Товар для Слона - Андрей Хазарин

Комнату, что побольше и подальше от наружной двери, попросил под «компьютерную залу» Шварц — во-первых, северная сторона для компьютера здоровее, чем южная, раз уж кондиционеров у нас пока нет (и не предвидится). А во-вторых, совершенно не обязательно, чтобы каждый посетитель сходу совал нос в нашу сокровищницу.

Так что мне досталась первая от входа комната. В качестве приемной. Мы здесь нашего клиента разговариваем.

И последнее, но совсем немаловажное достоинство нашего нестандартного офиса — кухня. Я-то хорошо знаю, как можно загнать желудок бутербродами. А мой господин и без того жизнью загнанный…

Правда, за занавеской в этой кухне имеет место ванна. Вот ей мы ещё не нашли применения. Пока. А там видно будет…

Такая вот у нас хатка на первом этаже. Раньше её хозяевами были три далматина: два побольше и один поменьше. А также их обслуживающий персонал в лице владельца и владелицы. Не знаю уж, почему они квартиру сдали, только помню, что хозяйка все сокрушалась, где ей теперь собачек выгуливать.

Здесь-то дом стоит на углу двух улиц и одной стороной (не нашей) смотрит в парк. То есть, теперь это парк. А раньше было кладбище. От этого невеселого заведения осталась в парке церквушка и деревья (кусты искоренили — во избежание). Церковь действующая, и весьма активно. Да ещё несколько могил — тех людей, которые и в самом деле составляли когда-то гордость нашего города и на чьи памятники даже ретивая рука не поднялась.

Кладбище было старое, давно закрытое, пионеры окрестных школ растаскивали оградки на металлолом — и весьма в том преуспели. Потом градоустроители решили создать на этом месте парк. И назвали его «Молодежным», потому что рядом комплекс студенческих общежитий. Естественно, народная мудрость тут же породила название «Молодежное кладбище».

Честно говоря, местечко не очень уютное. Скамеек полторы штуки, пара лесенок и горка для детишек. Так, скверик… Да и церковь как-то мешает прогуливаться просто так. Правда, имеется небольшое кафе с летней площадкой, как же, его наипервейшим образом возвели, раньше лесенок и скамеек. В народе кафе зовется скромно: «Могилка».

А вот собакам здесь хорошо. Вечером целые клубы собираются — животные отдельно, хозяева отдельно. Пока братья меньшие резвятся, большие братья решают проблемы.

Мы иногда возвращаемся домой поздновато. А парк — самая короткая дорога до метро. И когда начинает темнеть, а на тебя несется какое-нибудь баскервильское чудовище, бывает не очень приятно. То есть, бывало. Сейчас мы уже всех хозяев и всех собак выучили. А они нас. Привыкли по-соседски…

Сегодня я добиралась на работу сама. Димку с утра прихватило, остался отлеживаться. Обещал приехать, как полегчает.

Вообще, честно сказать, с этими поездками туда и обратно глупо получается. Колесников каждый день бурчит, да я и сама почти согласилась. Но вслух пока не публикую.

Вот живем мы у меня на Черной Горе. Дорога занимает минут сорок, если на метро ехать. А до Димкиной квартиры возле Дворца брака (когда-то кто-то сострил, а теперь как так и надо) — минут пятнадцать пешком. Казалось бы, переезжай к мужику своему и не бери в голову. Но… Вот именно «но». Не хочу я пока переезжать. В своей квартире я сама себе госпожа. Сама себя уважаю и от всех остальных могу того же требовать. А в чужой?

Вот то-то. Не хозяйка — и все тут. Гостья или обслуживающий персонал. Хрен редьки не слаще. А замуж, уж простите, не тороплюсь. Нет, не боюсь продешевить. Не перебираю харчами. Не так уж дорожу независимостью. И Димкой вполне довольна. Но ведь самое главное, что дает брак, это возможность жить вместе — ну, мы и так живем вместе…

Может, и бардак у меня в голове. Может, как говорит одна приятельница, в мозгах завелся преогромный таракан. Но вот не тороплюсь я пока за печатью в паспорте. Скорее всего, я как та кошка, которая, один раз усевшись на горячую плиту, второй раз уже и на холодную не сядет…

Хотя, наверное, когда пойдут дожди, мой таракан станет посговорчивее. А пока что я опять на каблуках, опять от метро добираюсь в офис своей фирмы. И хочется мне, чтобы Димка поскорее приехал, и не хочется. Отлежаться ему просто необходимо. Но ведь его величество — мужчина самоуверенный. Плюс четко знает, что его урок никто кроме него не сделает. Вот и ходит на службу весь перекореженный, болезнь свою пересиливает…

От мыслей о достоинствах и недостатках этого господина надо избавляться как можно быстрее. Лучший способ — делом заняться. А делом заниматься лучше всего, пока никто не мешает.

Хотя мешать особенно некому — в фирме нас вообще раз-два и обчелся. Всего четверо. Из них двое — мы с Димычем. Третий — шофер Андрюша. Его Колесников из старой фирмы привел. Числится шофером, но время от времени очень дельные мысли подсказывает. Особенно по части «наружки» — наружного наблюдения (это я уже осваиваю новые слова). По-моему, Андрей — настоящий профессионал-оперативник. Уж не знаю, то ли из органов, то ли в СИАМИ опыта набрался. Но Димка ему доверяет. Короче, это его кадр. Хотя и мне он нравится. С виду ничего особенного, весь такой средненький, пока в глаза не заглянешь. Я на него сперва косилась, но потом разглядела. Теперь и я ему доверяю.

Ну, а четвертый сотрудник — кадр уже мой. Шварц ненаглядный, одуванчик наш. Как только уволилась я из ИФЦ сама, сразу стала уговаривать Сергея, немножко ему приоткрыла глаза на головную фирму, на Манохина с его Валентиной, на их бордельно-героиновый бизнес. С Димкой встречу устроила. Убедили. Ушел Шварц из брачной конторы. По-хорошему ушел, без шума и скандалов. Просто списал свои программы и подал заявление.

А мы его у себя тут же трудоустроили. Вот поэтому для меня все привычным и осталось — инфракрасные басы мужчин в офисе, чай-кофе клиентам и неспешные разговоры. Только разговаривает теперь больше Димка, я на заднем плане держусь, Анечку-секретаршу изображаю (была у нас в ИФЦ такая, девочка, что называется, простая и простодушная).

Интересная работка (не в смысле наивную дурочку из себя строить, а вообще), хотя иногда глаза на лоб лезут. Если бы только знали наши клиенты, сколько информации они сами выбалтывают! Это просто уму непостижимо! Языки у людей просто без костей… Или они считают нас чем-то вроде исповедальни?..

Теперь я плотнее влезла в Надину Службу Информации Секретарш (это её Игорь все ехидничает, иначе как «СИС» не выражается). Великое дело, неформальное объединение единомышленниц, рожденное в целях самозащиты (ибо «предупрежден — вооружен»). Можно сколько угодно острить про бабьи сплетни, но Надежда Павловна умеет из них вылущивать зерно истины. При нашем нынешнем промысле не использовать такую сеть — глупо. Забрать Надежду к нам я не смогла — не согласилась она бросить свое место главбуха. Но все-таки оформили мы сотрудничество вполне законным образом, как консультации. Она меня постепенно связала со своими девчонками, теперь я и сама езжу к ним. Иногда и они ко мне… Странная такая работенка. Но очень и очень напряженная.

Кроме шпионской, мы и нормальную экономическую деятельность завели по совместительству. Чтобы доходы равномернее поступали. Нам выгода и клиентам тоже. Экономисты у нас замечательные! Сертифицированные, зубастые, как акулы, аудиторы без работы: Валентин и Саша. Сашка — она высоченная и очень симпатичная дама, готовая диссертация на полке пылится, а Александра семью кормит. Поэтому если появляется заказ, мы вызываем именно девочку Сашу. Работяга дай Боже, все у неё в руках горит, мы её с удовольствием взяли бы в штат — не хочет, говорит, наши дела для неё семечки, ей нужна свобода: чтобы раз в сто лет, когда подвернется, делать работу для души. Жаль. Честное слово, жаль.

Вот, пожалуй, и все. Теперь осталось только к сегодняшнему дню подготовиться. Для двоих клиентов отчеты написаны, в папочках лежат. Прогоню последний раз через «корректор» заключение аудита, распечатаю — и все мои сегодняшние клиенты будут удовлетворены. А после трех я поеду к Надежде.

Глава 2

Занятия по плану

Серега и Димка зашли в офис вместе. Два высоченных мужика. Продолжают какой-то начатый в транспорте разговор, смеются.

— Вы чего развеселились, крошечки?

— Да так, денек хороший. Солнышко светит.

Это правда, денек неплохой. Только по твоей физиономии, миленький ты мой Колесников, можно уже сегодня предсказать не только первый день заморозков, но и первую февральскую оттепель. Крутит его, бедного. Но он же герой-пионер, он виду не подаст. Ни за что! Ладно, будем считать, что я ничего не заметила.

— Значит так, господа. У Марии Леонидовны я была, список посетителей у тебя на столе, начальник. А ты, Сереженька, проверь, нет ли для нас чего нового в почте… Да вы что, мужики?! Скоро полдень — работы навалом…

Закончить я не успела — родненькие коллеги по-быстрому взялись за дела. Честно говоря, пошумела я так, больше для порядка. Но уж кто-кто, а Колесников точно знает, что спорить со мной нужно только по поводам серьезным.