Товар для Слона - Андрей Хазарин

— И не рассчитывай, Рыжая, дома отсидеться!

Ничего себе! Он что, после Чернобыля ещё и телепатом стал? Или у меня все на морде написано?

— Я говорю, что все сделаем, как планировали: и на шашлыки поедем, и окна помоем…

— А как же твои процедуры?

— В перерывах между рюмками.

И болеть он тоже не умеет! Хотя что за радость болеть, когда плохо? Болеть надо, когда ничего не болит, а тебя просто балуют, вкусненьким кормят, развлекают. А ты лежишь себе и страдаешь… Чтобы все видели, что они не зря на тебя время тратят…

Это я так когда-то гриппом болела. Когда температуру сбили, стало полегче… Папенька мне тогда Брэдбери и подсунул, «Вино из одуванчиков». День был солнечный, в комнате тепло, тихо. Я валялась на диване и глотала страницу за страницей…

До сих пор это воспоминание осталось — уже сколько лет прошло. И Брэдбери с тех пор люблю, и так безболезненно поболеть тоже иногда…

— Эй, Рыженькая, о чем задумалась?

— О фантастике.

— Слушай, кстати, я Кунцев свежих видел — у Инны на лотке. Посмотри, когда домой ехать будем. А то я не помню названий.

— Не посмотрю — я на пять к Надьке иду.

— Ладно, Андрей отвезет. Ждать тебя надо?

— Не надо. Сам понимаешь, эту работу не спланируешь.

— Хорошо. Тогда добирайся домой сама, как большая девочка.

Я кивнула. И в этот момент раздался звонок в дверь. Клиент наконец появился.

Серега проводил его к нам. Господин Власов оказался мужчиной небольшого роста, очень и очень близким к пенсии. А может, уже давным-давно на заслуженном отдыхе. Но глаза молодые, абсолютно здравомыслящие. И в лице, кстати, холодная оценка и сосредоточенность.

Огляделся по сторонам, без приглашения уселся в гостевое кресло.

— Добрый день. Чем можем быть вам полезными?

Голос мой был сух и официален.

— Да вот, рекомендовали мне услуги вашей фирмы.

— Кто, любопытно?

— Игорь Данилович из «Шедевра».

Ага, нормально. Упомянутый Игорь Данилович командует охраной в некоей ремонтной фирмочке, для которой мы успешно поработали. Только одно мне непонятно: он, Игорь, мой ровесник, непохоже, чтобы таким, мягко говоря, взрослым, он советы раздавал…

А господин Власов ещё раз по сторонам огляделся, вытащил из кармана пачку сигарет и зажигалку.

Я решительно вклинилась в его жизненные планы:

— Простите, пожалуйста, у нас в офисе мы просим не курить.

— За здоровье боитесь?

— Да, угадали.

Ох, не надо бы тебе, дедуля, такие вопросы задавать! В этих стенах не ты хозяин — не тебе и иронизировать.

А он, Власов, сигареты не прячет, ждет, наверное, когда для него лично сделают исключение. Не дождешься, дедуля.

— Идемте во двор — у нас там курилка.

В. А. Колесников, известный миротворец. Писмэйкер. Сорок пятого калибра.

— Анна Георгиевна — дама неуступчивая. Да и денек сегодня теплый. Вот и совместим приятное с полезным.

И аккуратненько так повлек клиента на свежий воздух. Ну, это его работа — клиента разговаривать и заказ принимать. Вот пусть на солнышке и побеседуют.

Я начала собирать бумаги для разговора с Надюшей. Щелкнул замок приехал Андрей. Значит, ещё какой-то урок исполнил.

— Слушай, Ася Георгиевна, с кем это я сейчас Вадим Андреича во дворе видел?

— А бес его знает. Клиент. Зовут Власов Федор Гаврилович. А что?

— Пока ничего. Только весной я этого Власова вместе с ИванИванычем покойным встречал. Вот и заинтересовался.

Глава 3

Привет с того света

Федор Гаврилович Власов оглядел скамейку, вынул из кармана плаща газетку, подстелил, сел. Понес было зажигалку к сигарете, остановился, протянул пачку мне. Я покачал головой, вытащил свои. Закурили.

— Вам привет от Иван Иваныча, Маугли.

Та-ак… С того света приветик. Собственно, это всего лишь пароль, но при сложившихся обстоятельствах звучит двусмысленно. Лягушонок Маугли — это меня в СИАМИ такой кличкой наградили, от инициалов КВА. Юмористы… А кто ж ты такой, господин Власов, что пароль знаешь? Учитывая возраст, можно предположить…

— Петр Петрович, полагаю?

Выпустил струю дыма, кивнул. Улыбается легонько. Это у них с покойным Иван Иванычем общая манера: улыбаться невпопад. Видно, профессиональное, для возможного наблюдателя со стороны.

— И чем могу служить? — спрашиваю.

— Ну как же, Вадим Андреич, вы все ж таки наш сотрудник.

— Ваш? Не знаю. Поступал я на работу к Иван Иванычу покойному, и теперь, полагаю…

— Нет, отчего же… Скорбь наша безутешна, но незаменимых людей нет. Все мы смертны, однако работа должна продолжаться.

— Уважаемый Петр Петрович, давайте сразу расставим точки над «i». Вы прекрасно знаете, что день, когда погиб…

— …безвременно погиб!

Что? Ты, иезуит старый, меня хочешь пристегнуть к этой гибели? А вот фиг тебе!

— …Иван Иванович, — внешне не реагируя на его слова, продолжил я, этот день резко изменил мой настрой и мои обстоятельства. Я задание Иван Иваныча выполнил в полном объеме, материалы представил исчерпывающие, так что никаких обязательств за собой не чувствую. Но теперь я, можно сказать, человек семейный, подвергать опасности жизнь свою и Анны Георгиевны больше не желаю…

Я вдруг поймал себя на том, что говорю архаичным языком, — и удивился. Потом сообразил, что оправдываюсь, — и обозлился.

— Короче: я вам не должен, вы — мне, и на том квиты. Считайте, что я подал заявление по собственному желанию.

— В случае служебной необходимости администрация может задержать увольнение на срок до двух месяцев со дня подачи заявления.

— В таком случае администрации придется ещё оплатить мне временную нетрудоспособность по бюллетеню — я завтра ложусь в больницу.

Петр Петрович приподнял бровь:

— Но за вычетом полученного вами под расписку аванса в размере эквивалента пятисот условных единиц.

Я было опешил, но тут щелкнула память: ну да, был такой эпизодец, выдавал мне Иван Иваныч пятьсот баксов под расписку.

— Ну-у, Петр Петрович, нужно внимательнее читать финансовые документы! Какой аванс? Выплата была произведена для покрытия непредвиденных служебных расходов, в той же записке поименованных! Иван Иваныч, царствие ему небесное, был человек пунктуальный…

Улыбка Петра Петровича стала шире:

— Сдаюсь, сдаюсь! Где мне тягаться с дипломированным юристом! Однако, если всерьез, заявление вы мне все-таки напишите задним числом, порядок есть порядок, да и материальные ценности кое-какие за вами числятся…

Это он о чем?..

Петр Петрович, видя мое недоумение, согнул указательный палец, словно нажимая на спусковой крючок, тут я сообразил: пистолет-то они мне выдавали! — и кивнул. Он тоже кивнул и продолжил фразу:

— …а пришел я к вам в качестве клиента.

Клиент — это другой разговор. Клиенту можно и отказать, не начальство. Однако же и платит клиент не как начальство. Что ж, переключаемся на соответствующий режим.

— Слушаю вас, Федор Гаврилович.

Так что это за Власов такой, которого Андрюша встречал с Иван Иванычем? Неужели история с СИАМИ ещё не кончена?

Я шмыгнула в кухню, выглянула из-за занавески. Сидят, голубки, беседуют. Только рожа у Колесникова нестандартно сосредоточенная. И спина закаменела. Серьезный разговор, видно, идет. И неприятный.

Если и вправду СИАМИ, то, конечно, неприятный. Не успел Димка развязаться с квартирными жуликами, как эти его подобрали. «Сверхсекретное подразделение МВД»! Это они ему так мозги пудрили. Вруны, каких свет не видел. Хотя это я зря, свет много чего видел. Но Колесникова они уж точно на пустой крючок поймали красивыми словами о борьбе с коррупцией и преступностью. А он поверил, как мальчишка, заела романтика благородного шпионажа. И только после всей этой истории с наркотиками и работорговлей у него глаза открылись. СИАМские начальники Димку подослали, чтобы через нашу контору найти ход в головную фирму, в «Татьяну». Только никого они не собирались разоблачать и под суд отдавать, им Слон заказал вызнать манохинские секреты, чтобы перехватить выгодный бизнес или хоть в долю войти… Вот тогда мы с Колесниковым и познакомились…

А потом Ире удалось сбежать из махденского борделя и вернуться домой, а мы с Димкой начали её прятать и спасать и понемногу раскопали всю историю, а потом Надежда через девочек вызнала, какое на самом деле дерьмо это СИАМИ, я психанула, Димку из дому выгнала, решила, он тоже такой… вот так они нас чуть не развели насовсем, СИАМы эти проклятые…

Я уже считала, что они отцепились от Димки. Но выходит, нет, недостаточно им, что нас чуть не убили!

Хотя что это я завелась? Мало ли кого и с кем видели, что из того? Ну встречался Димкин покойный начальничек с кем-то. Ну и что? Я тоже черт-те с кем встречаюсь. Даже на лавочке сижу. И мороженое ем. Надо же информацию добывать.