда.

— Не могу, — шепчу солеными губами, вырываюсь из его рук и отхожу от Димки на пару шагов, сказав на прощание:

— Я уезжаю, Дим. Далеко. Наверное, и не свидимся больше.

— Что? — хмурится он и тянет руки ко мне: — Куда уезжаешь? Не надо, Сонь. Останься, мы разберемся во всем.

Волков расстроен, растерян, хмур. В глубине души мне что-то не дает покоя, будто я совершаю ошибку. Будто я еще пожалею обо всем. Но какой тут может быть выход? Будущего с Димкой я больше не вижу.

— Как я могу тебе довериться, если у тебя самого не получается себе поверить, Дим? — спрашиваю устало. — Нет у нас с тобой никакого будущего. Больше нет.

Разворачиваюсь и ухожу, глотая слезы. Давясь ими и проклиная жизнь за то, что так поступила с нами.

— Дима? — я едва не роняю чехол с фотоаппаратом.

Мой бывший парень сидит за столом, и он полностью погружен в монитор перед ним.

Услышав мой голос, он поворачивает голову и задерживает на мне взгляд. Его лицо непроницаемо, я не могу понять, какие эмоции он испытывает. Он моргает пару раз, затем медленно встает и поправляет пиджак.

Его внешний вид… что уж тут… мне впору еще разок обронить челюсть, потому выглядит Дима шикарно. Это больше никакой не Димка, а самый что ни на есть Волков Дмитрий Артурович — генеральный директор AMA Group.

Черные волосы, которые раньше часто были в творческом беспорядке, сейчас красиво подстрижены и модно уложены. На нем потрясающий черный костюм, который удачно оттеняет кипенно-белая рубашка. На ногах — начищенные до блеска туфли. И никакого галстука.

Я помню, как он ненавидел их. Однажды мы попали на прием к его родителям, и я застала сцену, как мать уговаривала Диму надеть галстук или бабочку, но безрезультатно. Да уж. От воспоминаний о том вечере мороз идет по коже. Даже лишний раз думать о нем не хочу. Я чувствовала себя белой вороной. Лишней на этом празднике жизни. Хоть мне в лицо и не высказали свое откровенное «фи», я ощущала себя не в своей тарелке.

Волков идет ко мне навстречу спокойной и размеренной походкой. Остановившись на приличном расстоянии, протягивает руку и говорит:

— Добрый день, София. Неожиданная встреча, не буду врать.

Его тон холоден, а вот рука горяча. Я пожимаю ее и быстро отпускаю, потому что телесные контакты сразу же вызывают нежеланные воспоминания.

— Здравствуй, — говорю как можно спокойнее, — для меня это тоже сюрприз.

Дима кивает, проводит рукой, предлагая мне сесть, а сам идет к своему столу и садится.

— Я так понимаю, ты тот самый фотограф, который должен фотографировать весь новый совет правления.

— Да, — киваю и сажусь, потому что ноги вмиг становятся резиновыми.

— Тебе объяснили задачу? — деловито спрашивает он.

— Да. Живые фото, никакой постановки, — произношу и откашливаюсь, потому что в горле пересыхает.

Дима смотрит на меня, затем нажимает на кнопку селектора и говорит:

— Ксения, принесите бутылку воды.

Меньше чем через тридцать секунд передо мной вырастает брюнетка, ставит стакан, стеклянную бутылку воды из холодильника, у которой уже откручена крышка, и спрашивает у своего босса:

— Дмитрий Артурович, еще будут указания? — тон нейтральный, без каких-либо сексуальных подтекстов.

— Да, предупреди Ласнецова, что я жду его через тридцать минут. Думаю, Софье хватит этого времени, чтобы управиться.

Брюнетка кивает и уходит, а я жадно пью воду.

— Готова? — спрашивает Дима.

— Да, — отвечаю я, хотя понимаю, что ничерта не готова.

Глава 5. Кристиан Грей

Соня

С Танюшкой мы не виделись около полугода. Последний раз она приезжала к нам с Русланом в Гамбург в свой отпуск.

Помню, как чудесно мы провели тогда время. Мужу как раз нужно было уехать в командировку в наш родной город, а мы оторвались девчоночьей компанией.

— Слушай, давно хотела спросить, — пьяно лепечет Таня, потягивая вино из пузатого бокала, — ты что-нибудь слышала о Диме?

Я давлюсь напитком, который моментально становится у меня поперек горла.

— Откуда? — хрипло спрашиваю я. — Мне до его жизни нет никакого дела.

— А-а, — Таня усаживается поудобнее на диване и неуверенно продолжает, — а то я слышала, что он уехал в Америку. Якобы какая-то крутая фирма забрала его за очень большой гонорар.

— Мне нет никакого дела до Волкова, — перебиваю я ее и отставляю бокал на столик возле дивана. — Он в прошлом, и его жизнь мне неинтересна. У меня муж и собственное дело. Все.

С Танюшкой мы сидим больше четырех часов, а когда я спохватываюсь, на дворе уже ночь.

Прощаюсь с подругой и спешу домой. В такси проверяю телефон и нахожу сообщение от Руслана:

«Детка, ты, наверное, у Таньки? Я устал как собака, лягу спать. Прости, малыш, что не отметили наш переезд. Обещаю: завтра реабилитируюсь».

Захожу в квартиру тихо, стараясь не шуметь. Руса нахожу спящим на кровати. Разложенный пустой чемодан лежит возле гардероба. Открываю дверцы шкафа и вижу, что его одежда развешана. Быстро принимаю душ и возвращаюсь в спальню. Вместо того, чтобы лечь в кровать, подхожу к прикроватной тумбочке со стороны мужа и беру его телефон.

Снимаю блокировку и открываю сообщения.

Сердце бешено стучит в груди. Что же я делаю? Как ревнивая жена, лезу проверять мужа на предмет измены, словно в самых пошлых анекдотах?

Да, потому что даже эти мысли не останавливают меня.

Просматриваю переписку в мессенджере и ищу диалог. Ищу, ищу, но … не нахожу.

Меня трясет от волнения, я боюсь, что Руслан проснется и увидит, что я ковыряюсь в его телефоне, начнет скандалить.

Трачу несколько минут на поиск диалога с некой Юлей, но нигде его нет. У меня что же, помутился рассудок? Неужели мне показалось все это? Лезу в папку с контактами. Вот тут контакт с именем «Юля» находится быстро. Никаких фото, заметок о контакте или упоминаний о том, кто это может быть.

Так. Привет, паранойя.

Закрываю все окна и кладу телефон на место. Ложусь на свое место и сворачиваюсь клубочком. Старое, давно забытое ощущение, что меня предали, поднимается откуда-то снизу. Я практически осязаю его, как свою кожу. Не знаю, что это, интуиция или просто какие-то глупости. Но чувство есть, и оно никуда не делось.