Прерванный полет - Егор Седов

Однако и сейчас, по дороге, расслабляться не следовало. Ведь Кеннеди в свое время именно так и убили — в тот самый момент, когда он ехал в открытом лимузине. Конечно, служба безопасности проверила все здания по пути, но что, если в самой службе завелись заговорщики? Тогда остается рассчитывать только лишь на реакцию девушек-охранниц (несколько из них уже погибли во время прошлых покушений на брата-лидера), да еще на Юсуфа.

И все же Юсуф заметил — тех, кто искренне приветствует вождя, в толпе маловато. Большинство совершенно равнодушны, а есть те, для кого поход для приветствия лидера стал неприятной обязанностью. Кортеж окружала веселая толпа — но все это было лишь видимым глазу действом. В действительности вокруг них образовался коридор из неприязни и равнодушия, по этому коридору и двигался к Зеленой площади лимузин.

Искренними в этой толпе были только дети, махавшие флагами, — как же, увидели самого уважаемого брата-лидера, а такое бывает не каждый день!

Юсуф невольно вспомнил собственную первую встречу с вождем. Было ему примерно столько же, как этим детишкам, что-то радостно выкрикивающим в толпе. Большинству из них возможно увидеть брата-лидера только во время праздника, а вот ему посчастливилось гораздо больше.

Но не стоило расслабляться — дети сегодня точно ни при чем. Нужно внимательно сканировать людей с оружием — всех, даже из гвардии. Если уж заговор созрел в самой семье вождя, что говорить об остальных.

Кортеж двигался по проспекту, брат-лидер махал рукой толпе, стоявшей около желтых невысоких домов. Парад проводился в старинной части города, построенной еще колонизаторами. Туда-то и направлялся лимузин.

Казалось, вождь расслабился — он улыбался в ответ на здравицы, во всей его позе сквозила непринужденность. Но Юсуф мог заметить — вся эта улыбчивость была лишь прикрытием. Брат-лидер настороженно смотрел на толпу — кто же, кто поднимет руку?..

Но не происходило ровным счетом ничего.

Когда белый лимузин въехал на Зеленую площадь, возглас горожан напрочь перекрыл голос диктора, сообщавший что-то по громкоговорителям.

«Храни Господь брата-лидера!»

Хорошо, что гражданские стояли компактно: Юсуф почти мгновенно просмотрел эмоции этих людей. Нет, ничего страшного, хотя равнодушие — у многих, у очень многих. Хотя и не у всех. В любом случае, ничего с их стороны вождю сейчас не угрожало.

Брат-лидер сошел с лимузина на заранее расстеленную ковровую дорожку, около которой выстроились девушки из охраны, сделал несколько шагов, затем быстро обернулся и посмотрел на Юсуфа. Следовало подчиниться этому безмолвному приказу и идти за ним на трибуну.

Именно в этот момент Юсуф и заметил неладное.

Каким образом, он не смог бы вспомнить и сам. Просто как будто что-то больно укололо его в спину.

Он обернулся.

Около пальм было натянуто заграждение, и лейтенант полиции, державший автомат в белых перчатках, спокойно прохаживался рядом.

Неужели?!

Юсуф вышел из машины, пытаясь сканировать мысли лейтенанта.

Да, это было именно то самое — страх и растерянность пополам с решимостью. А значит…

На что он надеется? А вот на что: метрах в десяти стоит полицейский пикап. Вероятно, сразу после того, как даст очередь, он намеревается вскочить на пикап, рвануть что есть мочи, а потом попытается затеряться среди узких улочек старого города. Наверняка где-то рядом находятся и сообщники.

Юсуф посмотрел на удаляющегося брата-лидера. Еще четверть минуты — и он сойдет с ковровой дорожки, двинется на трибуну, и вот в этот момент окажется почти незащищенным, пройдя строй охранниц.

Что-то кричать ему было поздно. Оставалось только одно: обратиться к телохранительницам, стоящим в карауле. Сейчас они застыли по стойке «смирно», но их берут в особый отряд не ради красоты и умения держать строй.

— Там!..

Юсуф крикнул что-то еще, но в этом уже не было надобности: девушкам было велено исполнять любую его команду так, как исполняли бы приказ самого вождя.

Две телохранительницы, стоявшие у лимузина, рванулись в указанном Юсуфом направлении, остальные разом перестроились, полностью закрыв вождя. Он, кстати, даже не замедлил шаг. Для гостей все выглядело так, будто все идет по плану: девушки показывают чудеса строевой подготовки, это и есть пролог парада.

Полицейский был настолько ошарашен атакой, что не успел сделать ни одного выстрела. Его повязали в какие-то секунды.

А собравшиеся на трибуне были полностью отвлечены строевыми упражнениями телохранительниц в малиновых беретах. К тому же именно в этот момент над пальмами Зеленой площади завис воздушный шар с огромным вымпелом, на котором виднелся портрет вождя. Так что вряд ли хоть кто-то посторонний заметил что-нибудь неладное. Разве что сам брат-лидер, но он-то сделал вид, что ничего не происходит — спокойно и неторопливо шел к трибуне.

Теперь можно было следовать за ним — с неудавшимся террористом разберутся без личного экстрасенса вождя. Наверняка сегодня уже через пару часов его заставят сказать все и о сообщниках, и об организаторе. Юсуф тоже мог бы провести такую беседу. Он сделал бы это гораздо чище и без крови, но служба безопасности в таких услугах не нуждалась.

Вряд ли брат-лидер будет нуждаться в его услугах и во время непростого разговора с сыном. Скорее всего, с Маликом он обойдется более чем милосердно: крепкие ребята посадят его на самолет, который возьмет курс на Европу. Отец назначит ему щедрое содержание, Малик будет жить в собственном особняке — фотомодели, пьянство, возможно, даже дорогие наркотики. И всегда — под наблюдением, без права возвратиться в свою страну.

Сейчас от Юсуфа требовалось только одно: не расслабляться. У террориста наверняка имелись сообщники, а быть может, и план номер два на случай провала полицейского. Голова к вечеру наверняка будет дико болеть. Но дело того стоило: сегодня он сделал то, о чем мечтал еще тогда, в детстве, при первой встрече с братом-лидером — спас жизнь вождя. И будет выполнять его приказы и дальше — о чем бы вождь ни попросил…

Глава 2

Преемственность

Казалось, что офицер Службы Спокойствия и два его помощника заняли почти все свободное пространство лавки. Да так оно и было — помещение не отличалось просторностью. Да и к чему бы? Большинству самые простые робы выдаются там, где они работают, а «краткие номера» носят одежду по специальному заказу.

Впрочем, посетители здесь все же иногда бывали — из «средних номеров». Но сегодняшних ни Биру-Кеми, ни ее подруга Ллеа не ждали.

— Личный номер, — потребовал офицер.