Две жизни для волчицы - Миранда Грин

запомнить запах. Было в нем что-то знакомое, но все перебивалось запахом морской соли и хвои, потрясающее сочетание. Он блеснул желтоватыми глазами, практически зеркально повторяя жест. Спиной улавливаю едва ощутимое движение Андрея.

Запахи оборотни предпочитают внешности. Запах можно перебить, но не перекроить полностью. А еще по запаху можно оценить состояние здоровья, у некоторых — даже настроение. Ну и кто с кем в каких отношениях — тоже. Например, Влад отчетливо уловил наши недавние с Андреем “развлечения”, его запах на мне еще остался, пусть и не слишком сильный, все-таки постоянным партнером медведь не был.

А от Влада не пахло никем. Что, на самом деле, странно, потому что у такого должны быть ярые поклонницы. Оборотни вообще достаточно обаятельны по меркам обычных людей, к нам их тянет. Чувствую, как медвежьи пальцы сжимаются на локте, отвлекая. Андрей кивает мне на телефон, я разглядываю сообщение на тусклом экране. И вместо ответа на него пинаю старого друга по ноге. Я не спорю, что новичок симпатичный, но сразу подозревать меня в таких намерениях! Зараза! Уже отвожу руку, чтобы ткнуть медведя локтем под ребра, как краем уха улавливаю тихий смешок, от которого по спине идут мурашки. Почему-то сейчас блондин остро напоминает того самого Полоза из сна. Только мягче и моложе. А еще он теплый… Теплый же?

Якобы случайно задеваю его коленом под столом. Жара, свойственного млекопитающим-оборотням нет. Может, птица? Или ящерица? Все-таки змеев сейчас не осталось, насколько я знаю. Но спрашивать прямо — неприлично, захочет — сам расскажет. Звонок отвлекает от напрасных размышлений, я устраиваю вещи так, чтобы меня было не слишком видно, вернее, мои руки. Благо, что аудитория поднимается вверх ярусами, мы устроились в середине, так что на первые ряды перегонять не будут. Но при этом мы сидим достаточно далеко, чтобы не быть как на ладони.

Меня с двух сторон подпирают, заглядывая в конспект с прошлого занятия. Я снова принимаюсь максимально механически и крайне талантливо переносить лекцию из речи преподавателя в тетрадь, милостиво махнув рукой, мол, так и быть, дам вам переписать. Влад наклоняется слишком близко, так, что дыхание едва ощутимо щекочет шею. По хмыку медведя слева понятно, что попытка прощупать территорию и возможную ревность не удалась. Андрей мне ничего не скажет, даже если я перетаскаю в постель всех знакомых перевертышей. Только пошутит в очередной раз, что у римлян волчица не зря считалась символом похоти.

Пара тянется как жвачка от подошвы, даже я успеваю начать дремать. Ужов утягивает у меня тетрадь, раз уж я перестала записывать, и наспех пролистывает пропущенный материал, а мне внезапно осеняет.

— Ты что, змей? — спрашиваю едва слышно. — Фамилия говорящая?

— Как и у всех… Первый в своей семье за кучу поколений. Отец такой праздник закатил, когда я обернулся впервые.

— Я думала, у тебя все перевертыши. Такой контакт с собой…

— Танцы неплохо помогают. По крайней мере, таким как я. Да и тебе можно попробовать что-то подобрать. Если хочешь, можем обсудить…

— Задние парты, что вы там обсудить хотите?! Сколько можно, Белова? — удар по преподавательскому столу заставляет отвлечься. — Вы целевик, насколько я помню?

— Да. Мы хотели обсудить, — цепляюсь за новый слайд с работой к зачету. — Проектную работу, тему ее. Раз уж она все равно в парах… А нас теперь нечетное количество, все равно одна тройка будет, вот хотела предложить Владу пока к нам присоединиться, чтобы, так сказать, легче влиться в наш дружный тесный коллектив!

Оборотни по бокам от меня начинают согласно кивать, мол, да, именно так все и обстоит. Преподавательский гнев прошел мимо, и это страшно радует. Андрей, правда, отбивает мне короткое сообщение о том, что тянуть эту авантюру с помощью новичку мне придется самой, потому что у него в ближайшие две недели какие-то семейные мероприятия, но он вроде вменяемый, так что не страшно.

Ужов пожимает плечами, мол, ничего страшного, по крайней мере мне так кажется, а вот что он думает по этому поводу на самом деле — я не понимаю. Сейчас его мимика стала удивительно нечитаемой, наверное, это связано с обшей холодностью змей. Но черты лица красивые, правда, кого-то он мне напоминает. А еще он почти не пахнет, что немного сбивает с толку, я-то привыкла, что у каждого есть индивидуальный отчетливый запах, а здесь вот такое… Ну, то есть запах бытовой химии, окружающей среды и всякого такого — в наличии, а вот запаха тела практически нет. Просто понимаю я это не сразу.

Начинаю проваливаться в странную дрему, потому что от одного взгляда на доску и слайды тянет в сон, но Влад ощутимо пинает под столом, не давай закрывать глаза дольше необходимого.

— Она на тебя смотрит, — он наклоняется совсем близко.

— Мне даже как будто бы не наплевать, — с усилием разлепляю глаза, мечтая о какой-нибудь более интересной дисциплине.

— Если хочешь, у меня есть термос с кофе.

— Не поможет, только еще сильнее спать захочу. Меня бодрит только лес, а в городе я толком не сплю, поэтому всегда такая…

— Тоже шум мешает? — он подпирает меня плечом, пока Андрей препирается с кем-то с бокового ряда, я не вижу за его массивной фигурой.

— Ужасно. Только Андрей может уснуть в любом месте и положении.

— Ну, на то он и медведь. Может, тебя ущипнуть? — вдруг предлагает он с гадостной усмешкой на лице.

С возмущением, приоткрыв рот для вздоха, поворачиваюсь к нему, а этот бессовестный и ползучий только ржет. Вот же… Гад! А, ну да, действительно, гад, змей же. Зато меня немного взбодрило. Угрожающе клацаю зубами, пользуясь тем, что никто не смотрит, привлекая внимание Андрея, пробормотавшего что-то в духе “Ты же его перекусишь так!” и получая в ответ совершенно искренний смешок и даже открытую улыбку от змея. А затем — ехидный комментарий, что безнаказанной я в таком случае не уйду, змеи-перевертыши все ядовитые, так что мне стоит несколько раз подумать, прежде чем так поступать. Не скажу, что я резко против, при таком-то раскладе.

Пара заканчивается внезапно, но следующая у нас здесь же и с гораздо более равнодушным к нам преподавателем, тем более, что в конце даже не диф, а обычный зачет. Так что с чистой совестью можно вздремнуть полтора часика, спрятавшись за спины однокурсников. Холодно только, отопления никакого. Ежусь, благодарно выдыхая, когда Андрей накидывает мне на спину снятый с себя нагретый пиджак. По сути дела, это даже не нормальный сон, так, глаза прикрыть, я даже все происходящее