Чужие свои - Вад Капустин

— Трус, — пренебрежительно бросила Анка, скорчив угрожающую гримасу. — Можешь радоваться, провокатор! Мне официально приказали выйти за тебя замуж! — И она, не в силах больше сдерживаться, громко, взахлеб, расхохоталась.

— Истерика. От счастья, — понял Седов и протянул «будущей официальной жене посла» стакан воды. Как ни странно, он ошибся. Анка отмахнулась, утирая выступившие от смеха слезы, потом, все еще посмеиваясь, делая короткие паузы, объяснила:

— За этот героический подвиг… ха-ха… мне присваивают… ха-ха… внеочередное звание! Трепещи, альтаирец! Перед тобой майор Анна Одинцова!

— Майор Анна Седова, — педантично поправил Валерий, не скрывая довольной улыбки.

— Уже и собственного имени лишают, — не известно кому пожаловалась Анка и, внезапно погрустнев, добавила:

— Почему в жизни все так несправедливо устроено? Столько бороться за карьеру, за повышение, и потом получить вот так… Что даже и не радуешься…

— Могло быть и хуже, — философски отозвался Седов.

— Могло, — печально согласилась Анка.

— А правда, что Малютин женился на малолетке? — Валерий попытался отвлечь жену от грустных мыслей.

— Их дочь на пять лет старше меня! — фыркнула Анна.

— Это сейчас, а тогда?

— Тогда? Даниле было за сорок, а Кате восемнадцать, и она была ашшурской шпионкой. Это ты хотел услышать? — с вызовом спросила Анна. — Так вот, это правда! И я тебя очень прошу, не ссорься с ними — с Богомоловым, с Малютиным, — голос ее смягчился. — Знаешь, я, как и Лесик, выросла в интернате СБ. Мои родители, они, ну… ушли очень рано, и обо мне позаботились комитетчики. Данила мне вообще как второй отец!

— Понятно, — не стал комментировать Седов, но был удостоен пристального взгляда темных глаз.

— Кстати, вместе с почетным званием законной жены альтаирского посла мне доверено ответственное задание — твоя круглосуточная охрана. И днем и ночью.

— Ничего, — успокоил Валерий. — Главное — ночью. А днем можно подрядить на это дело кого-то другого.

— Не беспокойся, — хищно оскалилась Анка. — Я тебя и днем не упущу из виду.

Свадьбу и официальный прием по случаю вступления в должность новоявленного альтаирского посла, по обоюдному согласию, решили объединить в одно мероприятие.

Прием проходил в Гагаринском переулке, в невысоком старинном доме постройки двадцать второго века из радужного марсианского камня. В особняке было восемь банкетных залов, множество кабинетов, библиотечных хранилищ и спортивных комплексов, а на нижнем, полуподвальном ярусе располагались жилые покои для посольских работников и отель для официальных гостей и делегаций. Сейчас, по статусу, семье Седовых принадлежали лучшие апартаменты нижнего яруса — просторная пятикомнатная квартира с выходами в зимний сад, бассейн и подземную оранжерею посольства, с санитарными и медицинскими блоками в каждой комнате.

После вручения послом верительных грамот главе Департамента галактических связей, представлявшему на церемонии президента Солнечной, четырехэтажный особняк, дар правительства Земли Альтаиру, по случаю знаменательного события — открытия официального альтаирского посольства — был украшен галактическими символами обоих миров. Посольство великой цивилизации открывалось не только впервые на гуманоидной планете, но и, если верить историческим справочникам, вообще в первый раз появилось в одном из миров Содружества. Седов отлично знал, что справочникам верить нельзя — история отношений Земли с Альтаиром насчитывала немало драматических страниц, однако все альтаирские материалы были засекречены СБ, и в дипломатической Академии преподаватели этой темы избегали.

Флаг и эмблему Альтаира, которые дипломатический корпус потребовал предоставить в обязательном порядке, Валерию пришлось изобретать самому. Брангир, пойманный по дальсвязи, встретил вопрос об альтаирских эмблемах и флагах искренним смехом, и, отвеселившись, оставил дизайн галактической символики на усмотрение посла.

— Но отнесись к этому серьезно, — предупредил борн. — То, что ты сейчас придумаешь, станет знаком Альтаира для всей метагалактики. Ты все-таки наш первый полномочный посол, понимаешь?

— Понимаю, — огрызнулся Седов. — Кому-то десять минут здорового смеха, а кто-то должен ломать голову, изобретая символы для всей обитаемой Вселенной. Хорошо еще, что гимн сочинять не заставили. А что — «С песнями — на Альтаир!»

— Верю, ты справишься, — борн ехидно подмигнул всеми семью стебельчатыми глазками и отключился.

После недолгих раздумий Валерий взял за основу эмблему Солнечной, переиначив ее применительно к альтаирским реалиям: белое солнце и семь планет на фоне темного неба. В конечном итоге флагом Альтаира стало темно-синее полотнище с семилучевой белой звездочкой в центре, окруженной семью желтыми шариками. Пять шариков размещались вертикально по одной линии: три сверху, два снизу, а еще две планеты, четвертая и пятая, — прародины борнов — располагались на вытянутых пересекающихся орбитах с противоположных сторон, справа и слева от звезды.

Символику одобрили все: альтаирцы, дипломатический корпус, земная СБ и Анка, которая активно участвовала в творческом процессе, безжалостно критикуя все гениальные дизайнерские идеи мужа. Услышав от жены сдержанное «Терпимо!», счастливый Седов назначил, наконец, дату приема.

Эстетическую и кулинарную часть банкета Валерий предоставил компетентным служащим посольства. В остальном он доверился Рику Диксону, добровольно взвалившему на себя тяжкий груз организации официальной церемонии: секретарь дипкорпуса до сих испытывал к Седову глубокую признательность за вмешательство в альтаирский конфликт и его удачное разрешение. Получив благодарность лично от президента Хуана Рамиреса Гомеса, и узнав о новой должности старого знакомого, Рик долго потрясенно мотал головой:

— Нет, ты не понимаешь. Понимаешь?! Это же альтаирцы!

Седов пожимал плечами — он понимал, но, наверное, не так, как Диксон. Сказывалась старые контактерские привычки. Ну и альтаирцы, ну и что?

— Я и сам сейчас вроде как альтаирец, — объяснил он, а когда друг осуждающе покачал головой, не оценив шутку, добавил:

— А вот ты для борнов слишком серьезен!

Но организации посольского приема серьезность Рика пошла только на пользу.

Из-за несовместимости расовых вкусов столы с угощением и выпивкой в банкетных залах пришлось группировать по каким-то сложным, известным только дипломатическим экспертам признакам и отмечать специальными флажками, указывающими на специфику экзотических блюд. Некоторых гостей решили даже размещать на разных этажах. К радости посла земляне и большая группа альтаирцев оказались вместе в холле первого яруса. Не желая связываться с приглашениями, Валерий распорядился пускать на банкет всех, кто захочет прийти. Залы были переполнены.