Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

Ридана, устраивая очередные международные Игры, проводимые и без того раз в пять лет (Д), не стала откладывать их и даже официально пригласила воюющие стороны (приглашения высылали всем возможным странам-участникам, хотя, в принципе, в Играх могли участвовать и мелкие, никому не известные племена), но никто не ожидал действительно увидеть их на соревнованиях. И вот тут!

И всё-таки, можно подумать: причём здесь Яромир? Для этого сделаем некоторое пояснение.

Когда Антонио, 13 лет назад, нашёл в лесу, где он жил положенные для начинающего мага три месяца отшельничества, брошенного ребёнка, он сразу понял, что тот не мог родиться таким уродом — а на груди и руках мальчика была рыбья чешуя — скорее всего это было чьё-то проклятье, о котором Антонио смог узнать лишь то, что прикосновение руки отца может исцелить несчастного, принеся при этом немалую боль.

И вот теперь, когда приехали гости из Западной страны эльфов, их маг первым делом спросил:

— Разве у вас нет ученика, мой дорогой Антонио? — Есть, просто мальчик сейчас болен.

— Какая жалость! Что ж, надеюсь, он скоро поправится.

"Зачем ему мой ученик? — недоумевал Антонио, — надо бы ещё раз наведаться к нашему папочке". Это случилось сразу после того, как он и Георг привели эльфа, теперь находящегося в тюрьме. Антонио готов был поклясться, что это ни кто иной, как король западных эльфов, но…, но тогда получалось, что Яромир… В общем, сумятица в голове, а тут ещё и маг с принцем пожаловали, и при вопросах первого напрашивались такие выводы! Размышления Антонио прервал Адельберт.

— Ну что? Нашли эльфа?

— Да, но… понимаешь, это… это Александр VI из…

— Что?! — чуть было не во весь голос спросил король, хотя до того говорил шёпотом. Несколько секунд он молчал — потом, только, собравшись с силами, встревожено сказал.

— Надо поставить к нему охрану!

— Уже поставил.

— Его кто-нибудь видел?

— Только я и Георг. Знаешь, я… даже не знал, что и думать, я боялся, что его кто-то узнает и потому надел ему капюшон.

— Правильно, молодец. А Георг? Где он? Надо бы ему сказать, чтоб молчал об этом.

— Ладно, я поговорю с ним. Я сейчас как раз иду к Яромиру. Адельберт, я думаю, что и к нему надо поставить охрану, ведь если король западных эльфов его отец, то, вполне возможно, что придворный маг и наложил на него то заклятие… тогда мне понятно…

— Что? Что понятно? — спросил Адельберт, потому как Антонио замолчал.

— Понятно: почему он так интересовался моим учеником, но откуда он знает…?

— В общем, не день, а кошмар какой-то!

***

Придя в свой кабинет, Антонио несколько облегчённо вздохнул:

— Боги! Ну и денёк сегодня!

Опустившись в кресло, он вдруг вновь рассмеялся, вспомнив разговор с Георгом.

— Ох, ну и чудной же парень!

В дверь неожиданно постучали.

— Войдите! — ответил Антонио.

В комнату вошёл Мелибей, хранитель национальной библиотеки Риданы и известный писатель, у которого, кстати сказать, и жил Георг.

— В такой день вы ещё можете смеяться? Похвально, а я думал, вы весь в расстроенных чувствах.

— Меня рассмешил ваш Георг.

— С утра разозлил, а сейчас уже рассмешил? Что он вам такого сказал?

— Да я ему сейчас говорю: пойдём, мне с тобой побеседовать нужно, а он — мне надо уйти!

— Это я его попросил. Нужно привезти одну книгу, — видя, что Антонио собирается подробно расспросить его об этом, Мелибей продолжил свою тему. — И что же тут смешного?

— Так, я его спросил: ты нашёл девушку? А он представляете, отвечает: "Да какая девушка обратит на меня внимание!" Было бы кому говорить: красавец, занимает такое положение при дворе!

— Просто, он ещё очень молод, и к девушкам относится не так, как вы думаете.

— О, я рад, что о его надуманном возрасте, догадываюсь не только я. Ведь ему девятнадцать, не правда ли? Да и девушки риданские, его вряд ли могут интересовать!

— Сколько бы ему ни было лет — все его, но я не за тем пришёл, господин Антонио.

— А зачем?

— Хочу попросить у вас звезду Ароса — не ненадолго, всего лишь до завтра.

— Я могу знать: зачем она вам нужна?

— Я не могу пока ответить на этот вопрос, но могу сказать, что Его Величество не против, я у него только что был и об этом спрашивал.

— Вообще-то, звезда Ароса в моём ведомстве, и слово Его Величества мало что здесь значит!

— Значит, отказываете?

— Да, нет, почему же, берите, — весьма недовольным тоном произнес Антонио, — Это я, просто, на будущее. Идёмте!

Маг нехотя поднялся с места, но повёл Мелибея в Государственный музей, в залу Ароса, где хранилась одноимённая звезда, а также ряд многих магических предметов, в том числе и книги. Вообще, у Мелибея, в национальной библиотеке, тоже имелась зала с магическими атрибутами, по поводу точного местоположения которых постоянно возникали конфликты, в частности и из-за звезды Ароса, служащей своеобразным ключом для открытия магических книг.

— Так значит, у вас теперь будет ещё одна книга из моего ведомства?

— Ну, я бы на вашем месте не стал делать поспешных выводов, ибо эта книга должна находиться в национальной библиотеке.

— Это спорный вопрос.

— Не сомневаюсь.

***

Антонио медленно подошёл к окну: вглядываясь в темноту, он постепенно ушёл в пространство воспоминаний, и вот, что всплыло в его сознании.

Неделю назад во всю шли подготовки к Играм: довершали интерьер комнат для участников, продумывали, где можно будут разместить нежданных гостей (а такие всегда были), проверяли беговые дорожки, спортивные сооружения, в том числе устанавливали флаги приглашённых стран. Антонио и Яромир прогуливались по скверу, как вдруг работники уронили один из флагов, надо думать и без того не лёгкий, а пущенный с такой высоты, не в один раз, увеличивший свой вес. Антонио не на шутку испугался и, схватив Яромира за руку, рванулся к аллее.

— Папа, смотри: флаг парит! — воскликнул мальчик, когда они отбежали уже на достаточное расстояние.

Антонио, обернувшись, сам убедился, что флаг, действительно, парит, а вот юный главнокомандующий войсками неподвижно стоит, лицом он был обращён к башне, и спиной к эльфам соответственно, и сдвинулся он с места только тогда, когда полотнище опустилось на землю. Затем, Георг развернулся и громко, чтоб его могли услышать, спросил:

— Всё в порядке, господин маг?

— Да всё нормально! — ответил Яромир, потому как Антонио молчал.

Флаг не мог так падать сам по себе, значит, его опускали с помощью магических сил. А кто из магов был поблизости? Только Георг, хотя последний и отрицал какую бы то ни было со своей стороны связь с магией, что Антонио порядком бесило. А ведь заклинание, применённое в данном случае, было весьма запутанным, и не всякий маг его знал, значит, юноша не просто что-то знает из магического искусства, но он обучен, и прекрасно обучен. К тому же спроста ли Георг стал жить у Мелибея, далеко не посредственного мага (по-другому в его-то ведомстве было просто нельзя), да ещё и помогать ему. И вообще, Георг вовсе не такой уж и раболепный, готовый исполнить любую прихоть своего господина — нет, он горд, горд и даже высокомерен, выполняет только приказы по службе, хотя в целом, он умел подстраиваться, и, самое главное, он мог командовать. Поначалу его назначение вызвало массу недовольства, к королю приходили открытые и анонимные послания с просьбой отменить ошибочное решение. Ошибочное — это касалось чести и гордости короля, нет, своего решения, он отменять не стал. Но постепенно волнения стихали, и не только под влиянием королевского слова. Георг уверенно завоевывал доверие, порой от него так доставалось нерадивым офицерам, что они подумывали вновь писать королю о просьбе отстранить от службы главнокомандующего, но уже по другой причине. Зато солдаты воспринимали такое воспитание на "ура". Да и само назначение Георга было для них символичным и побуждало к собственному развитию. На одну из провинций, где находились в тот момент король Адельберт, Антонио и небольшая свита, неожиданно напало варварское племя, решительно, с твёрдым намерением разграбить пограничные селенья и города (для начала). Помощи было ждать неоткуда, пограничные войска обратились в бегство. И вот, паренёк, только что поступивший на службу, вырвался вперёд и сумел остановить их, да воодушевить так, что те разбили неприятеля. За это король и назначил его главнокомандующим. Чем не пример достижения? — говорили солдаты.